Украденная невеста - Бренда Джойс

— Наконец мы встретились, лорд де Уоррен. — Офицер поклонился. Но в его словах послышалась скрытая ирония.

— Полковник. — Тирелл повернулся к дамам: — Вы позволите нам поговорить наедине?

— Разумеется. — Лиззи взяла графиню под руку, и они вышли.

— Хотите что-нибудь? — вежливо спросил Тирелл, видно было, как он напряжен. Он не знал ничего об этом офицере. И боялся, что новости, которые тот принес, будут плохими для семьи. — Вино, виски?

— Нет, благодарю. — Рид скривил тонкие губы в подобии улыбки. — Я здесь по поводу сбежавшего преступника — Шона О'Нила.

Тирелла возмутило, что Рид назвал брата преступником с такой откровенной убежденностью, но, понимая, что лучше сдерживать свои эмоции, которые не помогут Шону, скорее навредят, сдержался.

— Я это предполагал, — сухо отозвался он. — У вас есть новости?

— Пока нет. Охота продолжается. Мне бы хотелось услышать от вас, что вы о нем знаете.

— Что я знаю? — Тиреллу становилось труднее контролировать свой гнев, он постепенно накалялся. — Мой сводный брат был заточен в тюрьму на два года, и семью даже не поставили об этом в известность! Что я знаю? — повторил он уже сдержаннее. — Мой брат был обвинен в измене — но его семья ничего не слышала о суде над ним. Поэтому я ничего не знаю, сэр.

— Я уверен, что власти уже извинились перед вашей семьей за это нарушение этикета.

Тирелл даже задохнулся от возмущения.

— Бросить моего брата в тюрьму, оставить гнить в одиночке два года вы называете нарушением этикета?

Рид вздохнул:

— Произошло какое-то недоразумение. Но я здесь не затем, чтобы защищать нашу тюремную систему. О'Нил с вами связывался после побега?

— Нет.

— Но он был здесь вчера. Три сотни гостей видели его.

— Я тоже его видел. И это в первый раз после того, как он покинул дом. Впервые за четыре года. — Тирелл почувствовал, что должен немедленно смочить горло, подошел к столу и налил себе крепкого ирландского виски.

— Так вам неизвестно, что он жил в Килворе перед тем, как там произошел бунт?

— Меня информировали об этом после его побега. Понятия не имею, где этот Килвор находится.

— Это маленькая фермерская деревня в Мидланде, к югу от Дрохеды. И когда ваш брат женился, разве он не написал вам или кому-то из семьи, чтобы порадовать вас вестью?

Тирелл был поражен.

— Он женился? — И сразу подумал об Элеоноре. Как она будет несчастна, когда узнает.

— Вижу, вы искренне удивлены.

— Но мы ничего не слышали о нем с тех пор, как он покинул родной дом. Вы кажетесь мне разумным и справедливым офицером, полковник Рид. Если и был бунт в этом Килворе, то мой брат не принимал в нем участия, я в этом уверен. Он был частью аристократии здесь, в Ирландии, с тех пор как мой отец женился на его матери. Кто-то вел этих крестьян, но не он, сэр.

— Но это был именно он.

Тирелл промолчал, вспомнив, что Шон и раньше всегда был на стороне фермеров и крестьян. И теперь он опасался худшего.

Рид приподнял светлую бровь.

— Но он не аристократ по рождению, не так ли? Его отец арендовал у графа землю, разве не так? Семья католиков, никаких титулов, только сэр капитан О'Нил заслужил свой титул, служа на королевском флоте.

— Но что вы хотите этим сказать? Мой брат вырос вместе со мной, наши комнаты были рядом, он имел все, что имели мы, он воспитан джентльменом. Он не виноват в этом бунте, сэр. Нашелся другой человек, который подбил их к неповиновению.

Рид холодно улыбнулся:

— Уверяю вас, это был он. Дело в том, что я там был, лорд де Уоррен.

Тирелл потерял дар речи на мгновение.

— Вы, наверное, ошиблись, сэр. — Тирелл хотя и настаивал, но уже не был так уверен.

— Вы очень преданы брату. Но все ирландцы стоят друг за друга, и католики и протестанты? Не так ли?

Тирелл вспыхнул от плохо скрытого оскорбления.

— Вы клевещете на нас, полковник. В моем собственном доме, куда я вас вежливо пригласил.

На Рида не произвело впечатления возмущение хозяина. Он лишь извинился равнодушно:

— Я прошу прощения. У меня не было намерений вас оскорбить. А кстати, ваша сестра, леди Элеонора, могу я поговорить с ней?

— Я бы тоже хотел с ней поговорить, но вы прекрасно знаете, что ее здесь нет. — Пока такая смена темы Тирелла устраивала. Он немного успокоился.

— Так она не вернулась после того, как сбежала с вашим сводным братом?

— Она не вернулась, — кратко ответил Тирелл. Ну почему он не рассказал ей тогда, что Шон сбежал, что его разыскивают как преступника? Если бы он предупредил сестру, рассказал о Шоне, она могла заранее обдумать свои поступки, перед тем как Шон появился, и тогда, возможно, все избежали бы этой неприятной ситуации. — Она не сбежала с Шоном. Элеонора всегда была очень импульсивна, сэр. С детства была упряма и своевольна. Я уверен, что, увидев Шона, она так обрадовалась после четырехлетней разлуки, что эта радость захлестнула и лишила ее благоразумия. Вероятно, ей очень хотелось поговорить с ним, узнать, где он был, что с ним произошло, вот она и поступила подобным образом. Не задумывалась в этот момент о последствиях.

— Правда? В день своей свадьбы? — Рид почти смеялся ему в лицо.

Тирелл старался сохранить хладнокровие, хотя ему хотелось ударом кулака стереть эту ухмылку.

— Но моя сестра была влюблена в своего жениха. Это вряд ли смешно, полковник.

Рид откровенно забавлялся ситуацией.

Но снова извинился:

— О, прошу прощения. Как вы думаете, она уже встречалась с О'Нилом перед тем, как сбежать с ним? Перед тем, как они вместе вчера покинули Адер?

— Вы называете и мою сестру изменницей, сэр? — У Тирелла внутри все похолодело. Теперь он испугался за Элеонору. Этот человек угрожал не только Шону, но и сестре.

Рид перестал ухмыляться.

— О, разумеется, нет. Но я должен знать все факты. Почему леди Элеонора вдруг сбежала прямо от алтаря со своим сводным братом?

— Но я уже объяснил вам. И что касается вашего вопроса, полковник, конечно, сестра понятия ни о чем не имела, ведь от него не было ни единой весточки все четыре года, ни слова с того дня, как он ушел из дома.

— Но вопрос остается: почему О'Нил увез ее с собой?

— Я не знаю. — В ответе Тирелла прозвучало отчаяние, он говорил правду. Действия Шона не имели смысла. — Шон и Элеонора всегда были неразлучны, несмотря на шесть лет разницы в возрасте.

— Итак, они были близки, — проницательно подытожил Рид.