Роман для себя - Виктор Захаров

Сделав выбор, они направились на террасу у моря, где уже был накрыт шведский стол, или, как говорят в Италии, буфет. То, что они увидели на столе с закусками, поразило их воображение. Их взору предстали креветки, морские крабы, устрицы, мидии, омары, кальмары, осьминоги, каракатицы и много других морских гадов, названий которых они даже не знали, и разнообразные виды пасты. Изобилие овощей дополняло картину: баклажаны на гриле, обжаренные в оливковом масле, баклажаны фаршированные, цукини во всех видах, помидоры с моцареллой, перцы на гриле, салаты и многое другое. Казалось, что попробовать все это невозможно. Но через некоторое время повара принесли огромные подносы с морской рыбой внушительных размеров. Влад пытался запомнить, как называлась эта рыба. В памяти сохранилось три названия: Дэнише, Черни, Чиветта. Каждый день сорта рыбы менялись и приготавливались разными способами, чаще всего в оливковом масле, иногда вместе с овощами, а иногда в шубе из соли. Любители мяса также могли найти на этом столе множество холодных и горячих блюд. Ну и, конечно, в завершение всего этого изобилия — десерт из всевозможных растущих в Италии фруктов, потрясающие пирожные, знаменитое итальянское мороженое и кофе.

Поглощать все это без бокала прохладного белого вина было невозможно.

— Да, такого я еще не видела. Даже у Елены Костюкович ничего подобного не описано.

— Ну что ж, будем насаждаться едой. Ведь не зря ее книга называется «Еда. Итальянское счастье».

Они внимательно изучили эту книгу, готовясь к поездке.

На следующий день отправились на лодочную прогулку вдоль побережья Ривьеры Одиссея. С воды гора еще больше была похожа на бывший остров. Неприступные скалы, огромное количество гротов, в которых можно легко укрыться от ветра и волн. В одном из них, как рассказал гид, была обнаружена стоянка древнего человека, возраст которой оценивался в пятьдесят тысяч лет. Ну а сама гора раньше была островом. Именно он, как утверждают местные историки, являлся убежищем богини Цирцеи, в гостях у которой, согласно Гомеру, побывал и остался на двадцать пять лет странствующий Одиссей.

Лодка дважды проплыла мимо гостиницы «Пунта Росса». С воды она действительно была похожа на белокаменный городок, прилепившийся к довольно крутой горе, и выглядела очень романтично.

Через день они отправились на машине в Помпеи, Сорренто и на остров Капри. Путь предстоял неблизкий. Расстояние до Неаполя оказалось около 180 километров. Заезжать не стали, а объехали его по кольцевой и, чуть поплутав, прибыли в Помпеи.

Город, вернее, его развалины, поразили рациональностью и строгостью планировки. Трудно представить, что он был построен в шестом веке до нашей эры. Говорят, что население города составляло десять тысяч человек, и при этом на площади для собраний, на стадионе, в термах и других общественных местах всем жителям хватало места.

Когда в 62 году нашей эры случилось разрушительное землетрясение, люди не ушли из города, а принялись восстанавливать разрушенное, и за пятнадцать лет он стал еще красивее и совершеннее. Если бы не новое, значительно более мощное землетрясение, разрушившее практически все постройки и накрывшее город многометровым слоем лавы и пепла, вырвавшихся из огненного жерла горы Везувий, город так и продолжал бы развиваться, как образец устройства гражданского общества, в котором все инструменты власти народа были отточены почти до совершенства.

Побродив по улицам Помпеи, Татьяна и Влад направились в сторону города Сорренто, который в разное время сделали своим пристанищем многие известные писатели. На остановку в Сорренто не было времени, поэтому направились прямо в порт. С трудом нашли парковку, буквально в стене, тянувшейся вдоль улицы, спускающейся к порту.

Веселый итальянец, энергично размахивающий руками, видимо, пытался объяснить, что ниже спускаться бессмысленно, и настойчиво приглашал припарковаться внутри стены, где была оборудована небольшая стоянка.

Влад последовал его совету и притормозил у въезда в проем. Парковщик виртуозно поставил машину в едва заметную щель между уже припаркованными автомобилями. Пришлось оставить ключи. Ни документов, ни сохранной расписки не предложили. Что поделаешь, Италия!

Прошли вниз по улице и по лестнице спустились к причалу. Свободных мест на парковке, конечно, не оказалось. Мысленно поблагодарив веселого итальянца за настойчивость, направились к кассам. Паром на Капри отчаливал через пятнадцать минут. Удачно!

Через полчаса, покачавшись на волнах, высадились на острове Капри. В порту, как всегда, было многолюдно. На вершину горы в город Капри вела извивающаяся по склону горы дорога. Немного прогулявшись по ней и выпив кофе в уютном кафе над обрывом, вернулись к небольшому вокзалу, откуда вскоре наверх должен был отправляться фуникулер.

Учитывая, что до отплытия парома обратно в Сорренто было не более двух часов, отправиться на экскурсию по острову не решились. Ограничились подъемом на фуникулере и прогулкой по центральной части городка.

Все здесь буквально кричало о курортной жизни на высшем уровне: вышколенные швейцары у входа в небольшие, но по внешнему виду весьма фешенебельные отели, бесплатная доставка багажа от пристани, изобилие магазинов престижных торговых марок, ну и, конечно, цены на все, на чем хотелось задержать взгляд. Пара чашек кофе и бокал белого вина обошлись в тридцать евро.

— Ну, как тебе Капри? — спросила Татьяна, когда паром отчалил от берега.

— Красивое место. У Горького был хороший вкус. Думаю, что почти за десять лет жизни здесь он к нему основательно прикипел.

В своих воспоминаниях о Капри Горький писал: «Здесь удивительно красиво, какая-то сказка бесконечно-разнообразная развёртывается перед тобой. Капри — кусок крошечный, но вкусный. Здесь пьянеешь, балдеешь и ничего не можешь делать. Всё смотришь и улыбаешься…»

— А как ты себя чувствуешь?

— Вполне прилично. Хотя, наверное, правильно сделали, что не стали бродить по горам. Все-таки напряженный день, да еще ехать предстоит несколько часов.

Паром на обратном пути основательно поболтало на волнах, поэтому прибыли в Сорренто с опозданием. Машину выкатили из стены довольно быстро, виртуозно переставив другие машины, как в игре в «пятнадцать».

Предстояло проехать около 250 километров. Примерно на середине пути они вспомнили, что в книге Елены Костюкович описывается небольшой городок Гаета, знаменитый своими пиццериями. Остановились у одной из них на главной улице.

Выбор, видимо, был правильный, так как парковка около нее была заполнена до отказа. Тем не менее какой-то специальный человек в поварском колпаке, увидев, что их машина притормозила, приветливо замахал рукой и стал старательно регулировать, помогая припарковаться в узком проходе между зданием пиццерии и какой-то постройкой. Наверное, это было последнее свободное место.

В пиццерии с трудом удалось найти свободный столик. Оказалось, что в этот вечер там работал известный в регионе Кампания неаполитанский пиццайоло — мастер по выпечке пиццы, специально приглашенный на «гастроли». Поэтому посетителей пришло довольно много.