Дочь друга - Кристина Майер

В комнате села на постель, поджав под себя ноги. Братьям нужно поговорить наедине, пусть даже речь пойдет обо мне. Не хочу становиться причиной их конфликта. Каждого из них я могу понять, в душе мне сложно принять чью-то сторону, но умом я выбираю Ваньку.

Через полчаса раздается стук в дверь. Я могу даже не смотреть на открывшуюся дверь, знаю, что там стоит Ванька, узнала его по шагам, по тому, как он поворачивает ручку. Он меня тоже достаточно хорошо изучил, чтобы понять: я все это время сидела как на иголках.

— Глеб приглашает тебя на свидание, — смотрит в окно. Сложно понять, что сейчас происходит в его голове. Если он и возражает против свидания, я этого не могу уловить, хоть и стараюсь считать его эмоции. — Я… можешь пойти, если хочешь, — смотрит мне в глаза.

Хочу.

Ответ всплывает в голове – и никакой другой его вытеснить не в состоянии. Слежу за реакцией Ваньки. Пыталась увидеть во взгляде друга, что ему это будет неприятно, но глаза Вани молчали. Почему-то мне кажется, он ждет, что я откажусь. Всегда старалась быть честной с ним, не стоит начинать врать.

— Не расскажешь, о чем вы говорили? — не очень надеясь на откровенность.

— Нет, — твердо. Я понимаю, что больше с этим вопросом не подступлюсь, этот разговор останется между братьями. — Пойдешь на свидание? — повторяет Ванька.

— Если отпустишь, пойду, — так неловко, будто у отца отпрашиваюсь на первое свидание.

— Отпущу… Это серьезно, Лада? — присаживаясь возле меня.

Глава 56

Милада

Веду плечами. Мне сложно рассказать ему о том, что я чувствую к Глебу сильное влечение, потребность в нем как в мужчине. Мне нравятся наши разговоры, заводит противостояние. Сегодня я хапнула эмоций на год вперед, когда Глеб признавался в ревности. Стоит прикрыть глаза, я переношусь в тот эпизод. Ощущаю тайфун внутри себя от переполняющих эмоций. Не все они добрые и положительные, порой мне хочется закрыться в душевой, включить воду и прореветься. Или выехать в пустынное поле и прокричаться, потому что внутри печет и горит.

С Глебом я другая, с ним я женщина, и мне нравится это чувство. Заводят случайные и неслучайные взгляды, прикосновения, его запах, голос…

Пусть приходится запирать сердце на замок, но оно все равно бьется по-другому рядом с Тихомировым. Глеб как наркотик – ты понимаешь, что его нельзя было пробовать, но попробовав, не можешь слезть, хочешь очередной дозы. Это не только эмоции и классный секс, я бы еще добавила мужскую харизму, ум и энергетику, которой он пытается давить. Мне нравится ей противостоять.

— Блин, Милада, не в того ты влюбилась, — я не сказала ни слова о своих чувствах, но Ванька словно заглянул туда, куда я себе подсматривать запрещала.

— А кто тот, Вань? Разве есть формула, по которой можно вычислить того самого? Это всегда лотерея, а каждая лотерея имеет очень низкий процент выигрыша. Я на него и не рассчитывала в этой жизни, — не пытаюсь шутить, я действительно так считаю.

Выбор Вани я тоже не одобряю. Пусть друг старше, но это не страхует его от ошибок. Как можно было влюбиться в фальшивого ангела с душой змеи и характером лисы? Не разглядеть стерву за милой мордашкой?

Вот такие мы неудачники, выбрали тех, кто нам не подходит. В очередной раз напоминаю себе, что Глеб – это краткосрочный роман для моего удовольствия, строить планы на будущее с ним не стоит. Мне нужны эти отношения, чтобы вырасти, чтобы подняться еще на пару ступенек вверх, приобрести нужный каждой женщине опыт общения с мужчиной. Чем сложнее и непонятнее мужчина, тем ценнее опыт.

— Ты всегда можешь поплакать у меня на груди, нажаловаться на брата, а я разобью ему морду, помни об этом, — абсолютно серьезным тоном, а мне рассмеяться захотелось. Возможно, я бы соблазнилась предложением, будь Ванька здоров.

— Я знаю, что всегда могу прийти к тебе, — сжимая его руку, которая лежала на постели.

Но я никогда не пожалуюсь тебе на Глеба, никогда не стану причиной вашего конфликта. Если Тихомиров ударит Ваньку, я ему этого не прощу.

Ваня оставляет меня переодеться, тихо прикрывая за собой дверь. Достаю один из новых комплектов белья, купленных специально для такого случая. Надеваю приталенное платье красного цвета с трапециевидной короткой юбкой, которое мне очень идет. Волосы распускаю, прохожусь утюжком. Косметику не наношу, она на мне и так есть. Знала ведь, что Глеб нагрянет, злилась на него, но все равно готовилась к встрече, хотелось быть красивой. Одеваюсь быстро, но выходить не спешу. Пусть ждет.

Полазила в телефоне, посидела в соцсетях. Успеваю полайкать фото, сделанные в клубе, несколько штук сбрасываю к себе в галерею.

Теперь можно выходить. Босоножки на шпильке удлиняют и подчеркивают стройность ног. Знаю, что Глебу мои ноги нравятся.

— Во сколько вернешься? — интересуется Ванька, когда вхожу в кухню. Выгляжу я хорошо, знаю это даже без обжигающего взгляда Глеба. Ванька тоже смотрит, но в его глазах я не вижу желания, никогда не замечала. Взгляд друга – скорее родительский контроль. Придраться Ване не к чему, я сама скромность. А то, что под платьем, увидеть сможет только Глеб.

— Как только девушка захочет, я привезу ее домой, — вместо меня отвечает Тихомиров.

Я бы хотела остаться до утра, но отдавать Глебу контроль рано.

— В два я буду дома, — мысленно посчитав дорогу до дома Тихомирова и обратно. Плюс секс. Успеем, у нас больше четырех часов.

— Тогда в два.

Глеба наш разговор напрягает, не нравятся ограничения, которые мы озвучиваем, но он сам принял условия игры, придется соблюдать правила.

— Мне тебя трахать прямо сейчас начать, чтобы не смотреть на часы? — сквозь зубы цедит Тихомиров, когда заходим в лифт, и створки закрываются.

— Никогда не делала этого в лифте, — дразню разъяренного мужика. Прислоняюсь спиной к прохладной стенке. — А вообще, я мало где занималась сексом.

— Мало где? — нависает надо мной. — Не зли, Лада. Ты трахалась только один раз. Со мной. И это было в моей постели,