Его (с)нежная девочка - Алекс Коваль

– Глупости, Ева. Нам с тобой нет до них никакого дела, поняла? Пусть думают, что хотят, снежинка, это их проблемы и отвратительное воспитание, а не наши, – говорит мужчина так зло, будто я сморозила ужасную глупость. Похоже, его и правда совершенно не волнует мнение окружающих. Хотела бы и я быть хотя бы на сотую долю так уверена в себе, как Дам.

– Я чувствую себя неловко.

– Вокруг столько глупцов и идиотов, что если ты будешь вечно подстраиваться под их мнение и кривые стандарты, то однажды поймешь, что проживаешь не свою жизнь, Ева. Не смотри на них. Забудь, что тут вообще есть кто-то, кроме тебя и меня. Сконцентрируйся на том, что я тебе сказал и пробуй.

– Я не…

– Получится, – перебивает Дам, и удивительно, но в этот раз спорить с ним даже язык не поворачивается. – Тебе стоит только немного удержать равновесие и почувствовать лыжи.

– Но если не выйдет, я сдаюсь.

– Хорошо. Давай еще раз, если нет, то будем возвращаться. Только соберись и забудь про всех.

Собраться и забыть.

Ладно, в конце концов, Дамир столько времени потратил на меня и мое обучение, подбор экипировки, да и вообще, и я уже даже из чистого упрямства обязана это сделать. Показать, что я не такая безнадежно-неуклюжая снежинка. Я ведь даже какое-то время очень успешно занималась танцами, и пластика и грация мне совершенно не чужды! Поэтому будем пробовать. Главное – почувствовать снег, лыжню и поймать “волну”.

Я снова встаю так, как учил меня Дам, чуть сгибая ноги и расслабляя напряженные мышцы рук. Отталкиваюсь снова,  коленки все еще дрожат, но в этот раз я более сосредоточена на себе и на горе, а не на поглядывающих на меня отдыхающих. Полностью сконцентрирована.

Лыжи скользят по снегу удивительно плавно, и мне кажется, я начинаю понимать, о чем все это время толковал мне мужчина. В лицо бьет ветер, а сердце колотится все сильнее и сильнее с каждым  метром, и где-то внутри зарождается огонек азарта и мысль: у меня получается!

Я еду! Еду! Все было не напрасно! Я могу-у-у!

– Молодец, снежинка. Так держать! – слышу за спиной довольный голос мужчины, который, судя по всему, спускается следом за мной на короткой дистанции.

– Юху! – кричу я и улыбаюсь, как дурочка, когда понимаю, что у меня получилось не просто удержаться на лыжах и поехать вниз, но еще и развить скорость!

Мгновения ликования, а потом мне становится не по себе. Я качусь, а склон неожиданно, как мне кажется, стал более покатым, и лыжня перед глазами бежит все быстрее и теперь мне уже по-настоящему страшно. Я лихорадочно начинаю вспоминать, что мужчина там говорил про торможение? Как остановить эти адские палки?! Но, как назло, в голове ветер, и страх переломать конечности затмевает разум и  слух. Кажется,  на периферии сознания я слышу голос Дамира, который пытается мне докричаться, но я его не понимаю,  и теперь меня охватывает жуткая паника. Мне бы закричать, но не могу, горло сдавили тиски, а впереди замелькала чья-то массивная фигура. Спина, которая  с каждой секундой все ближе и ближе, а у меня совершенно не получается сбросить скорость или хотя бы повернуть в сторону. Даже палки, воткнутые в снег, не помогли исправить положение, они просто проскользили.

Мгновение, и человек перед носом.

Вздох,  сердце улетает в пятки, а уже в следующую секунду я слышу:

– Куда прешь?!

А потом, успев только взвизгнуть и зажмуриться, падаю, да так, что не понимаю, где земля, а где небо. В последний момент отбросив палки и прокатившись животом по снегу, с глухим визгом я остановилась. Вернее, меня остановили. А если еще точнее, я уперлась в кого-то, кто издал глухой стон. Или это мой?

– Эй, ты как? – спрашивает этот кто-то, кто меня поймал, а я перекатываюсь на спину и открываю глаза, развалившись звездочкой и упершись взглядом в темное ночное небо, в котором кружатся пушистые снежинки.

Божечки, я же чуть не убилась...

– Ева! – слышу спустя пару мгновений знакомый рык. – Боже, Ева, ты как? – падает рядом со мной на колени Дам и хватает меня за плечи, слегка встряхивая. – Жива, снежинка? Не молчи, слышишь меня? – обхватывают его горячие грубые ладони мои пылающие щеки, а обзор на ночное небо мне закрывает лицо с обеспокоенным и перепуганным взглядом нависшего надо мной мужчины.

– Ага, – все, что мне удается из себя выдавить, глядя прямо в глубокие, черные-черные глаза с удивительно черными и красивыми для мужчины ресницами.

Я до сих пор пребываю в состоянии шока, похоже, потому, что мне хочется не зареветь от пережитого страха, а… засмеяться от осознания того, что у меня получилось. Я смогла. Я могу кататься на лыжах. Я не безнадежный ученик!

– Живы? – вдруг доносится незнакомый голос. Кажется, того бедолаги, на которого я налетела.

–  Пошел на хрен, пока не убил! – тут же зыркнул в его сторону Дам. – Объехать не мог? Здесь трасса для новичков, – не говорил, а зло рычал мой “тренер”,  а я, как завороженная, валялась на снегу, смотрела на него и балдела. Да, черт возьми, я балдела от его энергетики! По телу бежали гигантские мурашки, а в животе порхали бабочки размером с диких соколов от того, какая это была чарующая ярость и как он был в этот момент восхитительно красив.

– Да она сама…

– Пошел, я сказал! А то тебя забрать отсюда смогут только парамедики! – снова рык, и парень, ворча, подскакивает на ноги, тут же исчезая с нашего поля зрения. – Цела?  – тут же смотрит на меня Дам. – Что-то болит?

–  Не-а.

– Точно ничего не сломала, Ева? – снова этот обеспокоенный тон и ладони мужчины, которые пробегают по моим руками и ногам. Слегка ощупывая, добираются до лица, обхватывая снова мои холодные на морозе щеки и, едва касаясь, проводят подушечками больших пальцев по уголкам моих губ.

– Ты видел? Видел? У меня получилось, – выдыхаю я и растягиваю губы в улыбке, накрывая мужские ладони своими. – Я сделала это! Ты меня научил, Дам.

– Ты меня напугала, – говорит серьезно,