Бывшие в прошлом - Евгения Грозд

распоряжаться своей судьбой. Леся — моя невеста, и должна была стать женой ещё до всего этого. У нас было взвешенное решение, были приглашены гости, свадебные наряды и всё как полагается, пока я не встретил Женю в этом чертовом стрип-клубе. Бывшая метеором вернулась в мою уже размеренную жизнь и спутала все карты. Довела до крайностей и истеричности, создав смуту. Влила в мои вены неясную злость и утрату, хотя до этого я считал себя счастливым, самодостаточным и богатым самцом. Нет, я таким и останусь. У меня есть жизненный план и сворачивать с него не собираюсь, лишь дополню одним нюансом — сын. Только…

Глубокая ночь, а я сижу в кресле, напротив спящей супруги, и перебираю компрометирующие фото бывшей. А стоит ли опускаться до этого? Ломать и без того сломанную жизнь? Легче от этого мне не станет. Решительно поднялся и бросил компромат в корзину. Без них я проиграю в борьбе за сына, ну и пусть, это слишком низко и подло, как бы не было выгодным. Чтобы я ни делал в этой жизни, к чему бы не стремился, но никогда не воспользуюсь запрещённым методом. Если бороться, то честно.

— Милый? — сонно мурлыкнула жена, приподнявшись на кровати. Растрёпанная, сексуальная, миловидная и… Ничего для меня не значит, кроме статуса, аксессуара и шикарной партнёрши в постели.

— Не спится, — признался я и виновато улыбнулся. — Немного нервничаю перед гостями.

— Иди ко мне, — мягко позвала она, садясь на постели, но… Не сейчас. Не хочу её объятий и поцелуев, не хочу слов поддержки и утешений, потому что всё не то.

Что же я творил, придурок?!

— Хочу воды попить. Тебе принести? — сказал невпопад и направился к дверям.

— Да, пожалуйста, — помрачнев, кивнула супруга, и одарив её фальшивой улыбочкой вышел в коридор.

Однако, на утро собрал свои останки по кускам и поклялся сам себе, что с сегодняшнего дня начинаю жить полной новой жизнью. Я выбрал это всё, значит буду достойно и по-мужски нести свою ношу.

Гости начали съезжаться к шести вечера. Дом Булатовых благоухал множеством цветов, мерцал белоснежными арками из тюлей и органзы, жемчужными лентами и кристаллами. У ворот дома уже вспыхивали первые вспышки фоторепортёров и папарацци. Зал обеденной полнился огромным столом для приближенных гостей семейства, а главная зала дома располагала столом с угощениями для иных светских и медийных особ. В углу обустроили сцену и небольшую танцплощадку с живой музыкой.

— Где мой брат? — Леся обеспокоенно водила взглядом по помещению.

— Видел его около часа назад, — спокойно ответил я, давая последние напутствия прислуге и музыкантам.

— Этим должен заниматься он, а не жених, — насупилась супруга.

— Мне не трудно. И он обещал вернуться до начала торжества.

— Значит ты знаешь, где он?

— Сказал, что у него важное дело. Это наверняка работа. Ты же знаешь своего старшего брата, — отмахнулся я. — Он день и ночь готов там быть, даже в собственный день рождения.

— Наградил Бог братцем, — сердито рыкнула супруга, и мне стало не по себе.

— Не говори так, — строго посмотрел на жену. — Всем бы такого брата, как Славка, — молвил не без зависти и ушёл к парадной встречать прибывающих. Я не лукавил. Булатов хоть и мой соперник по жизни, но я всегда буду уважать его, так как невольно видел в нём аналогию Игоря Волкова, такой же благородный, умный и великодушный.

Машины подъезжали и подъезжали, и я уже начал беспокоиться, что новоиспечённая супруга меня унизительно оставит одного, но Олеся появилась и встала по левую руку от меня. Именно так выглядит супружество, и неважно, что обоих что-то гложет. Как я, так и она широко улыбались прибывающим гостям. Принимали поздравления и пожелания.

— А нам можно поздравить жениха с невестой? — вздрогнул я от знакомого голоса.

Марк и Есения стояли неподалёку от нас. Мой символ и пример крепкой и бесконечной любви спустя годы и несмотря на преграды и трудности. Два человека, которыми всегда восхищался и робкого завидовал. По сути, наши истории схожи, но Еся не убивала его отца, и он не женился на другой, по крайней мере вовремя одумался. А я…

— Приглашения мы не получали, но Есения чересчур хорошо тебя знает, чтобы быть уверенной, что вероятно оно где-то затерялось, — молвил Марк и осуждающе покосился на мою супругу.

Олеся не взлюбила чету Волковых ещё с прошлогоднего дня рождения Альберта. Вслух своё недовольство девушка не выражала, но всячески избегала встреч с ними, таща меня по другим не менее важным делам.

— Главное вы оба здесь, — улыбнулся я, и попеременно обнял Марка и его жену.

— Да, Алик вчера сообщил радостную новость, — сощурив глазки, молвила Есения и фальшиво улыбнулась Олесе. — От души поздравляем вас. Думаю, тот вопрос, с которым ты обращался ко мне на днях, так же успешно решён?

Вот, паршивка! Почесал нос, скрывая неловкость.

— Какой вопрос? — тут же уцепилась Леся.

— Ничего нового, дорогая, — жена Марка нагло оскалилась. — Ты же теперь его супруга, и я уверена, что он с тобой обсуждал уже это…

— Есь, на пару слов, — и переглянувшись с понимающим Марком, мягко увёл девушку подальше. — Это был конфиденциальный разговор, между прочим.

— В курсе, и я бы это поддержала, пока не узнала от Алика, что ты тут за дичь исполняешь. Лёва, это же твой сын! Хочешь ему такую мамашу? А Женя? Она же только им и дышит. Где тот добрый и мудрый Лев, которого я когда-то знала? Куда ты его подевал? Ау! — и красноречиво заглянула за полу моего пиджака.

— Он на месте, просто не даёт себя в обиду, — произнёс сквозь зубы, поправляя одежду.

— В обиду кому?! — Еся аж слегка взвизгнула. — Жене?! Той Жене, что без памяти тебя любила?

— Не стоит её недооценивать, — нахмурился я от этого жесткого нагоняя.

— Стукнуть бы тебя хорошенько, да так чтобы все наросты спеси посыпались, — покачала головой девушка и отвернулась.

— Есь, ну перестань. Я женился на девушке, которую тоже люблю. Мы уже два года вместе и всё шло к этому. Появление сына и бывшей никак не повлияло на наше решение быть вместе. Зачем говорить о прошлом, которого давно больше нет?

— Ого! — вдруг расплылась в изумлённой улыбке Есения, глядя в сторону парадного входа.

Проследил за её взглядом и… Кажется, умер окончательно. Упал в самую глубокую яму, так как вырвали сердце одним ударом в грудину. Оно сейчас где-то на полу в крови и рефлекторно бьётся, пока я стою в полный рост с зияющей дырой в грудине и смотрю на девушку, что божился