Сказка для Добермана - Алёна Нова

─ Ты же говорил, что не отойдёшь от меня, ─ вспоминаю его слова, а потом во мне просыпается та вредная девчонка, которая изредка показывала всем язык из-за угла, не боясь быть наказанной. ─ А, погоди… так это ревность что ли?

Мои слова пусть и на секунду, но дезориентируют Дема, а мне этого хватает, чтобы резко скользнуть вниз, выбираясь из его объятий, но я знаю, что это ненадолго. Именно поэтому пячусь, отходя на безопасное расстояние, уже видя, как у взбешённого мужчины, надвигающегося на меня, горят глаза.

─ Не отойду, ─ своим демоническим голосом обещает он, настигая так быстро, что я уже пришпилена им к стене за шею. ─ Но всякое может случиться, зайка. Мы должны быть готовы…

Прислоняется своей щекой к моей и втягивает мой запах, а я слышу, как в его груди зарождается новый рык, как рокот грома. Стальная рука сжимает горло всё сильнее, и мне кажется, что сейчас реально придушит, а я просто позволю, но тут Дем любезно решает прояснить ситуацию.

─ Борись со мной в полную силу или я посчитаю, что ты сдаёшься, а победитель получает всё, ─ угрожает, чуть коснувшись уголка моего рта, и проводит языком по нижней губе. ─ Борись любым способом. Кусайся, царапайся... У тебя три секунды, чтобы доказать мне, что ты не безмолвная жертва.

Любые способы говоришь?

Я осторожно перехватываю своими пока свободными руками его стальное запястье, нежно пробегаясь по нему пальцами, при этом не опуская своих глаз. В них сейчас полная покорность, и Дем верит мне, засчитывая эту хитрость, потому что его хватка сразу ослабевает. Он смотрит в ожидании моих дальнейших действий с интересом, и я не разочаровываю – медленно опускаюсь перед ним на колени, проходясь пальцами по крепким, напрягшимся бёдрам с выступающим в районе ширинки бугром. Усыпляю бдительность зверя, дышащего через раз и продолжающего наблюдать, сама боясь перескочить эту грань и не забыть о первоначальной цели.

Меня штормит, и взгляд плывёт, когда я начинаю чувствовать наше общее возбуждение, впрыснутое в воздух, но это, как ни странно, даёт мне стимул. Держа контакт взглядом, я резко выпускаю когти и выпиваюсь ими в плоть ничего не подозревающего агрессора. Дем шипит, а мне становится ясно, что из этого подвала меня, возможно, не выпустят, пока не возьмут реванш... или что-нибудь другое.

28

Ада

Кажется, я приятно удивляю его, и в этом рыке, вырвавшемся следом, слышно одобрение. Аромат свежей крови бьёт по рецепторам, и я упиваюсь им, позволяя себе этот миг слабости, но недолго нельзя отдаваться инстинкту – он не приведёт ни к чему хорошему.

На ногах оказываюсь стремительно, и, несмотря на внезапно накатившую слабость, так же быстро перемещаюсь за спину Дему, только он быстрее.

─ Неплохо, ─ хвалит, тут же перехватывая меня, и вот я опять у стены, теперь лицом ней. ─ Но ты слишком медлительна. Растеряла свои навыки?

Проходится ладонями по моим бокам, ведёт вниз, прижимаясь к моей спине, и мне сложно дышать этим густым, пропитанным аппетитным ароматом воздухом.

─ Только не советую такой манёвр проворачивать – лучше сразу бей между ног, ─ советует совершенно серьёзно, а потом вдруг как бы между делом интересуется: ─ Скажи-ка, зайка, я давно ли ты питалась?

Я не сразу включаюсь в разговор от сладкого запаха крови, смешанного с его собственным, из-за чего дышу урывками, но стоит вопросу дойти до затуманенного мозга, напрягаюсь.

─ К чему ты это? ─ вдруг волнуюсь, потому что ну не может он вот так раскрыть мою тайну – её даже брат не знает.

─ К тому, что я могу распознать голод. Я проходил через это, ─ бьёт сердитым шёпотом и резко разворачивает, пытаясь прожечь во мне взглядом дыру. ─ Ты ни разу не охотилась за эти дни, что мы живём вместе, а ещё я заметил твою слабость.

Окей, Шерлок, ты меня вычислил… А вот мне что делать?

Отвечая на мой безмолвный вопрос, Дем вдруг вспарывает когтём своё запястье вдоль до самого сгиба локтя, и едва тёмная кровь выступает на коже, я отшатываюсь, врезаясь затылком в стену, даже не чувствуя боли.

─ Нет… ─ отчаянно мотаю головой, словно мне яд предлагают, только в нашем случае это действительно плохо кончится. Я знаю, что Дем уже пил мою кровь, но я понятия не имею, что произойдёт, если я тоже выпью из него – обычно, пары делают это обоюдно, во время первой и последующей близости. Только вот нам она не светит, как солнце упырям.

─ Пей или совсем ослабнешь, слышишь?! ─ суёт мне руку под нос, а я как от святой воды едва не шиплю, резко уворачиваясь в сторону. ─ Пей! Иначе не сможешь бороться! Хочешь просто сдаться, когда ушастые тебя превратят в марионетку для их целей? А может, мечтаешь попасть в лапы маньяка, став его очередной инсталляцией? Скажи, хочешь этого? Тогда я просто не буду больше вмешиваться!

И он с таким бешенством всё это твердит, что даже моя кошка возмущается и восхищается одновременно, только если зверем руководят инстинкты, то во мне просыпается невиданный прежде гнев.

─ А кто ты мне, чтобы так переживать? Это вообще не твоё дело, понятно!? ─ я не контролирую крик, заставивший дребезжать стекло в единственном крохотном окошке. ─ Захочу – просто перестану есть совсем!

Дем уже не злится – он с лёгкостью ловит меня в крепкий захват, пытаясь заставить хоть часть крови попасть мне в рот, а в меня будто демоны вселяются, и перед глазами всё окрашивается в красный. Да сколько можно обращаться со мной, как с куклой?

Злость на собственную беспомощность, которую я сама и взрастила, придаёт сил, и они поднимаются откуда-то с самого дна, просыпаясь от долгой спячки. Вырываюсь из раскалённых рук, как сумасшедшая, рычу, ощущая, насколько выросли клыки и когти, а когда удаётся оказаться на свободе, бросаюсь на Демьяна с одним желанием – показать, что я вовсе не слабая.

─ У тебя нет прав так себя вести!

Он легко уходит с траектории моих безумных атак, и меня это злит только сильнее, подогревая жажду отмщения.

«Да как он мог назвать нас слабыми?» ─ поддакивает кошка, а я в кои-то веки с ней солидарна, потому что нет ничего хуже, чем подобное пренебрежение со стороны твоей же