Страсть без жалости - Элизабет Адлер

– И как же она на тебя посмотрела? Марла задумалась.

– Я уже видела этот взгляд. Как будто она хочет убить меня.

Эл присвистнул. Снова взял ее руку.

– Послушай, радость моя, ты должна через это перешагнуть. Я знаю, ты пережила страшную травму. Может, мне следовало подумать об этом раньше, но сейчас, по-моему, тебе надо показаться специалисту… психиатру… ну, ты знаешь, что я имею в виду.

Марла взглянула ему в глаза.

– Мне это не померещилось. Та женщина меня ненавидела. Я кожей чувствовала ее ненависть. Мне не нужен психиатр, Жиро.

– В таком случае кто она, к черту, такая и с какой стати ей ненавидеть тебя?

Марла пожала плечами. Подошел официант с салатом. Она поблагодарила его.

– Скорее всего какая-нибудь ненормальная. Мне просто не повезло, что пришлось дважды натолкнуться на такой взгляд.

– Больше этого не произойдет, я тебе обещаю.

Она ответила нервной улыбкой. Эл никогда не видел ее такой. Марла, его золотая девочка, суперженщина, властная, взрывная, всегда готовая настоять на своем, сегодня на себя не похожа, и все из-за того, что какая-то ненормальная не так на нее посмотрела на лестнице в Городском управлении.

– Ладно, я постараюсь от этого избавиться, – решительно заявила она. – Только, Эл, давай поскорее найдем эту Лори Мартин. Мне не по себе от мысли, что она разгуливает на свободе и готовится к очередному удару.

– В одном я совершенно уверен: она больше не нападет ни на тебя, ни на Вики. Она уже подставила Стива. Его засадили за это. Если теперь кто-то другой попытается напасть на тебя, это разрушит все ее планы. Нет, Марла, ты в безопасности. И кроме того, – Эл улыбнулся ей, – я больше никого к тебе близко не подпущу.

Она засмеялась.

– Даже женщину?

– Особенно женщину.

Марла оживилась. Слава Богу, подумал Жиро. Он уже было встревожился не на шутку: Марлу нелегко привести в уныние. Но теперь она, кажется, это преодолела. Они съели салат, насладились окунем и стейком. Марла даже съела половину жареного картофеля с его тарелки. Теперь они принялись за шоколадное суфле, которое подали в больших французских кофейных чашках. Вкус такой, что умереть можно. За суфле Марла снова вернулась к прежней теме.

– Когда ты собираешься рассказать Булворту то, что узнал о Лори Мартин? – неожиданно спросила она.

– Вообще-то я пока не собираюсь ничего ему рассказывать. А почему ты спрашиваешь?

– В конце концов, он ведет это дело. Тебе не кажется, что Булворт должен быть в курсе событий?

– Я работаю не на Булворта. Меня наняла Вики Маллард и ее адвокаты. Поэтому я не обязан отчитываться перед полицией. Пока.

Марла растерянно покачала головой.

– Но может, они быстрее нашли бы Лори Мартин, если бы знали все, что знаем мы.

– Ты забываешь, что это те самые полицейские, которые арестовали Стива по обвинению в покушении на убийство жены. Его застали у ее тела, а нож лежал рядом на полу. И ты лежала на полу без сознания. В полиции безоговорочно верят, что все это сделал Стив. А у нас есть только предположения, что Лори Мартин жива и что она и есть убийца. Теперь ты скажи мне, как нам доказать свои предположения полицейским. Я этого сделать не смогу.

– Да, наверное, ты прав.

Марла произнесла это нехотя. Эл понял, что она все еще боится и хочет, чтобы Лори поскорее оказалась за решеткой, ушла из ее ночных кошмаров.

– Пойдем, радость моя, я угощу тебя кофе дома. – Эл сделал знак официанту. – А потом уложу в постельку и спою колыбельную.

Эти слова наконец дошли до ее сознания.

– Спасибо, Жиро. Но только без колыбельной. Когда ты начинаешь петь, это похоже на крик борова под ножом мясника.

– А ты откуда знаешь, как кричит боров под ножом мясника?

Он тут же пожалел о своем вопросе.

Домой они вернулись уже после полуночи. Голливуд-Хиллз окутывал густой туман. В Калифорнии это еще называется «морским слоем». Когда Эл развернул «корвет» к своему дому, из-под колес выскочила маленькая черная собачка. Марла резко обернулась, глядя на собачку широко открытыми глазами. Эл сразу понял, о чем она подумала.

– Красной ленточки на шее у нее нет. Наверное, какая-нибудь приблудная, а может, соседская. Выбежала по своим делам, прежде чем улечься спать в свою теплую собачью корзинку.

Однако он чувствовал, что Марла снова всерьез испугалась, и это не на шутку встревожило его.