Алый шелк соблазна - Сара Беннет

– По-моему, только часть пути.

– Разве мне не надо попрощаться?

– Нет, видите ли, это секрет. Никто не должен знать.

– А… – Миссис Страуд поднесла палец к губам, отчего шаль соскользнула с ее плеч. Одевали ее впопыхах, под платьем оставалась ночная рубашка, волосы были заплетены на ночь, а голову прикрывал ночной чепец. Служанка прихватила теплое одеяло и дала своей подопечной дозу опиумной настойки – лауданума, чтобы она спала во время нежданного путешествия.

Нельзя допустить, чтобы миссис Страуд вдруг раскричалась, а такое с ней бывает часто. Или вдруг бросилась назад в дом из-за какой-нибудь мелочи. Нет, без лауданума нельзя. Если Арнольд их поймает, всем будет худо. Арнольда все боятся, даже Дид. Взгляд у него какой-то странный, ненормальный. Нет, миссис Страуд повезло, что она уезжает.

Хетти шла следом за Порцией к экипажу и возбужденно шептала перепуганным голосом:

– Миссис Страуд… она будет ждать нас у конюшен. Нам с ее горничной пришлось собрать бедняжку кое-как, она почти спит, но будет на месте, дорогая.

– Мы устроим ее в карете, потом вы высадите меня в Сент-Джеймсе, а ее повезете в Кембридж. Я попрошу, чтобы после бала меня отвезли. Если повезет, то Арнольд до завтрашнего обеда не узнает, что мама уехала, а к тому времени она будет уже в безопасности. Пусть говорит что хочет, мне нет до него дела. Скажу, что это была моя идея.

– Ах, если бы вы тоже могли уехать, миледи, и спастись от этих Гиллингемов. Мне страшно, что вам придется один на один разговаривать с мистером Арнольдом. Он очень рассердится.

«О да, рассердится». Порция с усилием сдержала дрожь и спокойно продолжила:

– Если мама уедет, Арнольд и Лара не смогут мне угрожать тем, что запрут ее в сумасшедший дом. Они соберут вещички и вернутся к себе на Керзон-стрит. Чем быстрее они уберутся из моего дома и моей жизни, тем лучше, – сердито закончила Порция.

– Я тоже так думаю, мадам, – упавшим тоном заметила Хетти.

– И клянусь тебе, Хетти, больше я никогда не пущу их к себе, не допущу предательства у себя в доме!

И обе замолчали; каждая углубилась в свои мысли. Экипаж медленно катился по тихой улочке, готовясь обогнуть дом и повернуть к конюшням. Внезапно раздался цокот, копыт и громкий крик. Карета дернулась и остановилась. Послышались голоса и какая-то возня на облучке.

– Что случилось? – Порция выглянула в окно.

Внезапно дверца кареты распахнулась, внутрь поднялся незнакомец в маске, и со зловещим стуком дверь снова захлопнулась. Фонарь на мгновение осветил незнакомца. Он был одет в черное, лицо прикрыто черной повязкой, виднелись только глаза. Шляпа низко надвинута на голову. И все же в нем улавливалось что-то знакомое. Но тут неизвестный разбойник наклонился и задул лампу. Стало темно.

– Служанка, прочь, – прохрипел он.

– О Боже! – Голос Порции звучал скорее сердито, чем испугано. – Вам известно, кто я такая?

– Я не оставлю свою госпожу! – завопила Хетти. Незнакомец воскликнул:

– Вечно с тобой какие-то сложности!

– Марк?

– Ну конечно, – негромко признался Марк. – Я пришел, чтобы спасти вас, миледи, хотите вы этого или нет.

Порция отчаянно замотала головой:

– Нет, Марк, нет. Ты погубишь меня.

– Вот именно, – отозвался злодей. – Тебя давно надо было погубить. Для твоего же блага.

– Прекрати, – закричала Порция. – Моя мать… Они погубят ее.

На минуту все замолчали. Слышалось только прерывистое дыхание женщин. Наконец Марк спросил:

– Твоя мать? Что они могут ей сделать?

Ответила Хетти:

– Мистер Арнольд угрожал, что прикажет забрать и запереть мать миледи…

– Это правда, – прошептала Порция.

– Значит, ты говоришь, что я не могу украсть тебя только потому, что пострадает твоя мать? – Он расхохотался.

– Они используют ее как заложницу, чтобы заставить меня вести себя должным образом, – объяснила Порция. – Я все время пыталась придумать, как увезти ее с Гросвенор-сквер. Они постоянно следят за нами. Сегодня Арнольд в первый раз не стал меня сопровождать. И мы решили воспользоваться случаем.

– Ты могла бы попросить меня спасти твою мать, – с грустью произнес Марк. – Я бы сделал это.

– Сделал бы? – Порция хотела увидеть его глаза, но было слишком темно. – Но мы справились сами, мы придумали план.

Марк распахнул дверцу.

– Выходи. На той стороне сквера меня ждет другой экипаж.

– Нет, я же сказала тебе, я не могу! Меня ждет мать. Мы должны забрать ее от конюшен, мой кучер отвезет ее в Кембридж.

– В Кембридж? Почему в Кембридж?

– Там живет моя тетка.

– Но ведь они догадаются. И через несколько часов привезут ее назад. Нет, я сам спасу твою мать. Я справлюсь лучше, чем ты. Но ты должна поехать со мной.

– Я же еду на бал в Сент-Джеймс! – с отчаянием выкрикнула Порция.

– Ты так замечательно выглядишь!

Порция бросила на него умоляющий взгляд, а Марк взял ее за руку и вывел из кареты. Они оказались так близко, что она ощутила его тепло, почувствовала исходящий от Марка мужской запах, и все это произвело на нее свое обычное действие. Несмотря на ужасную ситуацию, она была рада его видеть, и не потому, что он обещал спасти мать, а лишь потому, что это был он, Марк.

– Ты обещаешь помочь мне, если я пойду с тобой. Это не ловушка?

– Обещаю. – Глаза Марка остро блеснули из-под маски.

– Ты не лучше Арнольда, – пробормотала Порция.

– Если бы я поверил, что ты и правда так думаешь, я бы обиделся, – с улыбкой отозвался Марк. – Он негодяй, а я – герой. Огромная разница. Ну что, идешь со мной?

Разве у нее был выбор? Был. Но так хотелось сказать «да».

– О… Я согласна. Но моя карета? Ей нельзя пока возвращаться. Арнольд догадается.

– Я отправлю кучера в Сент-Джеймс на тот случай, если кто-нибудь заметит. Раз карета на месте, значит, и ты тоже во дворце.

Порция развернулась и пошла к темной громаде его экипажа. Пышные юбки закручивались вокруг ног, бальные туфельки сдавливали пальцы.

Вдруг послышались быстрые шаги Хетти. Горничная вцепилась в плащ Марка.

– Возьмите меня с собой! – умоляюще проговорила она.

Он обернулся.

– Ни в коем случае.

– Но я должна быть с миледи. Я ей нужна. Как она обойдется без меня? Я… я должна с ней поехать. Она рассердится, если вы меня не возьмете. Вы же не хотите сердить ее?