Полет дракона - Екатерина Каблукова

– Старый болтун? – оскорбился призрак. – На себя посмотри! Песок так и сыплется! Тебя в гололед на улицы выпускать хорошо!

– Мадмуазель, прошу прощения за этого нахала! – Ричард весело сверкнул глазами. – К сожалению, у нас редко бывают гости, и он совершенно отвык от хороших манер! – Он небрежно вскинул руку вверх, приказывая стражу помолчать. – Пройдемте в гостиную. Карл, отнесите вещи мадмуазель в голубую спальню.

– Да, мессир, – кивнул тот.

Князь старомодно протянул Веро руку:

– Окажете мне честь?.

– Мессир, – вежливо кивнула она, беря хозяина дома под руку.

Они неспешно вошли в гостиную. Князь подвел девушку к одному из кресел с высокой спинкой, стоявших у камина, облицованного серым мрамором. Сам он, подойдя к бару, разлил напитки по бокалам и занял соседнее кресло.

– Насколько я помню, вы предпочитаете ром… – он протянул один из бокалов Веро.

Она кивнула:

– Да, спасибо.

Они помолчали, глядя на чернеющее нутро камина. Девушке подумалось, что зимой здесь более уютно, чем жарким летом. Хотя и сейчас старинное здание дарило прохладу хозяевам, уставшим от летнего столичного зноя. Краем глаза Веро заметила, что Албус просочился сквозь дверь и теперь висел над столом едва заметным силуэтом.

– Скажите, ваша светлость, – внезапно спросила она, – а вы никогда не думали об упокоении вашего Стража?

– Еще чего! – От возмущения Албус стал полностью видимым. – Ишь, удумала! Упокоение!

– Признаться, я иногда размышляю об этом. – Хозяин дома улыбнулся задорной мальчишеской улыбкой и сразу же напомнил ей Дерека. – Но, видите ли, Албус выступает против этой идеи. А нас с ним связывает слишком многое, чтобы я мог пренебречь мнением старого друга.

– Скажи проще: без меня тебе тоскливо в этом склепе, – фыркнул тот, подлетая ближе. – Недаром же ты кусок стены выламывал и сюда вез!

– Вы действительно это сделали? – Веро широко распахнула глаза.

– Это было нетрудно. Во время войны, в отличие от вашего, замок Эйсен сильно пострадал, поэтому при реставрации я распорядился доставить небольшой фрагмент стены, в которую вмурован Албус, сюда, в столицу. Заодно получив хорошего охранника.

– Мог бы сказать, что идеального, – смущенно пробормотал тот, явно польщенный.

– Если бы ты сегодня не впустил сюда Эдварда Амстела, мог бы… – подтвердил князь.

– Совесть имей! Он же высший дракон! Тем более он был зол, как…. Как дракон! – от несправедливости обвинений Албус даже икнул.

Веро с интересом посмотрела на хозяина дома:

– Дядя приходил сюда? Зачем?

– Хотел обсудить текущее положение дел кланов, – усмехнулся князь.

– На евойного внука жаловался, – наябедничал Албус. – Говорил, что, дескать, тот девицу совратил, племянницу… – Он осекся и пристально посмотрел на девушку: – Ты, что ль, она будешь? Совращенная-то?

– Я – единственная племянница Эдварда, – коротко сообщила Вероника.

– Ясно. – Страж посмотрел на хозяина. – Вот, значит, почему голубая спальня…

– Она самая прохладная, – отозвался тот.

Призрак глумливо хмыкнул и выразительно посмотрел на портрет красивой темноволосой женщины, висевший над камином. Веро заметила, что князь, проследив за его взглядом, нахмурился, а в глазах мелькнуло что-то, похожее на тоску. Девушка быстро отвела глаза, чувствуя, что увидела нечто очень личное. Наверное, князь заметил это, потому что кивнул на портрет и пояснил:

– Это моя жена Матильда. – Он вновь бросил задумчивый взгляд на портрет. – Она умерла очень много лет назад. Знаете, я всегда восхищался именно тем, что Фернанд осмелился пройти древний обряд и навек связать свою судьбу с любимой женщиной, подарив ей долгую жизнь.

– А почему вы не сделали этого? – Веро с интересом посмотрела на собеседника. – Вы же знали об обряде?

– Тогда все о нем знали. Но я побоялся. Тиль и так рисковала очень многим ради меня, и принуждать ее пройти еще и это… – Он покачал головой. – Пройди она обряд, навсегда связала бы свою жизнь с моей, а я все-таки хотел оставить ей возможность выбора.

– Но она же вышла за вас замуж? Разве это не доказательство?

– У нее всегда оставалась возможность уйти.

– Хотите сказать, что мой дед был более эгоистичен? – Веро слегка напряглась.

Князь пожал плечами:

– Насколько я знаю, он был счастлив, и его жена тоже. Он просто был смелее и не любил компромиссов.

Девушка кивнула, соглашаясь с неоспоримой логикой.

– А вы? – продолжил князь.

– Я?

– Что предпочли бы вы? Выбор или вечную привязанность?

Веро задумчиво посмотрела на следы сажи в камине. Она знала, что ей не следует лгать высшему дракону.

– Я предпочитаю свободу. По моему опыту, в современном мире любовь, как правило, проходит, чаще сменяясь либо безразличием друг к другу, либо ненавистью, и самое худшее – когда она проходит лишь у кого-то одного. Это доставляет больше всего страданий.

– И тогда…

– И тогда вместо любви появляется ненависть и желание отомстить, уничтожить, раздавить. А это прямой путь к измене.

Князь кивнул и допил свой коньяк.

– Вы правы. Там, где брак без любви, как правило, любовь без брака… А простота разводов обесценила брак, сделав свадьбу этакой пошлой вещью.

– Полагаете, было бы лучше, если бы люди были обречены жить вместе, ненавидя друг друга? – девушка криво улыбнулась.

Ее собеседник пожал плечами:

– Думаете, сейчас мало таких семей?

– Нет, не думаю. – Веро покачала головой. – Я знаю, что, даже ненавидя друг друга, люди могут прожить достаточно долгую жизнь вместе. – Она помолчала и добавила: – Только это нельзя назвать полноценной жизнью…

В комнате стало так тихо, что можно было услышать гул машин, проезжающих по улице. Молчание затягивалось, и Веро, чья деятельная натура требовала действий, начала рассматривать комнату.

Серебристый шелк на стенах слегка выцвел, ажурная лепнина на потолке кое-где потрескалась, лишь хрусталь на старинной люстре блестел, будто новый. Подвески слегка подрагивали, свет электрических ламп переливался в них, словно в хрустале прятался миллиард маленьких солнц. На полу, покрытом толстым, приглушающим шаги ковром, метались тени. Веро так увлеклась игрой этого света и теней, что не заметила, как дверь распахнулась, и вошедший слуга доложил, что голубая спальня готова. Князь кивнул и поднялся:

– Что ж… уже действительно поздно. Спокойной ночи, мадмуазель.

– Спокойной ночи!

Она, чувствуя себя послушной школьницей, встала и последовала за слугой вверх по лестнице.

– Прошу, мадмуазель, – лакей почтительно распахнул дверь одной из спален.

Веро зашла и осмотрелась с тайным вздохом: голубой шелк стен, вычурная позолота мебели и огромный балдахин над кроватью создавали ощущение, что она попала в музей. Любой шорох за дверью навевал мысли о группах экскурсантов, готовых зайти в комнату. Именно поэтому в свое время она бежала из особняка Амстелов и до сих пор не любила там останавливаться.

Надев уютную пижаму, она по привычке бросила взгляд на телефон. Экран светился полученными сообщениями. Она быстро просмотрела