Паучиха - Кристина Воронова

Лера подняла на нее ледяной взгляд:

— Ты это о ком?

Валя не нашла, что ответить, не желая идти на явный конфликт.

— Так ты, конечно же, не замужем? — снова обратилась к ней Валя после того, как ей принесли заказ. Она налегла на "мартини", запивая алкогольным напитком принесенные деликатесы.

— Нет. А что, все женщины всенепременно должны выйти замуж? — голос девушки выдавал скрытую агрессию и неожиданную внутреннюю силу. Оксана даже невольно ее зауважала, хотя еще минуту назад считала полным ничтожеством. — Вот ты, например, очень счастлива в замужестве?

— Я? Что за странные вопросы — конечно же! — энтузиазм Вали явно был фальшивым. — Кстати, хочешь посмотреть фотки с нашего свадебного путешествия в Грецию? Еще мы были в Италии, Венеции, также посетили Великобританию и Францию.

— Когда это? — не удержалась Оксана.

Валентина обожгла ее злым, раздраженным взглядом:

— А ты что, не помнишь, что ли?

— Запамятовала, — развела руками девушка. — Наверное, я тоже куда-то уезжала… То ли в Америку, то ли в Германию, — сардонически перечисляла она свои несуществующие поездки.

"А, кстати, летом обязательно надо куда-нибудь съездить! А то торчу здесь, как дура. Работаю, как безумная лошадь в каком-нибудь проклятом цирке".

— Ой, фотоальбом забыла… Ну надо же! — Валентина демонстративно порылась в сумочке. — Какая же я стала рассеянная, а все из-за этого английского!

— Да, иностранные языки действительно последние мозги отшибают, — язвительно произнесла Лера. — Вот я, например, знаю три: английский, немецкий и французский. Недавно устроилась работать в иностранную фирму — получаю неплохо. Правда, все приходиться откладывать — купила квартиру в кредит.

— Подумаешь! — Валя выпятила губу. — Вот у Оксаны уже есть своя трехкомнатная квартира в центре.

— Я знаю, мне ее мама рассказала, когда я звонила на их старую квартиру. В голосе Леры не чувствовалась зависть. Оксана ощутила невольную грусть, чувство потери, ведь когда-то же она была такой же… Верила в свои силы. И не снимала порно, и не была соучастницей убийства, совершенного сексуальным маньяком у нее на глазах. Раньше она тоже была другой. Сильной, чистой, светлой.

"Дурой, короче! Я была дурой! — пыталась убедить себя она. — Лера за всю жизнь столько не заработает, сколько я за год! Если доживу до конца этого года, конечно. Кто его знает, когда у Славы окончательно поедет крыша, и он меня прибьет? И не надо уверять себя, что такого не может произойти — может! В конце концов, чем я для Славика лучше других? Он любит Валю, а не меня".

— А мой муж, Славик, такой красавчик! — Валя выудила фото из кошелька и с гордостью протянула его девушке.

— Красивый, — согласилась та, возвращая фотографию, — но какое-то лицо у него слишком жестокое. Он, часом, тебя не бьет?

Валя поперхнулась "мартини". Оксана ударила ее по спине.

— Да нет. А кто тебе такое сказал? — Валя со злостью уставилась на Оксану. Та сделала невинное лицо. На самом деле она восхищалась Лерой, которая выделывалась по-своему. Что ж, у нее ведь не было денег. Столько денег, как у них двоих. Но был острый язычок и ум.

Остаток вечера прошел более-менее нормально. Валя, несмотря на полученный урок, а может быть, благодаря ему, продолжала подкалывать Леру. Впрочем, ее булавочные уколы ломались об острый панцирь. Лера же охотно демонстрировала Вале огромную разницу между их интеллектом. Оксане даже нравилось, что кто-то другой постоянно делает из ее любимой дуру. Словно Лера утоляла ее же собственную злость. Оксана иногда сдерживала ее только для вида. Она даже удивлялась, откуда у такой милой девушки, как Лера, столько язвительности.

"Да, жизнь учит нас быть жестокими, даже безжалостными, — подумала она с некоторой грустью. — А ведь раньше мы дружили втроем, даже считались компанией, были не разлей вода. Куда же все это делось? Утонуло, как "Титаник"".

— Что ж, красота — хорошее дело, выгодное вложение капитала, — совершенно серьезно заметила некрасивая Лера. — Но она быстро проходит. К тому же, в нашей стране, где красавиц хоть пруд пруди, красота — товар дешевый.

— Как это дешевый? Сто долларов за ночь! — пошутила Ксана, улыбаясь бледной улыбкой.

— На Окружной можно найти и подешевле, — отозвалась Лера. — Но ты, Валя, пока еще стоишь сто долларов. А вот когда постареешь…

— Я скоплю много денег и сделаю себе пластическую операцию! — надменно возразила девушка, кутаясь в свою длинную шубку.

— Но это все равно уже будет не то, — покачала головой Лера. — Главное — это мозги. Индивидуальность. Вот чем можно удержать мужчину надолго!

— Если позволять ему изменять, то можно удерживать его сколько угодно! — хмыкнула Ксана, вглядываясь в небо.

Они стояли возле входа, дожидаясь такси. Погода была теплая, несмотря на конец октября. Оксана радовалась приходу очередных месячных, обозначавших, что она по-прежнему не залетела. Ей хотелось расстегнуть пальто и подставить лицо ветру, как молоденькая девочка. Улыбнуться. Забыться. Стать прежней. Но она понимала, что прошлое безвозвратно ушло. И в закромах ее души даже с помощью сита не найти мельчайших частичек ее прежней души. Все ушло, как ветер.

Наконец приехало такси.

— Спасибо за шикарный обед, я пойду пешком, — улыбнулась Лера. — У меня еще масса дел. Думаю, что мы уже больше с вами не увидимся. Пока. Не буду желать вам удачи, так как не знаю, будет ли она у меня. Не хочу разбазаривать то, что мне не принадлежит.

Девушка помахала им рукой и удалилась быстрым шагом. Оксана с грустью подумала, что они были ей в тягость… Так же, как и она им.

Они принадлежала к разным слоям общества. Лера — осколок недобитой интеллигенции, Валя — новая русская, а она сама — мафия.

— Что же ты, садись. Нечего столбом стоять и ей в спину пялиться! — с раздражением воскликнула Валя, дергая ее за край куртки. Она уже сидела в машине и смотрела на нее с раздражением, снизу вверх. — Знаешь, нечего было с ней встречаться, — обидчиво заявила Валентина, когда машина поехала. — Она такая противная…

Девушка надула красивые губки:

— Она даже не сделала мне ни одного комплимента!

Оксана хмыкнула:

— Так она же не лесбиянка!

Валя глянула на нее со злостью:

— Так я тоже не лесбиянка!

— Так ты ей тоже не сделала ни единого комплимента, — отвечала Оксана, желая превратить начинавшуюся ссору в шутку. — Знаешь что: давай не будем больше о ней говорить. Лучше поедим ко мне ночевать, а для Славика что-нибудь придумаем. В конце концов, если он не поверит, что мы ночуем у меня, одни, то пусть приедет и проверит.

Оксана оживилась, заулыбалась, призрак Леры неотвратимо уходил навсегда. Как и остатки совести.