Ты Для Меня - Ольга Гринвэлл

Билет до Лондона ждал меня. Осталось две недели до свадьбы отца на этой отвратительной женщине, которая должна стать мне мачехой. Сколько же всего произошло за столь короткое время!

Я вспомнила про свою мать. Странно, за всеми этими событиями я почти забыла о существовании этой женщины. Не родная она мне. Совсем нет желания снова встречаться с ней.

Почувствовав, что снова начинаю злиться, я нырнула с головой под воду. Пора вылезать. На часах стрелка показывала половину двенадцатого.

* * *

Меня начало трясти задолго до того, как я подъехала к офису Никиты. Решила, что остановлюсь чуть подальше, пройдусь, справлюсь с захлестывающими меня эмоциями. Достала салфетки из сумочки — ладони вспотели. Неврастеничка. Перед тем как выйти из машины, ещё раз оглядела себя в зеркало. Бледное лицо, губы дрожат. Да ещё дрожат как у плаксивой девчонки. Чуть-чуть их покусала, чтобы прилила кровь. Все.

Шла не торопясь, походкой, как говорится, от бедра. Это придало мне немного уверенности. Уже стоя в лифте, спросила себя — зачем вообще мне надо было видеться с ним? Не дождавшись ответа от своего подсознания, уставилась на кнопочное табло. Приехала.

Дверь открылась.

В приемной сидела секретарша. Красивая. Наверное, подбирает себе служащих по внешности. Интересно, ее он тоже трахает? При этой мысли тут же покраснела, живо представив Никиту и эту девицу, распластавшуюся на его столе.

Черт! Споткнулась.

— Извините, вы что-то сказали?

Я чуть свысока посмотрела на секретаршу.

— Это я не вам.

— На который час вам назначено?

— Три.

Я видела, как эта красотка оглядывает меня, мою шаль от «Дольче и Габбана», сумочку «Прада».

— Подождите минуту, я узнаю у Никиты Антоновича, освободился ли он.

Она вышла из-за стола, но я, нетерпеливо дёрнув плечом, уже схватилась за ручку двери. Показала ей на часы.

— Мне без разницы. Для меня он освободится.

Открыла дверь. Секретарша, как и полагается, бросилась грудью на амбразуру, пискнув:

— Никита Антонович... я…

— Ничего, Рита, — услышала его спокойный голос. — Все хорошо.

Значит, вот как зовут его секретаршу. Интересно, а как зовёт ее Никита, когда она на столе...

Плотно прикрыв за собой дверь, я повернулась на его голос. Мужчина сидел за столом в большом кресле и с усмешкой смотрел на меня.

— Думал, я не приду?

— Нет. Я был уверен, что ты будешь здесь в назначенное время, — он вышел из-за стола и ленивой походкой направился ко мне. Руки в карманах брюк.

— Назначенное, да?

Он вообще ничего не ответил. Стиснув зубы, я задрала подбородок, и в это время мой взгляд упёрся в картину, висевшую на стене. Мать вашу! Это же я рисовала! Его!

— Нравится? — в глазах Никиты застыл смех. Он что, мысли мои читает?

Застыв в изумлении, я не заметила, как он подошёл на слишком опасное расстояние. Эти его прикосновения. Прочь, дурацкая слабость!

— Я скучал по тебе, — его голос так близко. Горячие ладони на моих плечах. Мне нечем дышать.

Резко отпрянув, оттолкнула его.

— Говори, что ты хотел сказать.

Слегка поморщившись, Никита отошёл к окну.

— Вель, мне просто обидно. Неужели я даже не заслуживаю твоей улыбки? Почему ты такая колючая? Скажи, что не так?

Я уже пришла в себя. По крайней мере, смогла пройти твёрдым шагом к одному из стульев и сесть.

— Никита, ты же не об этом хотел поговорить со мной. Ввиду последних событий, я рассчитывала хоть на какое-то объяснение.  Понимаю, я наследница своего отца и того гляди стану обеспеченной женщиной, но как ты мог использовать мои чувства в грязных целях? Не знаю, как другие твои подружки, но со мной эти игры не пройдут. И унижать себя не позволю.

— Господи, о чем ты? — Никита схватился за голову.

Я вскочила со стула. Он ещё притворяется, что ничего не понимает!

— Твой отец лишил меня матери. А теперь вы вдвоём ещё хотите лишить меня всего. И ещё эта  Лидия!  Я ненавижу вас всех! И твоего отца, и тебя!

Поняла, что кричу. Перед глазами все поплыло в красном тумане. Только увидела, как в два прыжка Никита оказался передо мной.

— Веля, опомнись, что ты несёшь! — его губы на моем лице, частое дыхание.

— Пусти! — уперлась в его грудь кулаками. — Ненавижу тебя! Не трожь меня!

Его губы больно впились в мои, и я почувствовала, что опять падаю в пропасть страсти. Нет, не позволю.

— Да пошёл ты, — свободной рукой я с размаху ударила его по лицу. Словно в замедленном кадре видела, как его голова резко отклонилась в сторону.

Бросилась к выходу.

Уже открыв дверь, сказала, не поднимая глаз.

— Да, кстати, я выхожу замуж.