Бракованная - Диана Рымарь

Через некоторое время я его узнаю… Вчерашний посетитель! Тот странный мужчина, который назвался Демьяном Громовым!

У меня вдруг резко пересыхает во рту, а сердце делает двойное сальто назад с разворотом.

Если бы не Лев, я еще вчера задала бы этому детективу сотни вопросов. Как так случилось, что Габарашвили покинули гостиницу? Где они теперь? Чем занимаются? Что теперь с девочками? Много ли сестер он уже навестил? Спас ли кого?

Но когда он подходит, задаю лишь самый важный:

— Вы правда думали, что сможете мне как-то помочь своим визитом?

— Здравствуйте, Эвелина, — хмыкает он, опускается напротив меня. — Визитом вряд ли, но я ведь должен был как-то проявиться, верно? И без того вот уже несколько дней пытался с вами связаться. Вы не очень-то общительны. На е-мейлы не отвечаете, с незнакомого номера трубку не берете, из особняка, считай, крепости, почти неделю не выходили…

Изучаю его пристальным взглядом. Интересно, он правда не понимает ситуации?

— Проколотая шина и отсутствие запаски — ваша работа?

Детектив кивает.

— Я ожидал, что вы сядете в такси…

Наверняка и полицейских для отвода глаз также натравил он.

— Я не езжу на такси, — отвечаю, прищурившись. — И моему нежеланию общаться с посторонними есть причины…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Более чем уверен, — кивает он. — Я задам вопрос еще раз: Эвелина, вас устраивает ваш брак?

В этот момент у меня неожиданно начинают трястись губы, да так отчаянно, что я даже не сразу могу с собой совладать. Детектив видит мою реакцию, еще больше серьезнеет, и я как-то сразу понимаю: он всё обо мне знает! Почувствовал, увидел, прочитал. Наверное, потому что видел подобные моему браки раньше.

— А как вы думаете? — спрашиваю со всхлипом.

Вижу, как он морщится, смотрит в окно, потом поворачивается ко мне и начинает быстро говорить:

— Вы не обязаны терпеть, вы можете развестись.

— Ага, и попасть в лапы дяди Улдана? Нет уж, спасибо! — нервно отхлебываю кофе.

— Больше не беспокойтесь о дяде, он в тюрьме пожизненно и ничего не сделает ни одной из сестер Габарашвили!

— Вы серьезно? — охаю я.

Мне сложно представить, что полковник полиции сам может оказаться в тюрьме.

— Еще как серьезно, я лично помог его туда упрятать. Вдаваться в детали некогда, давайте к более насущным вопросам. Вы больше не обязаны терпеть ваше замужество, можете уйти от мужа!

В этот момент мне становится смешно. Ничего-то он обо мне не понял.

— Лев не позволит! Вы не знаете, сколько у моего мужа охраны, сколько связей…

— Я не говорил, что это будет легко, тем не менее это реально! Я могу забрать вас отсюда, отвезу вас к сестрам, и…

— И Лев будет там в течение суток!

— И что? — хмыкает Громов. — Пусть будет, но насильно из Дивноморского он вас забрать не сможет. Если понадобится, сестры обеспечат вам охрану, в гостинице она и без того уже появилась. У вас нет детей, вы можете без проблем развестись… Я помогу вам! Вы больше не одиноки.

— Мой муж вас проглотит и выплюнет! — объясняю ему очевидное.

— Эвелина, я как старый боров — слишком жесткий, чтобы меня жевать! Вам всего-то нужно оказаться вне пределов досягаемости мужа. Если он попытается вернуть вас силой, поможет полиция. Похищения у нас, слава богу, считаются преступлением.

И тут из моих губ вырывается нервный смешок.

— Я не верю полиции!

— Очень зря. Там есть хорошие, честные работники, которые помогают людям. Вам также помогут, я обещаю!

Вспоминаю, как Лев забирал меня из Дивноморского в прошлый раз, как мы бежали на вертолете, и местная полиция не смогла нас поймать, хотя очень старалась. Ничто не мешает Величаеву проделать этот финт снова.

— Я вам не верю! — вдруг высказываю то, что давно вертится на языке. — Вы появляетесь словно из ниоткуда, как волшебник на голубом вертолете, обещаете манну небесную, а доказательств нет!

Громов резко хмыкает, снимает очки и смотрит мне прямо в глаза:

— Я понимаю, довериться сложно, но для вас это хороший шанс обрести свободу… Позвоните в «Отличную», поговорите с сестрами, они подтвердят мои слова.

Лев давно запретил мне любые контакты с жителями «Отличной». Этому параноику казалось, что меня могут попытаться туда выманить, и я послушалась. Если свяжусь с сестрами, он, конечно же, узнает и устроит мне взбучку, а если он хоть на секунду подумает, что я хочу от него сбежать… В этот момент мне становится так страшно, будто я уже сбежала, а Лев меня нашел. Маленькую Эву ждет неминуемая расплата. А если ко всему прочему он вдруг подумает, что я с этим детективом кручу любовь…

Потираю некогда раненную скулу.

— Уходите! — шиплю детективу.

— Думаю, вам просто нужно время подумать, — отвечает Громов. — Я пробуду в этом городе еще два дня, живу в отеле «Метель». Позвоните, если передумаете. Или просто приходите, и я помогу вам исчезнуть.

— Убирайтесь! — уже кричу, а горло дерет от невыплаканных слез. — Чтоб глаза мои вас не видели!

Громов кивает, встает и направляется к выходу.

Я наблюдаю за его уходом мутными от слез глазами. В этот момент мне хочется кричать, выть, кидаться предметами… Но я продолжаю сидеть на месте, лишь тихо всхлипываю, гляжу в окно и вдруг вижу, что Данил смотрит на меня с улицы и разговаривает с кем-то по телефону.

«Он видел, как я общалась с детективом…» — сразу понимаю я.

Глава 37. Один бешеный Лев

Тогда же:

Лев

Хмурю лоб, продолжая разглядывать макет нового продукта.

Мускатные сосиски детского размера: на этикетке маленький бутуз, с упоением поедающий продукцию. Выглядит неплохо, но как будто чего-то не хватает. Отодвигаю ноутбук, собираюсь позвонить в отдел по разработке новой продукции, и тут мобильный оживает сам. Звонит Данил, что само по себе удивительно: телохранители беспокоят меня крайне редко. Я беру трубку и в буквальном смысле обалдеваю от услышанного.