Храброе сердце - Кэт Мартин

Изысканный ужин, состоящий из жареного фазана и филе палтуса в легком сливочно-лимонном соусе, наконец завершился, и гости перешли к разнообразным вечерним развлечениям.

Полковник Лэнгтри сидел рядом с Дилайлой на обитом золотистой парчой диване в Золотой гостиной. У камина за бокалом бренди беседовали об Индии граф Киттридж и граф Тремейн, прочие гости играли в соседней комнате в карты.

Линдси и Корри остановились возле полковника Лэнгтри и тетушки Ди. Стараясь не смотреть на позолоченные часы на мраморной каминной полке, Линдси пыталась придумать благовидный предлог, чтобы получить возможность уйти.

– Мисс Грэм, ваша тетушка считает вас отличной наездницей, – улыбнулся полковник Лэнгтри, выводя разговор на излюбленную им тему лошадей и конного спорта.

Линдси вежливо улыбнулась ему в ответ:

– Не буду кокетничать и говорить, что это не так. Я езжу верхом с самого раннего детства. Мне очень приятно бывать в нашем поместье, где я могу ездить на породистых лошадях отца.

Она посмотрела на Дилайлу.

– Моя тетушка тоже хорошо ездит верхом. Думаю, она не откажется провести экскурсию по всему поместью.

Дилайла улыбнулась:

– Чудесная идея! – Она повернулась к полковнику: – Если хотите, мы могли бы осуществить ее завтра же.

– Разумеется, хочу, – чуть запоздало откликнулся полковник, не в силах отвести взгляд от чудесных серых глаз Дилайлы. Смущенно откашлявшись, он снова обратился к Линдси: – А что вы думаете по поводу предстоящих скачек? Полагаю, вы немало их повидали.

– Должна сказать, это действительно очень интересное мероприятие. Дерби послужит достойным завершением недели.

– Я слышал, вы собираетесь выставить на скачки лучшего чистокровного коня Ренхерст-Холла, – обратилась Корри к Дилайле.

– Да, правда, мы пока еще не решили, кого именно.

– Надеюсь на ваш верный выбор, – сказал полковник с озорной улыбкой. – Я собираюсь сделать ставку на вашего коня и очень надеюсь выиграть.

– Будет трудно обыграть коня лорда Меррика, – предостерегла его Корри. – Насколько мне известно, виконт весь год тщательно готовится к скачкам.

– И все же у нас первоклассные лошади, – возразила Дилайла, – и очень опытные тренеры. Можете быть уверены, мы приложим все усилия, чтобы выиграть скачки.

Линдси вспомнила о вороном жеребце. Если повезет, она сама будет участвовать в дерби. В таком случае полковнику лучше сделать ставку на вороного, потому что Линдси была полна решимости победить.

Она зевнула, прикрыв рот рукой, и сказала:

– Уже поздно. Боюсь, я слишком устала сегодня. Если не возражаете, я пойду к себе.

– Разумеется, дорогая, – кивнула Дилайла.

– Приятных вам снов, – пожелал ей полковник.

Наверное, ему хотелось, чтобы и все остальные гости удалились из гостиной, оставив его наедине с Дилайлой.

Когда Линдси шла в свою комнату, ее сердце тревожно билось в ожидании предстоящей встречи.

Тор нервно расхаживал взад и вперед возле развалин старого аббатства. Линдси все не было, и он был уже готов отправиться на ее поиски.

Чертыхаясь, он клял себя за то, что согласился на это свидание. Ему было известно, что Линдси расспрашивала деревенских жителей о Меррике, и тому могла не понравиться ее активность. Что, если он послал своего человека следить за ней?

Тор старался не думать о плохом, и все же… Еще пять минут, и он пойдет ее искать.

Тор посмотрел в сторону поросшей травой широкой поляны, где наслаждался свободой вороной жеребец, впервые за долгое время выведенный из своего загона на волю. Сегодня был удачный день – Тору удалось уговорить коня позволить себя оседлать. По словам Хораса, вороной жеребец, до того как стать неуправляемым, был уже приучен к седлу и уздечке. Потом его продали человеку, который крайне жестоко обращался с лошадьми. И после этого ни одному из тренеров не удалось силой заставить его снова стать управляемым и послушным.

Терпением и лаской Тор сумел завоевать расположение жеребца, но это вовсе не означало, что он примет в качестве наездницы Линдси. Да и Тору было страшно за нее. Вдруг жеребец сбросит ее? Что, если он покалечит её, а то и убьет?

Тор снова принялся взволнованно расхаживать взад и вперед. Он уже собирался отправиться на поиски Линдси, когда услышал наконец невдалеке тихое ржание.

Линдси подъехала к Тору, и он, обняв ее за талию двумя руками, помог ей спешиться. На ней была та же бархатная амазонка, что и утром. От нее исходил запах цветов и аромат юного женского тела. Тор вдыхал этот запах и не мог им надышаться. Мужское естество мгновенно пробудилось к жизни. Линдси не была похожа на пышнотелых красавиц, которых он всегда желал, но никакая другая женщина не действовала на него так глубоко и неотразимо.

– В доме никак не улягутся, – с улыбкой объяснила она свое опоздание. – Я подумала, что сегодня мы с вороным успеем только познакомиться, поэтому надела амазонку на случай, если кто-нибудь увидит, как я иду к конюшне.

– Ладно, пошли. Посмотрим, понравишься ли ты жеребцу так, как нравишься мне.

Линдси рассмеялась и пошла вслед за Тором к коню, привязанному длинной веревкой к дереву на поляне. При виде Линдси жеребец вскинул голову и стал раздувать ноздри.

– Не торопись, – остановил ее Тор. – Дай ему время привыкнуть к твоему присутствию.

Жеребец всхрапнул и принялся рыть копытом землю. Он был явно встревожен.

– Тихо, мальчик, тихо, – ласково проговорила Линдси, медленно приближаясь к нему. – Я не сделаю тебе ничего плохого.

Конь затанцевал на месте, слегка поднялся на задних ногах и тонко заржал.