Опасные иллюзии - Аманда Скотт

— Какую чепуху ты несешь, Офелия? — вмешался в разговор Сен-Меррин. — Любовница? Черт возьми, какое она имеет ко всему этому отношение?

— Она живет вместе с ними, папа, — ехидно добавила Дейнтри. — Это леди Катарина Чонси. Я говорила…

— Это разговоры не для твоих ушей. До чего мы дошли — бабы встревают в мужские разговоры! — Граф с явным одобрением посмотрел на зятя. — Правда, что вы живете с ней под одной крышей?

— Кузина решила погостить у нас, — напряженно произнес Сикорт. — Не знаю, что там вообразила Сюзан, но речь идет о родственнице.

— Клянусь, парень, ума не приложу, как ты провернул это дельце?1 — с некоторой завистью воскликнул Сен-Меррин.

Сикорт повернулся к Дейнтри:

Думаешь, ты выиграла? Ошибаешься, моя прелесть. Закон — на моей стороне. Я имею полное право предпринять определенные шаги и непременно сделаю это. Если не ошибаюсь, это будет весьма занимательно. — Сикорт пристально посмотрел на девушку и вкрадчиво добавил: — Ближайший окружной судья находится в Деверилл-Корт, и, возможно, именно там нашла убежище Сюзан.

— Ты сошел с ума, Джеффри.

Сен-Меррин даже оторопел от неожиданности. Похоже, пуля, выпущенная в Дейнтри, угодила в него.

— Деверилл-Корт! — пораженно воскликнул он. — Не смей складывать у ног Жерво грязное белье! Я этого не потерплю! Все это время нам удавалось не вмешивать его в наши дела. Я не потерплю…

— Вы не можете меня остановить! — вышел из себя Сикорт. — Вижу, Дейнтри очень не понравилось мое предположение. Значит, я на верном пути. В скором времени я еще вернусь сюда, но уже вместе с представителями закона. — С этими словами Сикорт выскочил из комнаты.

Дейнтри изумленно взглянула на леди Офелию.

— Неужели отец Деверилла — окружной судья?

Та кивнула, покосившись на разгневанного Сен-Меррина.

— Да, и занимает эту должность уже много лет. Правда, после получения им титула маркиза люди ожидали, что он возложит эти обязанности на кого-то другого. Неужели Сикорт действительно рассчитывает найти Сюзан в Деверилл-Корт7 Его нелепые подозрения, по крайней мере, странны.

— Какие подозрениями — тут же набросился на нее граф.

— Сикорт получил анонимное письмо, в котором говорилось, что у Сюзан роман с Девериллом. Но это неправда, — объяснила Дейнтри. — Моя сестра не так воспитана, чтобы позволять подобные вольности, а Деверилл — не тот человек, чтобы так себя вести.

— Значит, ты просто не слышала о проделках на континенте людей лорда Хилла. Впрочем, это не важно. Сюзан — головная боль Сикорта. Пусть он ею и занимается.

Когда отец вышел, Дейнтри обратилась к тете Офелии:

— Хотела бы я присутствовать при штурме Сикортом Деверилл-Корт!

Деверилл сидел в библиотеке, развалившись в кресле и поставив ногу на каминную решетку. В очаге весело потрескивал огонь, явно мечтая лизнуть дерзкую подошву. Полчаса назад Деверилл сытно поужинал и теперь наслаждался бокалом вина и хорошей книгой. Впереди его ждала работа — на столе лежала груда бумаг, оставленных отцом. Деверилл хотел разобрать их и отправиться в хранилище, чтобы закончить поиски.

В это время дверь осторожно отворилась — вошел дворецкий.

— Сэр Джеффри Сикорт, сэр.

Сначала Деверилл решил, что ослышался, но, подняв глаза, обнаружил Сикорта собственной персоной, красного как бык и злого как черт.

— Входите, Сикорт, — улыбнулся Гидеон, откладывая книгу. — Торнтон, налейте сэру Джеффри вина. У отца богатый выбор. Что вы предпочитаете?

— Я предпочитаю свою жену. — Глаза Джеффри горели, словно у кота. Казалось, еще минута — и из них посыпятся искры. — Если она здесь, соблаговолите ее представить.

Удивленно вскинув брови, Гидеон обратился к невозмутимому дворецкому:

— Полагаю, это означает, что сэру Джеффри следует отдохнуть. Можете идти, Торнтон. К счастью, — продолжил он, когда они остались одни, — мой отец прекрасно вышколил слуг. Можете не опасаться — Торнтон никому не передаст ваши слова.

— Мне плевать разболтает он или нет! — рявкнул взбешенный Сикорт. — Где она?

— Знаете, — Гидеон потянулся, разминая ногу, — я получил ваше нелепое послание. Оно не произвело на меня никакого впечатления, но теперь я вижу — вы совершенно обезумели. Неужели, дорогой друг, вы считаете, что у меня хватило времени, чтобы привлечь внимание леди Сюзан, и наглости проделать все остальное, в чем вы меня обвиняете?

— Откуда я знаю, что вы натворили?

— Ну, успокойтесь, сейчас речь не о том, что сделал я, а о том, что натворила ваша жена. Судя но письму, она редко покидает Сикорт-Хэд, да и то исключительно в вашей компании, не так ли?

— Я более двух месяцев находился без нее в Брайтоне, — мрачно заметил Сикорт.

— А я был в Бельгии. Потом немедленно отправился к отцу в Глочестершир, затем — на Север. На обратном пути я заехал в Таском-парк и там впервые встретился с вашей женой. Вы же вернулись на следующий день. Ладно, садитесь, выпейте вина и расскажите, в чем дело.

— Нет, спасибо, — сдавленно ответил Джеффри. — У меня нет доказательств вашей вины, но и правота ваших слов также под сомнением. О да, я знаю, вы сражались при Ватерлоо, однако битва происходила в июне, а я вернулся в конце сентября. Кстати, я пришел поговорить с Жерво. Я слышал, он здесь.

— Отец действительно вернулся несколько дней назад, но потом опять уехал.

— Ничего, я подожду.

— Вы начинаете меня раздражать, Сикорт, — вздохнул Гидеон. — Я намеренно остаюсь сидеть, потому что, если встану, то наверняка потеряю терпение. Вы не будете здесь ждать. К вашему сведению, зимний сезон только начался. Отец в Лонсестоне.

— Спасибо, — процедил Сикорт. — Я разыщу его там. Не стоит звонить дворецкому — я сам найду дорогу.

— Несомненно, но я все же позвоню, — вежливо отозвался Гидеон, протягивая руку к шнуру возле камина.

Побагровев, Сикорт вышел, едва не столкнувшись с явившимся на зов дворецким.

Когда дверь закрылась, Гидеон подошел к столу и отодвинул в сторону бумаги отца, собираясь написать записку, затем снова вызвал слугу, а сам тем временем запечатал письмо красным воском и закрепил своей печатью.

— Проводили его? — спросил Гидеон у вернувшегося дворецкого.

— Да, милорд.

— Хорошо, а теперь разыщите Кеда Шелтона и пошлите ко мне. И еще…

— Да, милорд?

— Буду очень признателен, если вы забудете, что произошло в этой комнате полчаса назад.

— Конечно, милорд.

Наконец явился Шелтон, Гидеон вручил ему письмо и сказал:

— Доставишь это в конюшню Таском-парка, передашь груму но имени Клемонс, чтобы тот вручил его при первой возможности хозяйке.