Простушка - Коди Кеплингер

И тут он поцеловал меня. Это был не страстный поцелуй, но и не простое касание губами. А настоящий поцелуй. Нежный, сладкий и долгий. С пятнадцати лет я мечтала, что Тоби Такер поцелует меня именно так – и этот поцелуй оправдал все мои ожидания. У него были мягкие, теплые губы, и от их прикосновений мотыльки в моем животе бешено заплясали.

Ох. Знаю, знаю. Сама говорила, что публичные поцелуи и объятия – это некрасиво и по-детски, но в тот момент мои мысли были заняты совсем другим, и я не думала о том, что кто-то может на нас смотреть. Так что на мгновение я забыла о своих принципах и обняла его за шею. Если что, потом всегда можно снова заявить, что я против поцелуев на людях. С завтрашнего утра.

* * *

Я тихонько проскользнула в дверь около одиннадцати, но увидела, что папа ждет меня на диване. Он улыбнулся и сделал потише звук телевизора.

– Привет, Пчелка.

– Привет, пап. – Я закрыла дверь и заперла замки. – Как собрание «Анонимных алкоголиков»?

– Даже не знаю, – признался он. – Странно снова возвращаться туда… но я привыкну. А ты? Как свидание?

– Потрясно, – со вздохом ответила я. О боже, я никак не могла перестать улыбаться. Папа подумает, что мне сделали лоботомию.

– Хорошо, – кивнул папа. – Напомни, с кем ты ходила? Прости, забыл, как его зовут.

– С Тоби Такером.

– Такером? – повторил отец. – С сыном Чеза Такера? Ого, Пчелка, отлично. Чез хороший парень. Технический директор одной крупной компании, он часто к нам в магазин заходит. У них чудесная семья. Рад слышать, что и его сын – славный мальчишка.

– Это так, – ответила я.

Наверху раздалось какое-то шебуршение, и мы одновременно посмотрели на потолок.

– Ох, я про них почти забыл. – Папа покачал головой и взглянул на меня. – Как-то они подозрительно тихо вели себя весь вечер.

– Хм, – ответила я, – пойду-ка я наверх, пока у Кейси не случился сердечный приступ. Увидимся утром, пап.

– Ладно. – Он потянулся за пультом и сделал звук погромче. – Спокойной ночи, Пчелка.

Я уже взбежала на середину лестницы, как отец снова окликнул меня.

– Эй, Пчелка!

Я остановилась и перегнулась через перила, глядя в гостиную.

– Да, пап?

– А что случилось с Уэсли?

Я замерла и почувствовала, что мне не хватает воздуха. – С… с кем?

– С твоим другом. С которым ты была… эээ… тем вечером. – Он повернулся ко мне и поправил очки. – Что-то ты про него совсем не рассказываешь.

– А мы больше не встречаемся, – ответила я таким тоном, чтобы он понял: вопросов лучше не задавать. Все девчонки знают этот тон и часто используют его в разговоре со своими папами. И как правило, те их понимают. Папа любил меня, но предпочитал не вдаваться в подробности моей школьной драмы.

Молодец папа.

– А… ну я просто спросил.

– Бьянка! – Дверь моей комнаты распахнулась, и в коридор выпрыгнула Джессика в неоново-оранжевой пижаме. Она сбежала на середину лестницы и схватила меня за руку. – Хватит нас пытать! А ну иди и расскажи нам все!

Ее сияющая улыбка чуть не заставила меня забыть о том, что папа вспомнил о Уэсли.

Чуть не заставила.

– Доброй ночи, мистер Пайпер! – крикнула Джессика и потащила меня в мою комнату.

Через несколько шагов мои онемевшие ноги вернулись к жизни, и я напомнила себе, что только что вернулась с лучшего в мире свидания с парнем моей мечты. Оказавшись в комнате, я тут же заразилась головокружительной радостью от своих подруг. Мы визжали, подпрыгивали и веселились.

У меня было полное право радоваться. Даже циники иногда устраивают выходной.