Гордость и соблазн - Эйна Ли

Да. Поэтому когда он вечером придет повидать ее в последний раз, то прямо спросит о ее чувствах. И если он ей нравится, то, закончив свою работу, он вернется сюда и предложит ей выйти за него замуж.

Приняв такое решение, Джош почувствовал некоторое облегчение. Может быть, сегодня вечером ему следует преподнести Эмили какой-нибудь подарок? Например, она восхищалась какими-то дикорастущими цветами, когда они выехали за город. Еще есть немного времени, и он может набрать их для нее, а потом оставить в ее комнате…

Эмили стремительно вбежала в вагон-ресторан как раз в тот момент, когда все остальные девушки начали накрывать столы. Она сразу присоединилась к ним, выполняя привычную работу. В это время к ней поспешно подошла Роза.

— Какие-то проблемы? — спросила Эмили.

— Ничего особенного. Бриджес страдает головной болью и поэтому весь день просидел в своей комнате.

— Я очень благодарна тебе за то, что ты прикрыла меня.

— Ну, надеюсь, это того стоило? — подмигнула Роза.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты хорошо провела время?

Эмили вспомнила весь прошедший день. Купание, странный сон, который ей приснился в озере, объятия…

— О да! — произнесла она, подавив вздох. — Я очень хорошо провела время.

Усмехнувшись, Роза вытащила из ее волос травинку.

— Легко догадаться.

Глаза Эмили расширились от смущения, она принялась судорожно поправлять прическу.

— Что-нибудь еще заметно?

— Успокойся, золотце мое, больше ничего нет. И я никому не скажу. Ну и как он?

— Он уезжает! — выпалила Эмили.

— Неужели? Это же просто здорово! Все твои тревоги остались позади.

Эмили как раз раскладывала на своем столе ножи и вилки, и это дало ей возможность промолчать. К несчастью, Розу не так-то легко можно было обвести вокруг пальца.

— Ведь это именно то, чего ты так сильно желала?

— Я тоже так раньше думала, — сокрушенно ответила Эмили. Роза взяла подругу за руку, оторвав ее от работы:

— Золотце мое, ты же знаешь, что он не может остаться. Эмили кивнула:

— Да, я знаю.

— Что-то звучит не очень убедительно. Эмили посмотрела в глаза Розе и вздохнула:

— Да, не очень.

— Я так и думала, что этим все кончится, — сокрушенно произнесла Роза. — Ты не смогла ограничиться обыкновенным флиртом, золотце. Но думаю, что это не так уж и плохо. Ты из тех женщин, которые отдаются только тем мужчинам, которых действительно любят.

— Роза, я ничего ему не отдавала!

— Но ты хотела.

Эмили не могла лгать Розе, да и себе. Схватив вилки, она лихорадочно принялась за работу.

— Да, я действительно хотела!

Роза взяла несколько ложек и стала раскладывать приборы, не отставая от нее ни на шаг.

— Так что же случилось?

— Он не захотел меня.

— Что?

Ложка с громким звоном упала на стол.

— Ты надо мной смеешься!

Эмили аккуратно положила ложку на нужное место, взглянула на Розу и подняла брови.

— Я не смеюсь, Роза. Я без всяких околичностей предлагала себя этому человеку, а он не захотел меня.

— Гм-м. Это интересно. Похоже на то, что мистер детектив Маккензи тоже в тебя влюбился.

Эмили уронила вилку на пол.

— Я так не думаю, Роза.

Она наклонилась, чтобы поднять вилку, и сунула ее на поднос для грязной посуды.

— Гм-м, — задумчиво повторила Роза. — Какой мужчина не захочет тронуть женщину, когда она сама себя предлагает?

— Что ты меня спрашиваешь? Это ты у нас знаток мужчин.

— Ну, хорошо. Одно из двух: это может быть либо не мужчина — а Маккензи никак не отнесешь к этой категории, — или мужчина, который намеревается жениться на этой женщине. Я думаю, он собирается сделать тебе предложение.

Эмили выронила сразу целую дюжину вилок.

Все официантки повернули головы и уставились на нее. Залившись краской, Эмили присела, чтобы собрать рассыпавшиеся по полу вилки. Роза поспешила помочь ей.

— Ты сошла с ума! — прошипела Эмили. — Я не смогу выйти за него замуж, даже если я этого очень хочу.

— Почему?

— Ты что, забыла, что я живу под чужим именем?

— Ну так скажи ему всю правду, — небрежно посоветовала Роза.

— И он под конвоем доставит меня домой, к отцу!

— Ты что, в самом деле так думаешь?

Эмили представила лицо Джоша, когда он говорил о своей работе и о своей чести.

— Я совершенно в этом уверена.

— Тогда пускай себе уезжает, золотце мое. Если он без тебя жить не может, то обязательно вернется. А уж когда вернется — будет твоим на всю оставшуюся жизнь.

Эмили поднялась и высыпала все вилки на поднос. Их звяканье прозвучало как финальный аккорд, знаменующий принятие важного решения. Роза дала свой совет. И Эмили решила воспользоваться им.

Джош украдкой проскользнул в комнату Эмили и Розы, чувствуя себя воришкой. Но он пришел сюда вовсе не затем, чтобы делать обыск. Он просто хочет сделать ей сюрприз. Детектив вспомнил, какой у него был дурацкий вид, когда он шел по улице Лас-Вегаса с огромным букетом пурпурных цветов. Но иногда один, самый простой, поступок может сказать больше, чем многие сотни слов.

В комнате пахло Эмили — это был ее запах, запах лаванды. То, что здесь живет еще и Роза, было ясно благодаря какому-то экзотическому аромату. Что-то вроде корицы или других восточных пряностей. Платья девушек были аккуратно развешаны на вешалках, на туалетном столике выстроились в линию щетки для волос и разные дамские мелочи. Зеркало, висящее на стене возле туалетного столика, отражало весь этот идеальный порядок.

Джош подошел к туалетному столику и положил цветы на самую его середину. Эмили наверняка придет сюда, чтобы поправить прическу, прежде чем пойдет на встречу с ним, тогда она найдет их. А если не тогда, то позже, когда вернется домой и будет расчесывать волосы перед сном. Он почувствовал, как напряглось его тело, едва он представил, что она будет стоять перед этим зеркалом в ночной рубашке. Джош сокрушенно вздохнул. Совсем никудышные стали у него нервы!

Чтобы немного отвлечься от навязчивой картины, он стал разглядывать мелочи, разложенные на туалетном столике: шпильки для волос, духи, пудра, какая-то черная жидкость в стеклянном кувшине и отвратительно желтая — в другом. Цветы, которые он только что положил сюда, мочалка, фотография…

Маккензи уже хотел было уходить, когда его пронзило, словно молнией, и голова загудела, как от сильного удара. До него внезапно дошел смысл последнего предмета. Пошатнувшись, Джош шагнул к туалетному столику. Мельком взглянув в зеркало, он заметил, что лицо его стало белым и каким-то осунувшимся. Рука его дрожала, когда он протянул ее к фотографии.