Лаванда и ментол - Александра Дмитриевна Рябкина

В полумраке парковки Су Ен заметила, как блеснули его глаза. Но в большее остолбенение она впадала, увидев его улыбку. Широкую и искреннюю, с виднеющимися острыми клыками.

– Хорошо, Су Ен. – Хван Юн Хо сладко перекатывал на языке каждый слог ее имени с изящным мастерством, отчего томное напряжение во всем теле стало только жарче и сильнее. – Нам лучше выйти из машины, иначе охранники увидят не самую пристойную запись на камерах. – Крылья носа волколака нервно подрагивали, и Су Ен с запозданием поняла, о чем говорит ее нареченный.

Запах ее собственного возбуждения вплелся в аромат зеленого чая и голода, который Юн Хо источал каждой клеточкой тела. Темная животная аура, окружавшая Хван Юн Хо, казалась Су Ен чертовски притягательной. В какой-то момент она почувствовала себя мотыльком, который с мазохистским желанием летит к лампочке и врезается в нее, обжигая крылья.

– А я не хочу, чтобы ты стала моей на каком-то переднем сиденье машины. – Юн Хо прикусил подушечку большого пальца на руке Су Ен, не отрывая от нее пылающего взгляда.

Она вздрогнула, приоткрыв губы – воздуха в машине катастрофически не хватало.

Атмосфера полумрака парковки слишком располагала к тому, чтобы раз и навсегда плюнуть на любые зачатки приличия и правильности. Смотря на по-мужски властного и соблазнительного волколака перед собой, Су Ен была готова ему поддаться. И отдаться. Даже на каком-то переднем сиденье машины в окружении десятков других автомобилей и под прицелом камер видеонаблюдения.

Кажется, в ней просыпалась самая настоящая извращенка, и Су Ен не стыдилась этого.

– Отпустишь? – Су Ен не смогла бы сама высвободиться из его рук. Просто не хотела этого. Почти так же сильно, как возвращаться в серую рабочую реальность. Но Юн Хо прав. Им нужно остановиться. Пока что.

– На этот раз – да. – Юн Хо убрал руки, и Су Ен тут же ощутила холод, напавший на нее. – Я не позволю этому случиться в машине на подземной парковке. Только не с тобой. – Приборная панель погасла. – Но потом, когда время настанет, ты больше не сможешь думать ни о чем, кроме меня внутри тебя, – сказал Юн Хо, выходя из машины, отчего Су Ен подумала, что ей лишь послышалось его порочное обещание.

– Несносный волколак, – под нос буркнула Су Ен, захлопнув за собой дверь машины. Тишина парковки обрушилась на Су Ен, разрываемая только звонким стуком каблуков ботинок Юн Хо. Он стоял возле лифта в ожидании Су Ен, она же вслушивалась в мрачное молчание вокруг.

Вдалеке раздавались шаги, каждый из которых заставлял Су Ен вздрагивать. Она представила, как к ней выходят те, кого она видела в кошмарах: наигранно добродушный старичок-кумихо и десятки безликих незнакомцев. Мороз пробежал по спине. Су Ен почти слышала чей-то голос. Но он был таким тихим, что она не могла разобрать слов.

– Все в порядке? – Су Ен вздрогнула от вопроса Юн Хо, мотнув головой в его сторону. Все это время она всматривалась в темноту парковки в ожидании, когда говорившие выйдут из-за поворота. – Это ругару. И волколаки. – Большая ладонь Юн Хо опустилась на поясницу Су Ен. – Не лисы. – Она поймала на себе встревоженный взгляд Юн Хо, но в следующую секунду он уже смотрел за ее плечо, заметно расслабляясь.

– Эх, молодежь, проявите хоть немного уважения к окружающим вас людям. – Смеющийся тон господина Кана напомнил Су Ен, что она находится не где-то, а на нижнем этаже KDS Corporation, отчего призрачные страхи растаяли. Тьма парковки перестала казаться клубящейся и живой, да и оказалось здесь не так уж темно.

– Аппа? – От удивления Су Ен настолько резко повернула голову, что услышала хруст шеи. Она поспешно поклонилась ему и остальным. – У тебя какие-то дела в компании? – Господин Кан Джун Со крайне редко бывал в офисе, чаще работая из дома.

Рядом с отцом стоял его помощник, с которым, судя по всему, он и разговаривал до этого. Именно их голоса Су Ен и слышала.

– Сегодня у нас совещание, дорогая. – Отец с улыбкой смотрел то на Юн Хо, то на Су Ен. Из его поля зрения точно не ускользнуло, насколько покровительственно волколак прикасался к его дочери. – Не удивлен, что ты о нем забыла. – Отец опустил глаза. – Перчатки? – И только после этого вопроса Су Ен почувствовала себя не в своей тарелке.

Она так долго носила перчатки в людных местах, что сейчас, поняв свою фатальную ошибку, ощутила себя так, словно оказалась голой в центре Сеула.

– Забыла. – Су Ен потянула на ладони рукав пиджака в надежде, что это хоть как-то спасет ситуацию. – Поищу в кабинете, там должна быть запасная пара.

Су Ен посмотрела из-за плеча на волколаков, которые сопровождали отца. И теперь заметила, с каким покорным уважением те отводят взгляды в сторону. Всему виной был мужчина, стоящий рядом с Су Ен. Это был их альфа, которого телохранители Кан Джун Со боготворили.

– Хорошо. – Лучезарно улыбнувшись, господин Кан направился к лифту. – Можете не торопиться, дело молодое. – Довольно щурясь, отец скрылся за дверьми лифта. Волколаки последовали за ним, поклонившись своему вожаку и Су Ен.

– Он точно твой отец? – усмехнулся Юн Хо, за что получил несильный удар между ребер.

– Они точно были здесь! – Су Ен перерыла тумбу и ящики стола в попытке найти чертовы перчатки. Но пока только испачкалась в пыли, испугала местного паука в нижнем ящике и наконец-то нашла сережку, которую, как думала, потеряла еще несколько месяцев назад.

– Тебе так сильно нужны перчатки? – Юн Хо заглянул под стол, откуда Су Ен посмотрела на него, плотно сжав челюсти. Она решила, что уронила перчатки на пол, а они каким-то волшебным образом завалились под ящики стола. Но и там не было ничего, кроме грязи, до которой у уборщицы, видимо, не добирается швабра.

– Считаешь, что я шутила про имена? – вопросом на вопрос огрызнулась Су Ен, чувствуя, как от нервозности внутренний зверь выбрался наружу. Волчица тоже занервничала, и Су Ен заметила, как во рту удлиняются клыки. – Ну конечно, зачем воспринимать мои слова всерьез, когда я уже буквально предложила себя на блюдечке, – ворчала Су Ен, поднимаясь.

Она пихнула Юн Хо в сторону, проходя мимо него. Су Ен была дьявольски взбешена, будто это он утащил ее перчатки. Больше всего раздражало, что ее собственный нареченный не прислушался к ее словам, а посчитал, что все прошло само собой. Это, между прочим, не гребаная