30 закатов, чтобы полюбить тебя - Мерседес Рон

– Николь, расслабься, – прошептал я ей на ухо, а затем поцеловал ее шею и погладил языком чувствительную кожу. Ее правая рука легла на мою, которая не переставала двигаться, чтобы доставить ей удовольствие. Это была попытка заставить меня остановиться и в то же время, побудить меня продолжить.

Никки повторила мое имя и уронила голову мне на плечо. Она сдерживала стоны, дрожала всем телом и сжимала мои пальцы с такой силой, что мне почти пришлось прекратить ими двигать.

– Боже… – Николь вздохнула, ее дыхание было таким же учащенным, как у меня.

– Хорошо, детка, – прошептал я.

Она восстановила дыхание. Я вытащил пальцы из нее и ни секунды не колеблясь, поднес их к губам. На вкус как море и она. Я на мгновение закрыл глаза, пытаясь контролировать собственное возбуждение.

Никки отстранилась от меня и повернулась. Мы снова стояли друг напротив друга. Никогда не забуду образ Никки после оргазма. Ее глаза сияли. Она была счастлива и возбуждена. Ей хотелось большего.

– Это было потрясающе, – сказала она.

Несмотря на тусклый свет, который освещал нас, я видел, как Никки слегка покраснела. Я притянул ее к себе, положив руку ей на затылок.

– Да, так и было.

Мне безумно хотелось войти в нее, но я знал, что не могу этого сделать, и было бы несправедливо просить ее об этом. По крайней мере, пока.

– Что не так? – спросила она меня. – Ты какой-то напряженный.

– Дай мне свою руку, – сказал ей я, после чего взял ее и поднес к своему стояку. – Вот что меня напрягает.

Ее пальцы обхватили мой член, и он слегка задрожал от ее прикосновения. Не говоря ни слова, Никки начала двигать рукой вверх и вниз, сначала осторожно, потом смелее, надавливая и набирая почти идеальный темп.

– Тебе нравится?

И тогда я понял, что закрыл глаза. Положив свою руку на ее, я призвал ее двигаться быстрее.

– Мне нравишься ты, Николь, – сказал я, смотря ей в глаза, пока ее пальцы продолжали доставлять мне удовольствие. – Ты слишком сильно мне нравишься…

Никки продолжала прикасаться ко мне, а ее рот повторял то, что я сделал минуту назад. Она приблизилась так сильно, как только было возможно, и медленно поцеловала мою напряженную шею с такой нежностью, какой мне еще не доводилось испытывать ни с одной девушкой.

Мне не потребовалось много времени, чтобы кончить, и мне пришлось схватить ее за руку, чтобы она остановилась. Затем Никки провела ею по моему торсу и прильнула к моему телу, пока до меня не дошло, что она обнимает меня. У меня ушла секунда на то, чтобы обнять ее в ответ, потому что я не ожидал такого милого жеста, после того, что было между нами.

Оглядываясь назад, я понимаю, насколько был отстраненным до этого, раз чувствовал себя странно только потому, что девушка хотела обнять меня после того, как мы обменялись чем-то таким интимным, как доведение друг друга до оргазма. Со временем я столько всего понял… И в то же время, до сих пор удивляюсь, как мне не удалось прочесть столь четкие строки и догадаться, к чему все это нас вело.

Полагаю, таким и предстает человек. Он считает себя сильным и способным контролировать то, что от него не зависит. Мы не понимаем, что на самом деле секс, любовь, привязанность, удовольствие и тепло другого человека оставляют на нас след, даже если порой он настолько незначительный, что его бывает трудно увидеть.

Николь вскоре оставит на мне самый большой след, который кто-либо когда-либо мог оставить на человеке. Это своего рода отпечаток на самом важном месте, какое только есть у каждого, его ничем не стереть, и он меняет нас навсегда.

Никки оставит свой след в месте, которое, как я считал, мне больше не принадлежало. В моем темном железном сердце.

18. Никки

Мы вышли из воды, и Алекс накрыл меня толстовкой, что висела на его мотоцикле. Она была огромной, теплой и пахла им – аромат, который казался мне изысканным. Алекс был мил и внимателен со мной на протяжении всего пути домой. Он крепко держал меня за руки, когда я обнимала его сзади, позволяя мне стиснуть его в поисках тепла, пока я пыталась бороться с ветром, что пронизывал меня до костей, после того как я промокла от воды.

Мне не хотелось менять абсолютно ничего из того, что мы пережили в столь неожиданный вечер. Я ни о чем не жалела. Напротив, я чувствовала себя счастливой и сплоченной с кем-то.

Поэтому, когда он остановил мотоцикл у моего дома и я осторожно слезла с него, то почувствовала тревогу, увидев его взгляд. В нем было что-то особенное. Что-то, что отличало его от остальных. В его глазах можно было прочитать, что он ведет внутреннюю борьбу. В то время я и понятия не имела, во что это выльется.

Алекс проводил меня до лестницы. Рядом дремал Бату, он лишь соизволил помахать хвостом в качестве приветствия. Было почти пять утра, так что не стоило его винить. Я повернулась к своему спутнику, прежде чем начать подниматься по ступенькам.

– Спасибо за сегодняшний вечер… Это было нечто особенное, – Алекс мило улыбнулся в ответ. Я собиралась снять толстовку, но он остановил меня.

– Оставь ее себе, – сказал парень. – Так у тебя останется память обо мне.

Я улыбнулась и посмотрела ему в глаза.

– Алекс, что-то не так? – спросила я немного неуверенно.

Его взгляд на мгновение оторвался от моего.

– Уже поздно, вот и все, – ответил он. Алекс взял меня пальцами за подбородок и нежно поцеловал в губы. – Отдыхай, и спасибо тебе за сегодняшнюю ночь. Это было лучше, чем я мог себе представить.

Этих слов было достаточно, чтобы наполнить меня счастьем, возбуждением и желанием увидеть его снова. А он ведь еще даже не ушел. Потом я кое о чем вспомнила.

– Алекс, – остановила его я, когда он собирался вернуться к своему мотоциклу. – Меня не будет несколько дней.

– Почему?

– Марго нужно отвлечься, перед тем как она столкнется с… – я так и оставила конец фразы висеть в воздухе.

– Понимаю, – сказал он, соглашаясь