Король уныния - Ана Хуанг

— Он не мой парень. — Я наконец нашла слова и бросила раздраженный взгляд на мужчину, стоящего напротив. — Раз уж ты спросил, я не отвечала на твои звонки и сообщения, потому что дала понять: между нами все кончено.

— Я думал, ты шутишь. У нас все было так хорошо. Почему ты хочешь закончить наши отношения? — потребовал Марк. Он выглядел искренне озадаченным.

О, ради всего святого. Вот что я получила за то, что разрешила себе регулярную связь вместо того, чтобы встречаться с парнями на одну ночь.

Я не хотела отношений, но у меня были физические потребности, как и у всех остальных, и иметь постоянного мужчину для перепихона было проще, чем барахтаться в сточных водах онлайн-знакомств или ждать, пока молния ударит в реальной жизни.

Проблема? Мужчины всегда привязываются. Переспишь с ними пару раз, и они вдруг думают, что мы вместе уедем в закат.

Я даже не люблю закаты. Они наводят тоску.

— Я же говорила тебе, что наше время вместе истекло. — Я огляделась в поисках нашего официанта. Должно же быть правило, запрещающее незаконное хождение у столиков посетителей. — Как упомянул Ксавьер, мы были заняты. Пожалуйста, уходи.

Мой разговор с Ксавьером был неловким, неприятным и удивительным во многих отношениях, но я предпочла бы провести весь день, вспоминая наш поцелуй, чем разговаривать с Марком.

Я порвала с ним прямо перед Грецией. Мы познакомились, когда он работал барменом в заведении, где мы с друзьями часто проводили счастливые часы, и провстречались несколько месяцев, пока он не забронировал нам в отеле номер на выходные с включенным завтраком. Тогда я поняла, что все кончено.

— Да ладно тебе, — умолял Марк. Если я и раньше не была уверена, что между нами все кончено, то теперь сомнений не было. Нет ничего более непривлекательного, чем нытье взрослого мужчины. — Если ты…

— Она сказала, уходи. — Ксавьер прервал его, его голос был угрожающе мягким.

Он не двигался с тех пор, как Марк назвал себя моим парнем, но в его глазах светилось смертельное предупреждение.

Несмотря на расслабленную позу — одна рука откинута на спинку кресла, другая лежит на столе, — напряжение сквозило в каждом изгибе его тела. Он напоминал затаившегося в кустах и ожидающего нападения хищника.

По позвоночнику пробежала холодная дрожь.

Ксавьер не был склонен к насилию, но я нутром чувствовала, что если они с Марком сойдутся лоб в лоб, то один из них окажется на земле — и это будет тот, кто сейчас стоит.

— Тебя это не касается, — огрызнулся Марк, но сделал крошечный шаг вправо, подальше от Ксавьера. — Я все еще не знаю, кто ты такой, черт возьми.

— Тебе и не нужно знать, кто я такой. — Приветливая улыбка Ксавьера не сходила с его лица. — Однако ты должен понимать намеки. Слоан порвала с тобой, а ты не послушал. Она сказала тебе уйти, а ты не послушал. Это уже два промаха. Настоятельно рекомендую не делать третий.

Гнев некоторых людей был экспрессивным, выливался во вспышки импульсивного насилия.

У Ксавьера он был холодным — он сглаживал тон, глубже дышал и вызывал дрожь по моей коже.

Я могла и хотела позаботиться о себе. Я не хотела изображать из себя несчастную девушку, и мне не нужен был геройствующий мужчина, чтобы повторить то, что я уже сказала.

Но, черт возьми, иногда так приятно иметь поддержку, особенно когда она облечена в мускулы и разрушительное обаяние.

Взгляд Марка скользнул с Ксавьера на меня и обратно. Что бы он ни увидел в наших лицах, это, должно быть, напугало его, потому что он поджал хвост и скрылся, не сказав больше ни слова.

Когда он исчез из виду, моя вилка звякнула о тарелку. Я сжимала ее в смертельной хватке все это время, и металл оставил холодный отпечаток на моей коже.

Ксавьер опустил руку со спинки кресла, напряжение спало с его тела, как с веревка с катушки. Опасный блеск исчез из его глаз, и он некоторое время молча наблюдал за мной.

— Луна, — сказал он, — у тебя однозначно дерьмовый вкус на бывших.

Я застонала, мне уже надоел этот день, хотя был только полдень.

— Спасибо за поздний завтрак, но мы закончили. — Я бросила на стол двадцатку в качестве чаевых, взяла сумку и встала. — Мне… — Он знал о моем очищенном расписании. Черт возьми, Джиллиан. Если бы она не была такой замечательной помощницей, я бы уволила ее за то, что она поделилась этой информацией с Ксавьером. — Нужно проверить электронную почту.

— Мне, конечно, неприятно отрывать тебя от электронной почты, но мы не закончили наш предыдущий разговор, как ты любезно указала тупоголовому качку. — Ксавьер остановил нашего официанта и оплатил счет, после чего вышел за мной из ресторана. — Назови мне вескую причину, по которой мы не можем встречаться. Кроме наших рабочих отношений.

— Этого должно быть достаточно. — Я намеренно отвернулась от него и стала смотреть на улицу в поисках проезжающего такси. Быстрая проверка телефона подсказала мне, что это будет быстрее, чем пытаться вызвать Uber.

— Рабочие отношения приходят и уходят, Луна. А личные — нет. — Небольшая пауза. — По крайней мере, не должны.

— Ты меня увольняешь?

— Нет, я говорю, что мы можем обойтись без этих отношений PR-агента и клиента. Черт, мы можем посмотреть один из тех ромкомов, которые ты любишь… или ненавидишь… все для вдохновения, — поправил Ксавьер, когда я уставилась на него. — Голливуд, должно быть, придумал дюжину стратегий для такого рода вещей.

— Я же говорила тебе, что ромкомы нереальны. Голливуд — это не реальная жизнь. — Я повернулась к нему лицом. — Ты только что указал Марку, чтобы он научился понимать намеки. Почему ты так настаиваешь на этом?

— Потому что я хочу тебя.

Вот и все. Просто и понятно. И яростный, неожиданный удар в грудь.

Воздух покинул мои легкие, и я уставилась на Ксавьера. Его глаза и рот стали серьезными, стерли с лица непочтительность и оставили лишь искренность.

— Мне не нужен поцелуй или секс на одну ночь, — сказал он. — Я хочу тебя.