ФАКультатив - Татьяна Донченко

— Ты в порядке? — спросил я уже шепотом. Голос отписался от чата.

— Я кончила, если ты об этом, — тихо ответила она.

— Вот видишь, — хмыкнул я. — Для этого я тебе не нужен. Спокойной ночи, цветочек.

— Подожди, ты же не собираешься…

Я хотел положить трубку, но не успел, и просто отдернул телефон от уха. За спиной зажегся свет, я быстро прикрыл область паха пустой тарелкой от закусок и обернулся. Дедушка бродил по кухне, разговаривая с кем-то по телефону. Я мысленно поблагодарил вселенную за то, что она надоумила меня просто сидеть в кресле и не вынимать из штанов свой причиндал прямо здесь, во дворе.

Меня отвлек какой-то шум у забора. Появилась голова Ани Сорокиной, она оглядела меня широко распахнутыми глазами и воскликнула:

— Ну ты даешь, золотой мальчик! Я тоже кончила, чтоб ты знал!

Она сказала это настолько громко, что ее по-любому услышал мой дед. И совершенно точно ее голос услышала Марьяна. Если она, конечно, была на связи.

— Цветочек? — я поднес трубку обратно к уху, но услышал только короткие гудки.

Она положила трубку только что или еще до возгласа моей озабоченной соседки?

Давненько я не был в идиотских ситуациях. А, нет! С утра был, когда в самый ответственный момент, в комнату Марьяны начала заходить малышня.

Я не мог встать, на мне были легкие спортивные штаны и мне не хотелось показывать Сорокиной свой адский стояк. Но и продолжать сидеть здесь я тоже не мог. Удерживая тарелку, я встал и, ничего не сказав, направился прочь с террасы.

— Блин, ботаник, пригласи меня хотя бы на свидание! — возмутилась Аня. — После такого-то!

Я остановился и закрыл глаза, стараясь усмирить эмоции.

— Этот разговор был не для твоих ушей, Ань, — сам не знаю откуда во мне появилось столько желчи в голосе, наверное, это страх за чувства Марьяны. — И я сожалею, что ты стала его свидетелем.

— А я нет, золотой мальчик.

— Спокойной ночи, Аня, будь осторожна, не упади, — нет, серьезно, что не так с этой девушкой? Почему она меня преследует? — Еще раз, мне жаль, что ты это услышала.

Я скрылся в доме, проскочил мимо деда словно ошпаренный. Он с поднятыми бровями проследил взглядом за тем, как я убегал со щитом в виде тарелки от соседки за забором. Почти сразу я услышал его грудной, раскатистый смех. Наверняка поднял ему настроение до конца вечера, а вот себе я его окончательно испортил. Ходил из угла в угол, держа в руке телефон. Я хотел написать Марьяне, но не знал, что именно. Сказать напрямую «это не то, что тебе послышалось» было бы глупо. Я решил дождаться завтрашнего дня и понять при встрече, слышала она Аню или нет.

Дедушка постучал в дверь и вошел после моего громкого приглашения. Я предложил ему свое супер-удобное компьютерное кресло, оно ему нравилось.

— У тебя все в порядке, Никита? — с теплотой в глазах дедушка смотрел на меня.

— Относительно.

— Относительно учебы у тебя все прекрасно, это я и так знаю.

Я молча осел на край своей постели, заметив в его руках страницы с тестом. Я уже видел их пару дней назад. Это был тест Марьяны, и отметка отлично красной ручкой дедушкиным почерком.

— Как продвигаются занятия с этой девочкой? — он показал мне тест. — Вижу она способная. С двоек резко к пятеркам.

Я прищурился, понимая, что самый умный человек в универе не будет заводить пустой разговор.

— Я видел тебя на паре рядом с этой девочкой в пятницу, — снисходительно улыбнулся дедушка. — Я понимаю, что ты хочешь ей помочь, но разве нет других методов?

У меня закоротило в мозгах. Я не догонял, о чем он говорил. Не мог же он понять, и тем более увидеть, что я на самом деле делал тогда, сидя рядом с Марьяной.

— Эм… д-давай проясним. О каких методах мы сейчас говорим?

Дедушка закатил глаза и с усталой улыбкой сказал:

— Я знаю, как ты относишься к этой девочке. Именно поэтому не взял ее в свою группу, а отправил заниматься к тебе. Не благодари! — он выставил ладонь, предупреждая меня не перебивать, когда я открыл рот. — Я надеялся, что ты просто подтянешь ее по предмету, но, чтобы решать за нее тесты — это чересчур даже для тебя!

— Но я не решал за нее тест! — я одновременно выдохнул от облегчения и возмутился.

— Ты знаешь, что я тебе доверяю даже больше, чем кому-либо другому, Никита, — дедушка пролистал тест Марьяны. — Быковой неймется в последнее время, ей нелегко удержаться в кресле декана. Она ужом извивается, только бы найти любой, повторяю, любой повод на мне отыграться. Марьяна ее лакомый кусочек.

— Она хочет исключить ее во что бы то ни стало? — я не мог поверить, что она на такое способна, и одновременно мог.

— Да и она ничем не поступится.

— Но Марьяна и правда сама решила этот тест! — заверил я.

— Тогда что ты там делал?

— Отвлекал, — сжатая информация, вроде бы не ложь, но и не вся правда целиком.

Дедушка буравил меня строгим взглядом, но, видимо, долго не мог строить из себя злого препода.

— Ладно, молодежь, в эти игры вы, пожалуйста, играйте осторожней, — он многозначительно посмотрел на меня. Намекал на историю Егора и Кати? — Предохраняться не забывайте.

Точно, он именно это имел в виду. Сегодняшний день собрал страйк из неловких ситуаций.

— Х-хорошо, — зачем-то кивнул я.

— Ты мне нужен, дружочек, — дедушка встал и похлопал меня по плечу. — Подтяни девочку по остальным предметам. Не дай Быковой даже повода исключить Василевскую из университета.

— Обещаю.

— Вот и славно, мальчик мой, вот и славно. Я знал, что на тебя можно положиться, — уходя он обернулся. — Егор на работе?

— Да, до поздней ночи.

— Я рад, что ж, очень рад, что он стремится стать лучше. Жаль Марина с Женечкой не поняли его желаний.

Я кивнул. Да, родители обошлись с ним жестко и теперь, конечно, раскаиваются, но уже поздно. Мой брат слишком злопамятный и не умеет прощать. Тем более косяки любимых людей.

— Да и еще, — дедушка серьезно оглядел меня всего. — Будь осторожен с этой девочкой. Она многое пережила. Она очень хрупкая.

— Я з-знаю, — я отвел взгляд, не выдержал дедушкиных проницательных глаз, сканирующих мои… слабые места. Я и так чувствовал себя крайне уязвимо, когда дело касалось Марьяны.

— Не обижай ее, ладно?

Я снова кивнул.

Дедушка вышел из комнаты, а я