Плененная инопланетным воином - Хоуп Харт

«Я думал, что буду у него в долгу», — говорю я Чарли, которая с прищуром смотрит на Арикса.

«Я тоже. Я ему не доверяю. Он хотел убить тебя, когда ты умирал, Драгикс».

Я поднимаю брови.

«Интересно».

«Интересно?!» — тон Чарли возмущённый, и я не могу не улыбнуться.

«Я самый большой хищник на этой планете. Тот факт, что он хотел убить меня, говорит мне, что он мудрый правитель».

Чарли фыркает.

Арикс делает шаг ближе к кровати Вивиан, и Сарисса смотрит на него, как на опасное ядовитое существо.

— Я не мог не услышать о ваших планах покинуть эту планету, — говорит он, указывая на вход в кради, где он, должно быть, подслушивал. — Вероятно, вы найдете решение своих проблем в моём городе, — мягко говорит он. — У нас есть много алхимиков, которые возятся с металлом и теплом. — Вивиан моргает.

— Единственная вещь, которую я усвоила, это то, что ничто в этой вселенной не бесплатно. Какова твоя цена?

Он медленно улыбается ей.

— Мы сможем обсудить это, когда тебе станет лучше, — говорит он. — Я не был бы честен, если бы вступил в переговоры с кем-то, кто всё ещё восстанавливается после потери крови.

Глаза Вивиан вспыхивают при этом, а улыбка Арикса становится шире.

— Скоро увидимся, — обещает он, а затем, кивнув мне и подмигнув Чарли, выходит из кради.

Следующим входит Ракиз, его взгляд направлен прямо на Неваду. Он прищуривается, глядя на неё, и она вскидывает руки.

— Я скоро пойду вздремнуть, клянусь. Вокруг всё стало слишком интересным, чтобы уходить.

Самки смеются, и Ракиз подходит ко мне ближе. Дексар входит позади него, и я напрягаюсь.

«Я хотел бы сесть, маленькая двуногая».

Чарли поднимает голову и закусывает губу.

— Ты уверен?

Я киваю, и она отодвигается от меня, помогая мне сесть. Кради кружится в глазах, и я делаю глубокий вдох, наконец сосредотачиваясь на Дексаре и Ракизе.

— Мы хотели бы поблагодарить тебя за помощь в сегодняшней битве, — формально говорит Дексар, и Ракиз кивает.

— Я прибыл сюда ради Чарли, — говорю я, и она мягко толкает меня локтем в ребра.

«Будь милым».

Я вздыхаю.

— Пожалуйста.

Ракиз подходит ближе.

— Мы также хотели бы воспользоваться этой возможностью, чтобы официально извиниться за наших предков. К настоящему времени, ты знаешь, что мы не убивали твой народ. Но мы понимаем, почему ты ненавидишь нас за это. В браксианской культуре есть несколько форм расплаты и символов извинений, более мощных, чем обычное одолжение. Каждый из нас хотел бы оказать тебе любую услугу, которую ты можешь использовать для всего, что в наших силах исполнить. Кроме наших пар, — быстро говорит он, и я фыркаю.

У меня есть моя Чарли. С чего бы мне интересоваться их женщинами?

— Ты можешь не соглашаться, — говорит он, когда я молчу. — Но знай, что мы навсегда останемся перед тобой в долгу за действия нашего народа. Что наши люди защитят тебя от тех, кто захочет убить тебя и лишить тебя чешуи. Мы не такие долгожители, как ты. Мы не помним твой народ, но для тебя то, что ты перенёс, должно ощущаться так, будто это произошло вчера.

— Так и есть.

Чарли молчит рядом со мной, но берёт меня за руку в знак поддержки.

Я делаю глубокий вдох, представляя лица своей семьи. Моя мать, отец, сестра, друзья. Все мертвы. Но я один могу выбирать, как чтить их память.

— Моя маленькая двуногая научила меня тому, как уйти от трудного прошлого, — говорю я после долгой паузы. — Цепляясь за действия твоих предков, я рисковал потерять женщину, которая держит моё сердце. Я принимаю ваши извинения.

Чарли лучезарно улыбается мне, как будто я один несу ответственность за появление всех звезд на небе.

Чарли

Я моргаю, открывая глаза, когда что-то движется под моей грудью.

— Драгикс?

Он улыбается мне сверху вниз, выглядя совершенно довольным и на сто процентов живым.

— Кого ты ждала увидеть, моя двуногая?

Я смеюсь над абсурдным прозвищем, а потом наклоняюсь и целую его.

— Я так по тебе скучала, — бормочу я, и только когда Драгикс смахивает слёзы с моего лица, я понимаю, что плачу.

— Я тоже скучал по тебе. Ты оставила во мне дыру, маленькая.

— Ты имел в виду то, что сказал тогда?

Он поднимает бровь, и я краснею, внезапно почувствовав себя до смешного неловко.

Я отвожу взгляд, и его рука нежно обхватывает мой подбородок, побуждая меня посмотреть на него.

— Когда ты сказал, что любишь меня, — выпалила я. — Ты умирал, поэтому я не буду держать на тебя зла, если ты не хотел этого говорить.

Драгикс внезапно садится, увлекая меня за собой. Его глаза сверкают золотом и очень, очень серьезны.

— Я имел в виду больше, чем всё, что я сказал за всю жизнь. Ты моя, Чарли, — говорит он. Он снисходительно улыбается мне, когда я напрягаюсь. — Всё в порядке, — мягко говорит он. — Я тоже твой. Я начал спариваться с тобой, когда мы ещё были в моём логове. Моего дракона не волновали все причины, по которым мы не должны быть вместе. Он просто знал, что ты та, с кем я должен быть, будь то вечность или всего несколько дней.

Я смотрю на него, ошеломленная.

— Что значит, спаривались?

— Это означает, что наши жизни теперь связаны друг с другом. Куда идет один, за ним последует другой. Это значит, что ты вторая половина моей души, и мы никогда не расстанемся. — Он колеблется на мгновение, выглядя слегка неуверенным. — Это подходит для тебя?

— Подходит? Я люблю тебя, Драгикс. Я знала, что люблю тебя в тот день, когда ты был так ранен, и мы спали под звездами. Но я боялась признаться в этом… даже себе. Для меня большая честь быть твоей парой, но… что это значит, что наши жизни связаны друг с другом? Я знаю, что ты больше не бессмертен.

Драгикс наклоняется и тыкается носом мне в шею. Мои глаза закрываются, но затем я заставляю их снова открыться, зарываясь руками в его волосы и оттягивая его голову.

— Ты пытаешься меня отвлечь, — говорю я, и он вздыхает.

— Боюсь, ты будешь разочарована во мне.

— Ой-ой. Лучше признайся, приятель.

— Когда ты уснёшь в свой последний раз, я отправлюсь за тобой. Мы отправимся в великое запределье вместе.

Я застыла.

— Драгикс, мне осталось всего пятьдесят или шестьдесят лет. Люди ужасно стареют.

Он улыбается мне.

— Я верю, что ты получишь