Я (не)твоя собственность - Надежда Марковна Борзакова

Я же не спросила про Скорпиона… Но усталость победила, не дав открыть рот и погрузив в глубокий и сладкий сон.

Глава 41

— … Светы глаз не спускать, — голос Макса резал как лезвие, — С ней на выездах не меньше троих человек всегда, один из которых Егор, понял, Ромыч? Тачки сделают, вечером привезут…

Я замерла за углом возле залы. Сердце сковало холодом от страха, живот напрягся и я машинально обхватила его руками. Все, как осенью. Тогда все тоже начиналось с подобного разговора… А закончилось тем, что сперва Макс, а потом и я чудом остались вживых.

— Босс, если спрашивать начнет…

— Я ей сам все объясню. Твоя задача парням сказать, чтоб на все вопросы с уверенной рожей отвечали, что это просто мера предосторожности.

— Думаешь… Буш сможет…Или кто другой?

— Скорпион мертв, свято место пусто и одно. А претендентов сам знаешь сколько…. Любой из них может. Все может… Попробовать. Наша задача не позволить достичь цели. И при малейшем поводе сделать его…

Я пошатнулась, зажала рот рукой. От страшных слов к горлу подкатила тошнота. Нет! Только не это, пожалуйста! Только не снова! Я ведь прекрасно поняла смысл сказанного. Опыт, будь он неладен, отрывки воспоминаний о папиных рассказах, подслушанных во время застолий…

Вернулась в спальню, опустилась на край кровати. Заставила себя дышать медленно и глубоко. Мысленно приказала не впадать в панику. Какой от этого толк?

— Милая? Тебе нехорошо? — Макс зашел в спальню и бросился ко мне. — Болит что-то?

— Все в порядке, — выдохнула я. — Услышала твой с Ромой разговор и слегка перенервничала. Вот и все.

Макс выругался.

— Свет, тебя пальцем никто не тронет, — он сел на корточки у моих ног и положил локти на колени, — Ты мне веришь?

— Меня не тронет, — я забралась пальцами в его волосы на макушке, — А тебя?

— А меня тем более. Я же бессмертен, — он азартно улыбнулся.

— Я серьезно, Макс.

— И я серьезно, Света, — в тон мне ответил мужчина. — Понимаю, в твоей голове я в какой-то мере остался тем пацаном, которого ты знала одиннадцать лет назад. Вот только это не так. Я все эти годы варился в этом всем и разгребать умею.

— Пообещай, что с тобой ничего не случиться, — глаза наполнились слезами. — Что с нами ничего не случиться.

— Я клянусь тебе, любовь моя. А еще клянусь, что у нас очень скоро будет жизнь, которой ты хотела. Без криминала, без всего этого дерьма. Нормальная жизнь.

Он так на меня смотрел. И так говорил. Уверенно. Безапелляционно. Создавая ощущение, что все сказанное уже случилось. Я дала себя убедить. Дала сделать это даже не расспрашивая подробностей плана. Словно где-то в глубине души знала, что он неосуществим, но хотела пожить в иллюзии еще немного.

Часы. Дни. Недели.

Остаток времени, в котором крепло ощущение, что и правда все будет хорошо. На похороны Макс ездил без меня и вернулся довольно быстро, еще до темноты. Лишь немного напряженный и угрюмый. И на этом все. Никаких ночных отездов, странных звонков. Ничего. А потом… потом побежали дни. На столицу обрушились морозы, потому желания куда-то выезжать не возникало и следственно замечать усилившиеся меры безопасности не было повода. Я записалась на онлайн курсы графического дизайна, как когда-то хотела, планируя сделать это своей профессией. Не столько ради денег, сколько для самореализации, которой так не хватало. Сразу как потеплело мы вместе с Максом дважды в неделю стали ходить на курсы будущих родителей с еще несколькими парами. В такие часы я чувствовала себя совсем такой же, как наши соученики — просто еще одной женщиной, рядом с которой любимый муж и они вместе готовятся стать родителями. Самыми обычними. Из тех, в чьей реальности нет ночных перестрелок, огнестрельных ранений и постоянно нависающей над головами опасности. Из тех, у кого впереди целая жизнь. Не безоблачная, не идеальная, но долгая и счастливая.

Так пролетел март. А за ним и апрель. Живот уже вырос настолько, что я передвигалась как какая-то гусыня и просила помочь завязать шнурки на ботинках. Одна из комнат — самая уютная и светлая — уже превратилась в детскую. Выполнена в белом, сером и синем цветах, наполненная максимально современной мебелью и милыми игрушками она безумно мне нравилась. Я считала дни. Зачеркивала их в обычном бумажном календаре. Читала вслух сказки, сидя в кресле-качалке. Вечерами мы с Максом, держась за руки, прогуливались в сквере. Конечно же, в сопровождении охраны. К количеству которой, конечно же, я успела привыкнуть.

Сейчас, вспоминая те дни, я задаюсь вопросом, как могла не замечать… Не чувствовать…

Макс слишком хорошо скрывал от меня правду.

Я часто вспоминаю тот день. Шестое мая. Голубое небо с белоснежными облаками. Игривое солнце, лучи которого пробивались сквозь с юные зеленые листочки. Щебет птичек. Легкий ветерок, треплющий занавески на открытых окнах…

Я сидела в кабинете Макса и дослушивала лекцию на ноутбуке. В дверь постучали. Там Дима с чашкой чая и тарелкой с бутербродом в руках.

— Света, как доешь, собери себе вещей дня на три, — парень сказал это так, словно речь шла сборах в торговый центр за покупками. — Уедем за город, на свежий воздух.

— В смысле уедем? — я подорвалась с кресла. — А Макс…

В голове стаей воронов заметались мысли. Утром… Ведь утром… Утром все было нормально. По-прежнему.

— А Макс присоединиться чуть позже.

— Дима, — внутри все сжалось, — что происходит?

— Я тебя прошу, спокойно поешь, а потом сделай, что сказано. Макс приедет, все расскажет. Пожалуйста!

И вышел.

А я так и осталась стоять у стола Макса с размеренно бубнящим на том ноутбуком. Словно наяву я видела как стремительно рушится наша с Максом нормальная и спокойная жизнь. Точнее ее иллюзия, в которой я так уютно жила эти месяцы.

Глава 42

— Делай, что сказано, Семицветик, — голос Макса в одноразовой трубке звучал не о что спокойно, а даже как-то весело, — И, ради бога, не трясись, все нормально.

— Нормально? — заорала я в трубку, — Что именно нормально?

— Милая… У меня вечером будет важная встреча. И на это время лучше, чтоб тебя не было в городе. Поедешь за город. Озеро, лес все дела. Я этот участок купить хочу, дом снести и нормальный построить, скажешь свое мнение, нормальное место или нет. А завтра утром или даже сегодня ночью я тоже к тебе