Зависимые - Лина Шир

— Как тебе?

— Прекрасно.

— Можешь принести мою сумочку? Кажется, она в гостиной. Мне срочно нужна моя любимая помада.

— Хорошо, только советую поторопиться, а то опоздаем. — Янис поднялся из кресла, подошел ко мне, поцеловал в щеку и вышел из комнаты.

Что было дальше, я не знаю, но догадываюсь. Янис вернулся в комнату в плохом настроении, но взглянув на меня, улыбнулся и поставил сумочку на столик.

— Что-то случилось? — спросила я, достав из бокового кармашка помаду и положила ее на столик.

Он покачал головой и провел рукой по моим волосам. Ему точно не терпелось что-то мне рассказать. Но что? Почему он тянул?

— Янис… ты испортишь мне укладку. Иди подожди меня в гостиной.

— Знаешь, ты сегодня утром сказала, что в моем возрасте люди заводят детей. — Он продолжал меня гладить по волосам, что было не очень приятно и как-то даже пугало.

— Я погорячилась, ты же знаешь.

— Нет, ты права…

Я взглянула на него через зеркало, пожала плечами и продолжила наносить косметику. Конечно, может быть его беспокоил возраст. Либо же он просто боялся, что после него ничего не останется. Никого, кто сможет продолжить род Высотских. Ну и ладно… Разве это так важно? Не думаю, что смысл жизни заключался в том, чтобы продолжать свой род. Разве люди не должны жить и наслаждаться жизнью?

— Может быть дело и правда во мне, раз ты… пьешь таблетки, чтобы не забеременеть от меня! — он схватил меня за волосы, оттягивая их на себя, и прорычал эти слова настолько грозно, что я не сразу поняла, что они значат.

— Янис… больно…

— Больно?! Тебе больно?

Янис потянул меня за волосы, чтобы я встала и швырнул в сторону с такой силой, что я упала. Мой взгляд тут же метнулся к сумке.

— Янис, это не то…

— Не то, что я думаю? А что это? Или я, по-твоему, до такой степени идиот?! — он кричал, расхаживал по комнате, и не мог успокоиться.

Подойдя ближе, он снова схватил меня за волосы и заставил встать на ноги.

— К чему этот цирк, Алена?! — крикнул Янис, смотря мне в глаза, а я не знала плакать мне или продолжать делать вид, что ничего не понимаю. — Как же это паршиво…

Я видела, как сильно он сдерживается, чтобы не ударить меня, как сжимает кулаки и как заглядывает в глаза, ища ответа. А ответ-то прост… Я просто не хочу рожать ребенка от человека, которого не люблю. И теперь он это понял. Не знаю, рылся ли он в моей сумке или таблетки сами выпали из нее, но теперь Янис знал, что я пила противозачаточные средства на протяжении семи лет. Нет, это не совсем правда. Я года два хотела ребенка, и правда ходила по врачам, но ничего не выходило. Поэтому я решила, что нам будет легче, если хоть один не будет переживать и ждать.

Набрав полную грудь воздуха, Янис покачал головой и ударил меня по лицу. Я упала. Боль была невыносимой. Он давно не поднимал на меня руку, но это было последней каплей. В мыслях пронеслись его слова: «Ты ведь понимаешь, что как только ты возьмешь мою фамилию — наказание будет куда больнее, чем сейчас». Это все относилось к встречам с Сережей, но… нежелание родить Янису ребенка — стало куда большим ударом, чем измены.

— Ты с ума сошел?! — крикнула я, прижимая ладонь к лицу.

— Скажи спасибо, что жива осталась. — Сказал Янис, проходя по комнате, потирая кулак.

Он схватил сумку и швырнул в меня. Самое обидное было то, что слезы не катились ручьями по щекам. Неужели, мне и правда, до такой степени наплевать на него?! Я не умела правильно реагировать на подобные выходки.

— Ты поедешь на такси. И только попробуй опоздать! И не забудь натянуть дежурную улыбочку! — бросил Янис и выходя из спальни.

Рано или поздно это должно было случиться. Он бы узнал о таблетках, и получилось бы все так же. Проведя руками по лицу, я поднялась на ноги. Голова кружилась. Раньше Янис никогда так сильно не бил меня. Я и не знала, что это так больно. Он даже не думал о том, что мне может быть больно. Подойдя к зеркалу, я увидела, что под глазом образовывался синяк, а полученная ссадина кровила. Давно у меня такого не было. Да и поводов не было. Сев у зеркала, я сделала глубокий вдох и почувствовала, как по щекам наконец-то потекли слезы. Наверное, я не привыкла показывать кому-то свою слабость. Но это же Янис. Почему я не могла заплакать при нем?

Я заказала такси, замазала синяк и ссадину, надела платье, которое купила специально для праздника и вышла из дома. Через полчаса подъехало такси. В ресторане, наверное, уже все собрались и ждали только меня. А может быть даже не ждали.

Такси остановилось у самых дверей ресторана. Я вышла из машины и сразу же столкнулась взглядом с небесно-голубыми глазами. Мне стало дурно на мгновение. Нет, не хочу… Не могу так взять и плюнуть на все семь лет страданий. Взяв себя в руки, я хотела пройти мимо, но Сережа заговорил.

— Привет, ты не изменилась, а вот твой муженек постарел. Довела ж ты его. Как дела? — он курил, оперевшись на стенку.

Я только и могла, что кивать на его слова. В голове все смешалось, я не могла поверить в то, что снова видела его. Столько лет наблюдала за его соцсетями, а теперь видела вживую. Пыталась забыть, но каждый раз не могла. И сейчас, вместо того, чтобы пройти, я стояла и смотрела на него.

— Сереж, я так… — «соскучилась» кричала душа, но я промолчала, увидев мальчишку, вышедшего из ресторана.

— Па, ну где ты ходишь?! Ты обещал, что на пять минут, а прошло все семь! — светловолосый мальчишка, с такими же, голубыми глазами и стрижкой, как у Есенского стоял и не обращал на меня внимания, будто бы я была пустым местом.

— Иду, иду, Серый. Заходи, скорее, продует.

— Ну тепло же!

— Живо.

Мальчишка шмыгнул в ресторан, а я и не знала, что сказать.