Люмен. Город туманов - Алиса Болдырева

он вкладывал в мою голову. Выслушав его, я поднял клинок, — мужчина остановился напротив Лин, и взял её за руку. — И полоснул им себя по ладони. Я не ощутил боли, но тонкая струйка крови, что стекала на пол, быстро приняла довольно чёткие очертания, — он нежно погладил ладонь Лин, и она задрожала от неконтролируемого страха. — Моя кровь породила первого демона, Кейтлин. Кровь рода Валлес, наша кровь, привела их в мир людей.

— Нет, — прошептала Лин. — Это всё не правда! Не правда!

— Поверь, Кейтлин, всё правда, до последнего сказанного мной слова, — холодно улыбнувшись, сказал Адам. — Но ты и сама это знаешь. Ты ведь чувствуешь их, чувствуешь, что связана с ними. Они зовут тебя. Я прав?

Он отпустил ладонь Лин, но не спешил отходить от неё. Его синие глаза продолжали внимательно вглядываться в её побледневшее лицо, словно хотели заглянуть в саму душу.

— Вижу, что прав, — он самодовольно улыбнулся.

— Но ведь я видела портрет Адама Валлеса… — начала было Лин, но внезапно оборвала себя на полуслове.

К чему теперь тратить слова напрасно? Саму себя не проведешь, сколько не старайся. Где-то очень глубоко внутри Лин чувствовала, что Адам говорит правду. Именно поэтому те демоны звали её за собой.

Ведь она была связана с ними.

Лин едва не задохнулась от осознания этой чуловищной истины. Ей перестало хватать воздуха, и она схватилась дрожащей рукой за ворот платья, пытаясь немного ослабить его.

— Портрет подменил Леннард. У него был неограниченный доступ к библиотеке ордена, — отозвался Адам.

Лин перевела растерянный взгляд на Дерби, который до этого момента не проронил ни слова, стоя у входа.

— Зачем? Для чего вы всё это делаете? — выдохнула Лин.

Глядя на него, она не могла поверить, что это тот самый Леннадр Дерби, что является Главой ордена. Тот самый Дерби, что когда-то спас Ригана, а позже и Сэмюэля. Сейчас перед ней стоял холодный незнакомец, чужак, которого она не узнавала.

— Я как-то говорил тебе, Лин, что тьма бывает весьма притягательной, и в тот момент я ничуть не лукавил. О, нет! Она умеет уговаривать, посулив человеку то, чего так страстно жаждет его душа, — ответил Дерби, подходя к ней ближе. — И бывает сложно, а порой совершенно невозможно, противиться её вкрадчивому голосу.

— И чего же вы так страстно жаждите? Скажите, чего вам не хватало? — Ей хотелось кричать от отчаяния и безысходности.

— Я уже стар, Лин. Моё время подходит к концу, и лишь тьма может подарить мне вечную жизнь, — ответил он, подходя вплотную к Лин. Она попятилась задом.

— И ради этого вы пошли на предательство? — Лин аж задохнулась от его слов. — Ничто не подарит вам вечную жизнь! Ничто! Это ложь!

— Ошибаешься, Кейтлин! — возразил со своего места Адам. — С того момента, как двадцатилетний я покинул стены церкви, я ничуть не изменился. Я не состарился ни на день. Кровь демонов поддерживает во мне жизнь уже много веков, и наделяет меня невероятной силой. А твоя сила, твоя мощь, будет превосходить мою в разы, тебе лишь следует пойти со мной, вернуться в семью, Кейтлин, — Адам протянул ей руку, но она не сдвинулась с места, уставившись на его руку, как на ядовитую змею.

— Не упрямься, Лин. Тебя ждёт великое будущее, — сказал Дерби, приближаясь к ней.

Попятившись, Лин не удержалась, и стала заваливаться прямо на него. Дерби подхватил её, сжав в своих сморщенных руках. Её ладони соскользнули с его плеч, прошлись вдоль груди, и остановились на его талии, а затем так же быстро Лин высвободилась из его хватки. Ей были неприятны его прикосновения. Сделав несколько шагов назад, она сжала ладони в кулаки, спрятав их в складках своего длинного платья.

— Мы одна семья, Кейтлин, и должны помогать во всём друг другу, — сказал Адам, блеснув синевой глаз. Чёрный зрачок вытянулся, превращаясь в узкую полосу. — Лишь в твоих силах отворить врата, так же как и наложить на них печать.

— Я не стану вам помогать! Ни за что! — попятилась назад Лин. — Я скорее умру!

— О, такой жертвы от тебя никто не требует, Лин, — осклабился Дерби, наступая на неё. Лин медленно отходила вглубь комнаты, пряча руки в складках платья. На её лице застыла маска твёрдой решимости.

Неожиданно рядом с подолом её платья заплясали крошечные огоньки свечей, и Лин поняла, что оказалась в самом центре пентаграммы. К своему стыду, она негромко вскрикнула, и хотела выйти за пределы красных линий, но наткнулась на невидимую стену, что окружила её со всех сторон. Лин охватила паника. Глаза от страха расширились. Её намеренно загоняли в ловушку.

— Не волнуйся, Кейтлин, я не причиню тебе вреда, — заверил её Адам, неторопливо приближаясь к ней. В его синих глазах полыхал безумный огонь предвкушения, и спина Лин покрылась липкой испариной. — Призови свой дар, впусти его в себя! Только так мы сможем открыть врата.

Когда Лин ничего не ответила, он сделал шаг в её сторону, оказавшись возле разделяющей их красной черты.

— Лин, я твоя семья, единственная семья, которая у тебя когда-либо была и будет, ты ведь понимаешь это? Мы должны быть вместе, — говорил Адам. Его проникновенный голос и пристальный взгляд синих глаз словно гипнотизировали её. — Нас ждёт великое будущее. Мы будем властвовать над этим миром, будем повелевать им. Только позволь дару взять над собой верх. Впусти его! Он часть тебя, а ты часть его. Вы неразделимы. Ты ведь это знаешь, правда, Лин?

Тёмная сила, что притаилась где-то глубоко внутри неё, едва заметно зашевелилась, и Лин закрыла уши руками, только чтобы не слышать его голоса, который окутывал её, словно нежным бархатом. Она ещё помнила мощь той разрушительной силы, что таилась внутри неё. Унизительный страх охватил всё её существо, и Лин задрожала, боясь поддаться на уговоры своего пращура. Если она уступит, если пойдёт у него на поводу, мир погрязнет в пучину страха и боли. Погибнут невинные люди. Погибнут все, и первыми погибнут последователи ордена и члены Конгрегации.

Погибнет Сэмюэль…

Нет! Она не должна этого допустить! Ни в коем случае! Нужно закрыть врата как можно скорее. Но как это сделать? Что она знала об этом? Ничего! Лин едва не застонала от отчаяния.

«Думай, Лин, думай!» — вертелось в её голове, пока она мотала ей из стороны в сторону.

— Твоё сопротивление ничего не изменит, я всё равно открою врата! Я ждал этого слишком долго, и не позволю тебе всё испортить, глупая упрямая девчонка! — рявкнул Адам. — Ты сказал, что её дар проснулся!