Не уходи - Виктория Горкушенко

Вадим позволил мне уволиться без двухнедельной отработки и пожелал удачи в новой сфере. А еще сказал, что с меня автограф, как только я стану богатым и знаменитым засранцем.

На протяжении нескольких месяцев я каждый день ходил на уроки вокала, – что в значительной степени поистощило наш семейный бюджет, – писал музыку и песни для своего альбома и наконец, я был готов к записи треков.

– Волнуешься? – спросила Диана перед входом в студию звукозаписи.

– До дрожи в коленях, – признался я.

Она взяла мою ладонь.

– У тебя все получится. Ты уже на финишной прямой к тому, чтобы о тебе узнали люди.

Я сглотнул.

– Этого я и боюсь.

– Не переживай. У меня есть пистолет. Я быстро разгоню им всех твоих безумным малолетних фанаток.

Несмотря на стресс я рассмеялся.

– Ладно, защитница, пошли. Меня уже ждут.

Мы зашли в здание, где через пару часов я запишу свой первый альбом.

***

– Где ты все это время прятался, самородок? Мы записали 8 из 10 треков с первой, мать его, попытки. Не припоминаю таких успехов со времен… ну, никогда, – сказал Гриша, хлопнув меня по плечу после прослушивания последнего трека.

– На нелюбимой работе, – хмыкнул я и приобнял Диану за плечо.

Ради меня она впервые в жизни взяла отгул на работе. В этот особенный момент она хотела быть рядом со мной для поддержки.

– Что ж, – он хлопнул в ладоши, – мы закончили. Теперь дело за звукорями. После этого слушай себя на всевозможных волнах радио, в соцсетях и других медиа площадках. Если у тебя есть знакомые популярные блогеры, подключай к раскрутке и их. Совсем скоро мы наконец начнем зарабатывать на твоих песнях.

Это не могло не радовать. Ведь последние месяцы единственным кормильцем в семье была моя жена.

– Это здорово. Держи меня в курсе.

Я пожал руки всем, кто помогал мне сегодня записать альбом и немного уставший, но неимоверно счастливый вышел с женой под руку из студии.

Глава 33

Диана

– Не могу поверить, что наш Сашка стал суперзвездой, – восхищалась Ника на другом конце линии.

У меня был разгар рабочего дня, когда позвонили девочки. Они услышали по радио голос Саши и сразу же набрали меня, чтобы поздравить с тем, что теперь мой муж звезда.

– Он упорно двигался к этому, – ответила я с улыбкой.

– Каково это быть женой популярного певца? – в шутку спросила Алиса.

– Не знаю. Песни только начали крутить. Поэтому на улице к нам пока не подбегают бешеные фанатки.

– Ну, с его обложкой на альбоме не долго тебе осталось быть в неведении, – хмыкнула Ника.

Да, обложка была горячей. Внешность Сашки решили использовать по полной. Поэтому на обложке альбома мой муж голый по пояс и с гитарой под дождем. Я даже запросила себе постер с этой фоткой у Гриши. А ведь я жена, и вижу это тело каждый день. Что уж говорить о девочках-подростках.

– Думаю, ты права, – ответила я. – Но я не ревную. Я хотела, чтобы мой муж стал популярным.

В кабинет зашел Тим и шлепнул листок с адресом на мой стол.

– Девочки, мне пора работать. Новое дело. Пока.

– Пока, – ответили они хором и отключились.

Я вопросительно посмотрела на друга, ожидая подробностей.

– Убийство. Девушка задушена у себя дома. Это все, что я знаю.

– Ладно. Выезжаю.

Накинув пуховик и взяв сумку, я поехала на указанный адрес.

***

– Ух. Ну и морозяка, – негодовала я, поежившись и заходя в подъезд жилого дома.

Поднявшись на 3 этаж, я увидела открытую дверь и голоса криминалистов.

– Привет, Диан. У нас тут для тебя запоздалый Новогодний «подарочек», – мрачно сказал один из них, с которым я частенько пересекалась на других делах.

– Привет. Да уж, так себе подарочек. Я как-то больше по свитерам с оленями тащусь, а не по трупам в разгар новогодних праздников.

Он хмыкнул и нагнулся вниз, чтобы рассказать мне больше о жертве.

Я подошла ближе, чтобы увидеть тело и обомлела. Девушка с застывшим взглядом на полу этой комнаты была мне знакома. Дана Резникова. Девушка, проходящая по делу о шантаже чиновника.

Боже. Ее девочки.

– Где ее дочери? – перебила я криминалиста, который уже во всю объяснял мне, сколько она мертва и как именно убита.

Матвей резко вскинул голову вверх и ошарашенно посмотрел на меня.

– Откуда ты знаешь про ее детей? Нам ничего не говорили о них по телефону.

– Я ее знаю, – выдохнула я. – Где ее девочки?

Он грустно кивнул на стену.

– Там детская.

Не помня себя, я двинулась к комнате детей. Не знаю, почему так реагирую, ведь я даже толком не знала ни Дану, ни уж тем более ее детей. Но я знала, как она любила их, и что сейчас маленькие девочки остались совсем одни. Может, они меня даже не вспомнят. Но если вспомнят, возможно, им станет чуточку легче от моего присутствия.

Когда я вошла в комнату, то увидела одного из сотрудников отдела и кивнула ему в молчаливом приветствии. Он кивнул в ответ. А затем на одной из кроватей я увидела двух маленьких девочек. Одна положила голову другой на плечо и на ее щеках были засохшие дорожки от слез. Другая же подняла взгляд на меня.

Снова эти пронзительные не по годам глаза.

– Тетя полицейская, – сказала она и соскочила с кровати, чем напугала свою сестру. – Где мама?

Мое сердце разбилось в этот самый момент. В ее глазах было столько надежды. Она узнала меня и думала, что я принесу хорошие новости.

Я подошла, усадила ее обратно на кровать и одной рукой обняла обеих девочек.

– Вы меня помните? – ласково спросила я.

– Да, – тихо ответили они.

– Я – Диана. А вас как зовут?

– Я – Яна, – ответила девочка с пронзительным взглядом. – А это – Вера.

Я секунду помолчала.

Как можно сообщить маленьким детям, что их мама – единственный родитель – мертва?

– Девочки. Ваша мама… – я пыталась подобрать слова. – ваша мама…

– Умерла? – спокойно спросила Яна.

– Да, – прошептала я, сдерживая слезы.

Мне было все равно, что мы в комнате не одни. И что после этого в отделе могут поползти слухи, что я не такая железная леди, какой все меня считают. В мужском коллективе нельзя давать слабину. Но я не хотела