Секреты - Даниэла Стил

Сегодня, однако, она снова ему позвонила и испуганнымголосом спросила, нельзя ли им увидеться в одиннадцать вечера. На всякий случайБилл улизнул от Зака пораньше — за сорок пять минут, но дома Сэнди так и недождался. В полночь он заехал к «Майку» выпить пива, потом направился в Малибу,просто прокатиться. Он понимал, что Сэнди надо выбросить из головы, что онастремительно скатывается по наклонной плоскости и может со дня на день опятьпревысить дозу. Возможно, в последний раз.

Домой он вернулся в начале третьего и застал там полицию. Наулице стояли четыре машины с мигалками и «Скорая помощь». С ужаснымпредчувствием Билл бросился к крыльцу и открыл дверь. Его ждали, дверь спальнибыла закрыта. Кроме мрачного вида полицейских, были еще какие-то люди вштатском и фотограф. Когда Билл вошел, двое полисменов вытащили пистолеты. Побледнев,он поднял руки вверх.

— Что случилось?.. Где?..

Билл знал, что она здесь. Должна быть здесь.

— Она все еще в другой комнате. Биллу не понравилосьто, как прозвучало это «все еще». Как будто кто-то там ее оставил.

— Где вы были?

Он держал руки поднятыми и не двигался, задаваясь вопросом,занимается ли ею бригада «Скорой», в каком она состоянии, но от неожиданностине решался спрашивать.

— Я ездил… в Малибу.

— Когда вы уехали из дома?

— Около двенадцати часов. Я ждал… ждал кое-кого… но недождался и поехал в бар выпить пива.

— Кого вы ждали?

— Мою… подругу.

Он чуть не сказал «жену».

Один из полисменов подошел к двери спальни и дал Биллу знакследовать за ним.

— Посмотрите, там ваша подруга? — сказал он.

В спальне полицейских было еще больше. Берни заперли вванной, откуда доносилось его жалобное завывание. А на кровати лежала Сэнди визодранной одежде, маленькая, худенькая, как ребенок, с простреленной головой игрудной клеткой. Глаза у нее были открыты, кругом была кровь. Она была мертва.Билл застонал, сделал шаг в ее сторону и опрокинулся навзничь — ему сделалосьдурно. Чьи-то руки подхватили его. Он, пошатываясь, вышел обратно в гостиную.

— О Господи… О Господи… — всхлипывал Билл, словно дитя,глядя на полицейских остекленевшими глазами. — Кто это сделал?.. Что…

Билл не мог подобрать слова. Его грубо толкнули на стул.

— Вот ты нам об этом и расскажешь. Соседи слышаливыстрелы. У тебя есть пистолет?

— Нет, — покачал головой Билл.

— Кто она?

— Это моя жена… Последние полгода мы не жили вместе.

— Покажи-ка, парень, твои руки. Полицейские видели унее на предплечьях следы от иглы, но у Билла предплечья были чистые.

— Тебя кто-нибудь видел после того, как ты отсюдауехал?

— Бармен в баре «У Майка».

— Сколько ты там пробыл?

— Около получаса.

— А потом?

— Просто катался.

— Ее убили в пределах часа назад. Не знаешь, кто этомог сделать?

Билл горестно покачал головой. Из его глаз лились слезы… Ееубили. Как собаку… Он посмотрел на полицейских:

— Она мне звонила сегодня вечером. Судя по голосу, быланапугана.

— Чем?

Они не проявляли к нему сочувствия. Они такое уже видели. Ислышали подобные россказни.

— Не знаю. Может, кем-то из ее знакомых… может,сутенером… Прошлым летом ее задержали по обвинению в проституции. Ей нужны былиденьги на наркотики… Вообще она была порядочной девушкой.

Билл убеждал их, как будто теперь это еще имело какое-тозначение.

— Просто она погрязла в наркотиках.

— Это уж точно, — сказав это, старший изполицейских дал знак, и появился санитар с носилками и куском брезента.

— Куда вы ее заберете?

Билл привстал, словно хотел задержать ее, но его толкнулиобратно на стул.

— В морг. А тебя заберем с собой.

— Почему?

— А почему бы и нет?

— Я же не убивал ее.

— Ты это скажешь в полиции. А мы тебя задерживаем поподозрению в убийстве.

— Но как вы можете? Я…

Не успел он закончить фразу, как один из фараонов надел емунаручники, а другой тут же объяснил, какие у него есть права. Появился санитарс каталкой-носилками, на которых брезентом было прикрыто малюсенькое тело —все, что осталось от Сэнди. Билл глядел на носилки, вспоминал кровь в спальне ипытался утешить себя надеждой, что она не мучилась, что все произошло быстро…Какой-то негодяй убил ее в их постели, где они когда-то были так счастливы…Биллу казалось, что это кошмарный сон; спотыкаясь, он вышел к машине вокружении полицейских и пару минут спустя уже ехал по направлению к центругорода, на заднем сиденье, в наручниках, в состоянии шока, не веря, что такоепроизошло с ним.

Биллу сказали, что он задержан на сорок восемь часов, покабудет идти расследование, и допрашивали его в течение двух часов. Он был всостоянии полного изнеможения, когда с него сняли наручники, велели раздеться,тщательно обыскали, потом вернули одежду и втолкнули в камеру, где было еще тричеловека, двое из которых были мертвецки пьяны, а третий угрожал убить новогосокамерника, если тот приблизится к нему хоть на дюйм. Билл сел на узкую койкус матрацем, вонявшим мочой, и задумался, что с ним будет дальше.

— Можно мне позвонить по телефону? — спросил он уохранника.

— Завтра в девять утра.

Но лишь без четверти одиннадцать его вывели из камеры наочередной допрос и только тогда разрешили позвонить. К тому времени он уже начетыре часа опоздал на работу, а сниматься в этот день должен был во всехсценах. Билл не знал, кому и звонить, поэтому позвонил своему агенту.Секретарша велела ему подождать. Инспектора полиции проявляли нетерпение, онихотели поскорее начать допрос.

— Скажите им, пусть поторопятся.

— Не могу. Меня попросили подождать. Билл запаниковал,что ему не разрешат договорить. Наконец Гарри подошел.

— В чем дело? Как ты, малыш?

У Гарри был веселый голос и хорошее настроение. Но оно тутже испортилось. Билл рассказал ему, где находится и почему. Гарри, потрясенный,так и сел за своим письменным столом.

— Что? Ты задержан? Они что, спятили?.. Вот идиоты!..

— Гарри, ты мне можешь найти адвоката? И, ради Бога, неговори никому.

— Ты шутишь? Сегодня к вечеру весь мир будет знать.Господи, Боже ты мой!

— Умоляю тебя!