Падение - Пенелопа Дуглас

Она скрестила руки на груди – под ее просвечивающей белой кофточкой виднелся белый бикини-топ.

– Возможно, если бы ты не совал свой нос в чужие дела, я бы догадалась сама, – огрызнулась она, вздернув подбородок.

Я покачал головой, горько усмехнувшись.

– Это ты вчера вечером совала свой нос в мои дела. А я просто хотел помочь, – сердито произнес я, проведя щеткой по волосам.

– Поэтому вел себя снисходительно и посоветовал мне думать головой? – парировала она. – Мне такая помощь не нужна, Джекс.

– Ага, – я подошел к ней вплотную. – Я несколько лет пытался с тобой по-хорошему, а что в итоге? Последи за своим поведением, и я тогда сделаю то же самое.

– Тогда перестань смотреть на меня свысока! – закричала она.

– Вот именно! – прорычал я, отвернувшись.

Я снова рванул щеткой по волосам и перехватил их резинкой, собираясь лезть через балкон.

– Перестань, – простонала Джульетта за моей спиной.

Я резко развернулся.

– Что?

– Ты… – Она сжала губы и провела руками по лицу. – Ты рвешь свои волосы. Я не могу на это смотреть. Ты неправильно их расчесываешь.

Я закатил глаза и отвернулся к балкону.

– Ага, я умею расчесываться, мамочка.

– Сядь, – скомандовала она, и я услышал, как за моей спиной двигают мебель.

Снова повернувшись, я увидел, что она поставила в центр комнаты стул, и во рту у меня пересохло.

– Зачем? – спросил я почти шепотом.

Она встала позади стула. Ее плечи казались расслабленными, а между кофточкой и джинсовыми шортами выглядывала полоска подтянутого живота. Волосы были собраны в небрежный пучок, лицо светилось от тонкой пленки пота, а макияж отсутствовал – очевидно, она загорала на заднем дворе. Мне хотелось прикоснуться к ней, хотелось провести весь день в кровати с ней вдвоем.

– Просто сядь. – Она произнесла эти слова твердо, но терпеливо и кивнула. – Пожалуйста!

Я прищурился. Она же не собирается… Мои плечи ссутулились, глаза округлились. О черт, только не это.

Я покачал головой, ощущая бешеный ритм сердца.

«Сходи принеси ребенку еды. Я побуду с ним».

Нет, нет, нет… Я так сильно стиснул зубы, что у меня заболела челюсть. Никто не должен притрагиваться к моим волосам. Никто.

– Джекс, если ты собираешься и дальше отращивать волосы, тебе надо правильно за ними ухаживать.

Она говорила мягко, а ее взгляд излучал терпение.

Я уставился в пол, внезапно почувствовав себя пятилетним ребенком.

– Я знаю, как за ними ухаживать.

Она вздохнула.

– Ну-ну. Покупая шампунь за девяносто девять центов? – пошутила Джульетта, не думая, что я почти не слышу ее.

Как она, черт возьми, так быстро переключилась? Вот она злилась, а теперь хочет причесать меня?

Черт, колени вот-вот подогнутся. Желудок свело. У меня было такое же чувство, как и тогда, в отцовском доме, когда я лежал в постели и следил за тенями под дверью моей комнаты, гадая, войдет ли кто-нибудь ко мне, смогу ли уснуть, потому что боялся закрывать глаза, и почему никто меня не укачает.

Джульетта мне не подходила, и я сжал кулаки, напоминая себе об этом. Рядом с ней я терял ощущение безопасности.

– Нет.

Она слегка прищурилась, словно мой отказ сбил ее с толку, и я разозлился на себя. Она мучила меня, издевалась надо мной, но в те редкие моменты, когда она становилась по-настоящему мила, я отталкивал ее. Мне хотелось сесть. Хотелось, чтобы она прикоснулась ко мне, и, черт возьми, не хотелось уходить!

Джульетта все ждала, и я снова сжал кулаки, испытывая желание по чему-нибудь ударить.

– Мне не нравится, когда трогают мои волосы, ясно? – объяснил я как можно искренне.

– Тогда почему они такие длинные? – спросила она.

– Потому что не люблю, когда их трогают, – повторил я. – В том числе парикмахеры. Я могу либо побриться налысо, либо отрастить волосы, поэтому выбрал второе.

А теперь ради всего святого перестань задавать вопросы.

Она снова прищурилась, задумавшись.

– Вчера ночью ты хотел, чтобы я тебе доверилась. Ты думал, это игра в одни ворота? – Она похлопала по спинке стула обеими руками. – Твоя очередь. Давай.

Я напрягся. Мне хотелось такой же близости, как была у моего брата и Мэдока с их девчонками.

Я видел, как Джаред любит Тэйт. Как он улыбается ей вслед, даже когда она не смотрит на него. Как всегда ищет повод прикоснуться. Как, обнимая ее, закрывает глаза с таким видом, словно нашел спасательный плот посреди океана.

Я видел, как Мэдок любит Фэллон. Как не может оторвать от нее глаз. Как всякий раз, когда ему приходится куда-то отойти, с кем-то поговорить или принести выпить – да что угодно, он хватает ее за руку и тащит за собой, словно она – продолжение его тела. Как он порой прерывается посреди разговора и вдруг целует ее так, что у нее дух захватывает.

Джульетта не сделает мне больно. Джульетта не может причинить мне боль. Все под контролем. Я влиятельный. Достойный. Сильный.

Я выдохнул. Черт, ладно. Шагнул по направлению к стулу и скомандовал:

– Сними блузку.

Ее брови взлетели вверх, и она положила руки на бедра. Я подошел к стулу и встал прямо перед ним. Если она хочет, чтобы я почувствовал себя уязвимым, тогда мне нужно на что-то отвлечься. Но я не думал, что она это сделает.

Она же скрестила руки, ухватилась за край блузки и сняла ее через голову, оставшись в белом бикини с бретелькой через шею и вырезом в центре груди, обнажавшим красивую ложбинку.

– И распусти волосы. – Я сохранял бесстрастное выражение лица, но мой голос стал ниже. Я ничего не мог с собой поделать. Она распустила свой пучок, и пряди ее темно-каштановых волос рассыпались по плечам.

Десятитонный камень у меня в животе превратился в сильную эрекцию, и я тут же представил ее сексуальное миниатюрное тело верхом на мне.

Недурно.

Я прочистил горло.

– Только давай побыстрее, ладно?