Заклятие для змея Горыныча - Стася Ким

Мы с Германом сделали родителям необычный подарок, путёвку в Париж на двоих. Мама очень хотела там побывать, но всегда откладывала. Я попросила Германа и он сам достал билеты, я пока не закончу академию не могу переходить в явь не сама не с кем-то ещё. Этом может быть опасно и хорошо, что есть муж всегда готовый помочь.

Мама обрадывалась путёвкам больше и чем подаркам отца, тот видя это даже слегка приуныл. Но от поездки неотказался. Хотя давно не был в обычном мире.

— Спасибо доченька.

Мама чмокнула меня в щечку и пошла танцевать теперь уже с мужем.

Свадьба родителей была грандиозным событием, на которое собралось половина города. Оказывается родителей знали многие. Позвали даже Ярину. Она и развеивала мою скуку. Герман старался не отходить от меня но то и дело находился "знакомый" который хотел с ним, что-то обсудить и мой муж " ненадолго "уходил от меня, пропадая минут на двадцать.

Поэтому общество подруги было весьма кстати.

В конце вечера, родители покинули гостей, а муж тихонько шепнул.

— Хочешь устроим такую же свадьбу?

— Мы уже женаты если ты забыл.

Ответила я с придыханием, надеясь немного подразнить супруга.

— В этом есть свои плюсы…

Ответил он не отрывая взгляда от моих губ.

— Но официальная свадьба нужна, в храме при людях, получим официальное свидетельство о браке.

Шептал он мне тихонечко уводя в сторону от гостей.

— Ну не знаю…

Я сделала вид, что задумалась.

— Ты выйдешь за меня?

Томно шептал мой мужчина и наконец-то поцеловал меня. Я ждала этой ласки всё торжество и ответила взаимностью. Поцелуй был горячим и стремительным, муж прижимал меня к себе осторожно, но очень горяче.

Когда мы нашли в себе силы отстраниться я все-таки ответила Герману "Да".

Обрадованный мужчина закружил меня на руках, я засмеялась и ощутила безграничное счастье.

Поставив меня на место Герман обеспокоенно спросил не тошнит ли меня.

После вести о беременности он стал очень заботливым, просто максимально, даже не смотря на работу всегда узнавал как моё самочувствие. Присалал ко мне медиков. Балавал подарками.

Плохо было только одно. Мы просто спали рядом.

Вот и сейчас сбежав со свадьбы родителей и страстно целуясь с мужем я уже начинала расстраиваться. Потому, что Герман боялся навредить ребёнку и не переходил к активным действиям вот уже два месяца, кто бы мог подумать, что инстинкт отцовств развит у этой драконей особи сильнее чем наша истинность?

Теперь мы жили вместе и уже не в Академии, а в небольшом поместье, Герман его купил специально для нас справедливо рассудив, что так для меня и ребёнка будет лучше.

Можно было поехать домой, но мой муж считает это менее безопасным вариантом чем артефакты иди его крылья. Поэтому, мы просто переместились к нашему особняку.

— Ух даже голова закружилась.

Выдохнула радостная я оказавшись на ступеньках нашего дома, двери в который уже услужливо открывали слуги.

— Ничего не болит.

Герман явно забеспокоились начал рассматривать меня на предмет повреждений.

— Болит….

Выпалила я опешевшему мужчине, который уже понял, что со мной всё в порядке. Но градус его беспокойство это не снизило.

— Душа болит, ты меня больше и не любишь.

И тут неожиданно даже для себя я заплакала.

Накатила такая апатия, даже проскачили мысли, что он не за ребёнка беспокоится, а, что у него есть любовница. Эти мысли конечно быстро задушил здравый смысл, но жалости к себе это неотменило.

Сразу мой небольшой животик стал казаться мне о огромным, а я себе дико некрасивой.

Муж обнял меня успокаивая и повёл в дом.

— Ну откуда ты это взяла. Я люблю тебя слышишь люблю!. Уверял он меня помогая снять шубку и сапоги.

Не подпуская ко мне слуг.

— Давай мы поужинаем и ты успокоишься, а потом мы всё обсудим хорошо.

Я отрицательно махнула головой.

— Не хочу!!!!

— Хорошо, чего-то ты хочешь?

Спросил муж явно не понимая по какому поводу истерика, стараясь стереть мои слезы руками.

— Тебяаааааа, а ты меня нееееет….!

В глазах Германа читалось удивление. Впрочем он быстро взял себя в руки.

— Ты же помнишь, что сказал врачь, чтобы не навредить…

— Надо воздержаться первые четыре недели Герман! А прошло! Почти два месяца!

— Правда!?

— Кривда!

— А я и…

— Если ты сейчас скажешь, что не заметил, что мы с тобой два месяца не притрагиваемся к друг другу я тебя ударю.

Глава 26

Герман долго и качественно убеждал меня в своей любви. Муж был аккуратен и нежен, но я видела страсть, которая пылала в его глазах, как он смотрел на моё тело. Первые три дня после той спонтанной истерики, мы даже не выходили из спальни. Стоило мне принять попытку одеться, как меня тут же начинали раздевать. Он покрывал меня своими горячими поцелуями, иногда в порыве страсти даже немного кусал. Любимый гладил меня так, словно я хрупкая драгоценность, и целовал меня всю и везде, не имея не малейшего смущения.

— Ты — моя женщина, и я люблю всё в твоём теле. — Говорил он мне на ушко, обжигая его горячим дыханием.

Когда я смущаясь, пыталась остановить постыдные ласки. Я очень стеснялась своего тела, даже несмотря на то, что в зеркале была двадцатилетней красавицей. Муж вытеснял мои комплексы своими прикосновениями, каждый раз открывая в моём теле новую точку удовольствия. На четвёртый день нашего добровольного заточения в гости к нам решили приехать родители моего мужа, о чем я узнала за два часа до важного визита. Я была на взводе, готовила дом впопыхах.