Строптивая герцогиня - Мэдлин Хантер

Но тут мистер Хэмптон начал какой-то разговор с Эйдрианом, и мужчины отошли в сторону, что позволило Софии остаться наедине с леди Леклер.

Так как виконт в мгновение ока оказался рядом, София заподозрила, что все было спланировано заранее и что мистера Хэмптона просили убрать Эйдриана с дороги.

— Прошу прощения, но я слышал о том несчастье, что приключилось с вашим домом, герцогиня, — посочувствовал Леклер. — Ходят слухи, что поджог сделан умышленно. Я думаю, что это неправда.

— Увы, существуют доказательства поджога. Но я надеюсь, вы поможете мне прекратить распространение подобных разговоров.

— Вы думаете, что имеет место политическая подоплека? — полюбопытствовала леди Леклер.

— Вполне возможно. Леклер вздохнул с досадой:

— Боюсь, что наиболее рьяные радикалы не понимают всю бессмысленность насилия. Ничего невозможно добиться силой. Скорее наоборот.

София не могла не согласиться.

— Я рискую проявить дерзость, но как Эйдриан Берчард попал на собрание? — спросила она. — Он из противоположного лагеря.

Леклер посмотрел туда, где стояли около окна Эйдриан и Хэмптон, мирно беседуя.

— Он мой старый друг, — отозвался виконт. — Он очень умный человек. И я надеюсь, он со временем определится.

— Верджил всегда относился к оптимистам, — улыбнулась леди Леклер.

— Несомненно, моя дорогая. Те из нас, кто поддерживает реформу, оптимисты и думают, что люди в состоянии понять суть вещей и действовать на пользу обществу. Те же, кто придерживается противоположной позиции, считают, что широкие слои населения слабоумны и ими надо руководить, как родители руководят несмышлеными детьми.

— Я думаю, оптимизм не к месту там, где дело касается мистера Берчарда, — заметила София. — Он прибыл сегодня не для того, чтобы прислушаться к голосу разума. Впрочем, и вы, пригласив его, не рассчитывали на такой исход.

— Как я сказал, я не теряю надежды. Что касается присутствия Берчарда, то оно организовано несколькими министрами нашей партии. Из-за вас?

— Возможно.

— Романтические причины? Или потому, что они побоялись, что я подкуплю вас?

— Они думают, я одна из несмышленых детей, которыми должны управлять родители.

— Как похоже на мужчин, — вздохнула леди Леклер, — полагать, что женщина не в состоянии принять верное решение.

Виконт более внимательно посмотрел на Софию.

— А вы в состоянии определить вашу позицию, герцогиня, несмотря на назойливое давление, которое пытаются оказать на вас влиятельные мужчины? Вы в состоянии принять решение?

— Да.

И она уже приняла его. Не то решение, о котором говорил Леклер. Не то, которого пытался добиться Эйдриан. Она решила выбрать свой собственный путь, и пора осуществить задуманное.

Виконт поболтал немного о Париже и затем извинился. София повернулась к хозяйке:

— Все прошло очень мило. Я ожидала большего давления.

— Мой муж очень умный человек. Достаточно того, что теперь вы знаете о существовании людей с иным взглядом на вещи. Он полагает, что вы найдете его, если он вам понадобится.

— Его сдержанность весьма приятна. Уверяю вас.

Леди Леклер разглядывала ее с неподдельным интересом. Она подвела Софию к диванчику и усадила рядом с собой.

— Верджил говорит, что они заставляют вас выйти замуж?

— Да.

— Не за того человека, за которого вы бы хотели, как я полагаю.

— Я подозреваю, что они рады любому мужчине из их лагеря. А я предпочла бы оставаться незамужней. Наверное мое заявление звучит странно?

— Вы не найдете в моем лице строгого цензора. Если бы я не влюбилась в Леклера, скорее всего тоже не вышла бы замуж. Зачем замужество без любви, к тому же если женщина может обеспечить себя благодаря собственности или службе.

Откровенность виконтессы поразила Софию, ей редко доводилось вести подобные разговоры с женщинами. Она почувствовала симпатию к юной американке, которая, казалось, не знала, что такое лицемерие.

— Я слышала, вы оперная певица? — полюбопытствовала София. — Наверное, очень интересная профессия.

— До сих пор я пела в театрах Англии, но недавно получила приглашение спеть в следующем сезоне в Италии. — Она кинула взгляд в сторону мужа. — Леклер выбрал себе в жены такую неподходящую женщину. Мало того что я американка, но еще и певица. Невозможно представить более неподходящий выбор.

Она говорила прозаично, только излагала факты. София поняла, что перед ней молодая женщина, которая существует в обществе по своим собственным законам и которая нашла мужчину, делающего то же самое. Виконт Леклер вызвал в ней уважение.

— Это важно?

— Конечно. Вы знаете, кто ваш друг и кто обманывает вас. Но все не так плохо, как могло бы показаться. В глазах общества Верджил выглядит немножко эксцентричным, что придает мне ореол исключительной экстравагантности.

Их беседа приобрела тот доверительный тон, который предвещает начало настоящей дружбы. София рискнула пойти дальше.

— У меня к вам деликатная просьба. Не могли бы вы занять чем-нибудь мистера Берчарда, когда я соберусь уходить?

— Как! Вы избегаете своего спасителя? После моего мужа Берчард самый красивый мужчина в нашем обществе, — недоумевала виконтесса. — А глядя, как он наблюдал за вами, я сделала вывод, что он влюблен в вас.

Неожиданное заявление обескуражило Софию.

— Его чрезмерное внимание чуть-чуть раздражает меня сегодня, он сам виноват, что я избегаю его.

— Да, в нем столько нежности, как в моем Верджиле. Он очень мил и очарователен, но… — Леди Леклер доверительно похлопала ее по руке. — Когда вы решите уйти, я прослежу, чтобы мистер Берчард не заметил вашего ухода. Он не станет навязываться, впрочем, его внимание к вам совсем иного рода, уверяю вас.

Как ей удалось незаметно исчезнуть?

Все произошло в тот момент, когда леди Леклер вовлекла Эйдриана в беседу, которая касалась его влияния на герцогиню. А может быть, когда виконт Леклер, загнав его в угол, завел с ним разговор о его настоящих пристрастиях в политических дебатах? Оба разговора длились достаточно долго. И когда Леклер наконец закончил их, он обнаружил, что Софии нет больше в зале.

Эйдриан потребовал свой экипаж и направился прямо к дому Динкастеров. Если София сбежала, не желая разговаривать, то все равно ей придется выслушать его соображения насчет капитана Брута.

Но ее бегство вконец испортило его настроение, которое и без того было скверным из-за ее поведения в последнее время. Он не понимал вплоть до недавнего разговора, в какого ревнивца он превратился из-за неуловимого капитана Брута.