Призраки стекла - Бренна Лоурен

Его красивое лицо расплылось в ухмылке.

— Живой оркестр и девушки легкого поведения с покрасневшими коленками и спадающими чулками?

— Джулия не одобрит красные коленки.

— О, она порочнее, чем кажется.

Я захихикал.

— Нет, не думаю.

— Я ненавижу ждать. Но полагаю, что ожидание — это половина удовольствия. Не затягивай со строительством своего замка. — Он быстро поцеловал меня в щеку и зашагал по коридору с самодовольством собаки, нашедшей кость.

— Что это было? — Джулия подошла ко мне сзади и обняла за талию.

— Как обычно. — Я повернулся и притянул ее к себе. Ее духи щекотали мне нос, и я зарылся лицом в ее шею, повторяя поцелуями ряды ее жемчужного ожерелья.

— Я скучала по тебе сегодня, — простонала она в мои волосы.

Я улыбнулся и запустил руку под юбку, приподняв ее за шелковистые бедра, а затем прижал спиной к своему столу.

— Я тоже скучал по тебе, ангел. Почему бы тебе не унести меня на небеса?

Глава 18

Уитни Дарлинг

Дни на острове Офелия, скрытые от всех на верхнем этаже башни Эфраима, проходили в развратном угаре атласных простыней и сброшенной одежды. Он никогда не упоминал о своих планах и о договоре, который наконец-то свел нас вместе. Но когда дело дошло до невысказанных вещей, физических доказательств страсти, накопившейся за прошедшие годы, секретов больше не осталось. Теперь я знала, что он жаждал меня так же безнадежно, как и я его. Я чувствовала это по его прикосновениям, по тому, как трепетно его пальцы исследовали мое тело, и по тому, как жадно его губы захватывали мои.

Я лежала в его постели в наше шестое и последнее утро, и мои глаза обводили твердые изгибы его мускулистой груди и бедер. Бедра, которые привычно раздвигали мои собственные, чтобы он мог снова и снова погружаться в самую нежную, самую сокровенную часть меня.

— Ты скоро уедешь в Нью-Йорк?

Он ухмыльнулся, не потрудившись поднять свою красивую голову с изголовья кровати.

— А ты бы хотела?

— Нет, — ответила я, не колеблясь.

Он слегка улыбнулся, показав ямочку на своей щеке.

— В конце концов, я уеду. Но они еще какое-то время справятся сами.

Я изо всех сил старалась не показать, как рада его словам. Несмотря на стены, которые я возводила годами, Эфраим расправлялся с ними одной за другой. И все, что для этого потребовалось — неделя на этом острове. В постели Эфраима.

— У тебя там большая команда?

Он кивнул.

— Насколько большая?

— Несколько сотен человек. Но в основном я общаюсь с руководством. Это около двадцати людей с особыми полномочиями.

— Тебе это нравится?

— Удовольствие — это не главное. Многие люди и их семьи рассчитывают на то, что я смогу направить нашу компанию в нужное русло.

— Это большая ответственность.

— Я рожден для этого. Как и ты.

Я на мгновение задумалась над этим. Как часто, будучи молодой женщиной, я вздрагивала от обязательств перед Darling Glass, от постоянного голоса в голове, побуждавшего меня к созданию эфемерной формы, которая становилась твердой только в жаре стеклодувной печи? Но теперь, после стольких переживаний, эта ответственность казалась мне привлекательной. Почти желанной.

Чувствовал ли Эфраим то же самое? Стал ли Нью-Йорк местом, куда он отправился, чтобы спастись от потерь и хаоса Саванны? Если так, то я не могу его винить, хотя океан небоскребов и людей никогда не сравнится с диким болотом или серой Атлантикой, омывающей берега Дарлинг-Хауса.

— Ты когда-нибудь видел привидение на острове Офелия?

Он покачал головой.

— Насколько я помню, нет. Но я никогда не был тем, кто видит их так легко, как Дарлинги. А что? Ты видела, как мои родители танцевали на пляже?

Его слова застали меня врасплох, и я села.

— А ты?

— Нет, — усмехнулся он.

Несмотря на то, что мы сблизились, я еще не рассказала Эфраиму о своей встрече с призраком в ванной.

— Эфраим, мне кажется, Джулия последовала за мной сюда.

— Джулия Дарлинг? — его брови поднялись. — Почему ты так думаешь?

— Я видела ее. В зеркале в ванной.

— Ты сначала повернулась три раза вокруг себя и произнесла заклинание? Я слышал, что это так работает.

Я шлепнула его по руке.

— Это не шутка. Кровь была повсюду, и она все время хваталась за живот. Я думаю, она могла быть беременна.

Его брови сошлись вместе.

— Джулия умерла старой женщиной.

— Я знаю. Ты постоянно напоминаешь мне об этом. Но это то, что я видела. Что, если она пытается мне что-то сказать?

Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, его глаза были серьезными.

— Я не силен в этих делах, Уитни. Ты знаешь, что я оставляю мертвых смерти. Иначе поступать опасно.

— Я знаю. Но что я должна делать?

— Игнорировать ее.

— Это так не работает.

— Тогда иди к Соломону за шалфеем и кедром. Молись по углам. Купайся в святой воде. Но я не хочу, чтобы ты поощряла это.

— Я не просила ее приходить.

— Это не меняет того факта, что я не хочу, чтобы ты шла по какому-то паранормальному кроличьему следу. Сейчас все и так достаточно сложно. Пусть Джулия побеспокоит кого-нибудь другого. Чего, чего, а времени у нее достаточно.

— Эфраим.

— Все, Уитни. Это мой ответ. Мы заедем к Соломону на обратном пути в Дарлинг-Хаус.

Я напряглась.

— Прости, ты решил, что я спрашиваю у тебя разрешения?

Его взгляд смягчился, и он заправил прядь волос мне за ухо.

— Я не пытаюсь закрыть тебе рот. Но не могли бы мы еще немного оставить мертвых в покое?

Я хотела возразить. Объяснить ему, что эти вещи не так просты, как пучки трав и решимость не обращать на них внимания. Но по его искреннему взгляду и тому, как напряглись мышцы его шеи, я поняла, что это не та тема, которую он хотел бы обсуждать. Не сейчас.

И я поняла. Прошедшие дни были сном, эротическим, томным перерывом между обстоятельствами, которые с каждым днем становились все более запутанными и опасными. И если честно, я тоже не была готова покинуть уютное убежище, которое предлагала Офелия.

Я снова легла рядом с ним, согласившись пока оставить эту тему. До нашего возвращения в Дарлинг-Хаус оставалось еще несколько часов.

Эфраим провел пальцами по контуру моего обнаженного бедра, отвлекая меня от вопросов, которые вихрем проносились в моей голове. Я перевернулась на спину и обхватила руками его мускулистую талию, когда он переместился надо мной. Его губы нашли