Другой близнец - Рина Мирт

Когда Рик успел распечатать все эти снимки?

— Я не знала, что у Рика есть альбом с нашими фотографиями, — тихо проговорила она, откладывая тот в сторону.

— Очень на него похоже, — произнес Бен задумчиво. — Рик никогда не выставлял напоказ свои истинные чувства. Не хотел, чтобы его считали сентиментальным. За пренебрежением пряталась забота, а за строгостью — мягкость.

Мия хмыкнула.

— Ну Рика точно нельзя назвать мягким, — она посмотрела прямо на Бена. — Это больше твоё качество.

Бен посмотрел на неё с какой-то особой грустью, отчего Мие стало не по себе.

— Извини, — быстро вымолвила она.

— За что?

— Просто… ну, может, тебе не приятно то, что я сказала.

— Все скажут, что Рик был еще той занозой в заднице, в отличие от меня — пай-мальчика, — он умолк на несколько секунд. — Но только я знал его по-настоящему. И теперь…

— Что теперь?

— Не важно, — он поджал губы и отвел взгляд, чуть повернув голову.

— Говори, раз начал.

— Забудь.

— Бен? — она взяла его за подбородок и повернула к себе.

Подушечки пальцев приятно щекотала чуть прорезавшаяся щетина. Их взгляды встретились, и перед глазами Мии встала сцена из её сна. Она перевела взгляд на его губы, а затем опять на глаза и тяжело сглотнула, чувствуя, как краска ползет от щек к шее. Воздух вдруг отяжелел, и ей казалось, что она приросла к месту. Пауза слишком затянулась. Она первая отвела взгляд и убрала руку с его лица.

Внезапно раздалась трель мобильника, разрывая эту неловкую тишину, и Мия мысленно поблагодарила за это высшие силы. Она тут же переключилась на звонок.

Эдриан Прайс.

Мия сжала в руке телефон и непроизвольно стиснула челюсти, позабыв неловкости.

— Все в порядке?

— В полном, — процедила она сквозь зубы и, поднявшись, направилась в кабинет.

Бен потрудился на славу, и комната стала немного похожей на саму себя, но Мию это мало интересовало сейчас.

Сделав несколько глубоких вдохов, она подняла трубку.

— Слушаю.

— Привет, — послышался голос Прайса. — Как дела?

— Не очень. Квартиру Рика ограбили.

— О, Господи. Ты в порядке? Когда это случилось?

— В Хэллоуин. Устроили настоящий кавардак.

— Мне очень жаль, — в голосе мужчины слышалось участие, но Мия знала, что это ложь: Эдриан Прайс не позвонил бы просто так. — Я могу чем-то помочь?

— Тут уже ничем не поможешь. Я была в полиции, но они ничего не обещают. Дел и так по горло, сказали мне. Я подумываю нанять частного детектива.

— А что, много украли?

— Нет, но… — она умолкла, раздумывая, говорить ли это или нет, — украли перстень, принадлежащий отцу Рика. Военный. Он дорог нашей семье.

— Понятно, — послышалось после недолгой паузы. — Я могу посоветовать кое-кого. И, если хочешь, даже договорюсь насчет цены. Ведь такие ребята берут недешево.

— Спасибо, я подумаю над этим.

— Серьёзно, Мия, я хочу помочь. Я не представляю каково тебе сейчас заниматься еще и этим.

Она промолчала.

— Может, встретимся? — продолжал тем временем Эдриан Прайс. — Расскажешь мне всё. А я скажу, к кому лучше обратиться.

— Хорошо, — ответила она, скрипнув зубами. — Сегодня.

— Без проблем. В восемь тридцать в Nikolai's Roof в Хилтоне?

Неужели она думала, что Эдриан Прайс выберет менее пафосное место? Раз так, ей нужно прямо сейчас выезжать в кампус, чтобы привести себя в порядок и надеть подходящий наряд.

— Встретимся там.

— Окей, до встречи.

Она положила трубку, глядя на опускающиеся на город сумерки.

Пятнадцатью минутами ранее…

Он наводил порядок в комнате, служившей Рику кабинетом, где было больше всего работы. Ему всё еще было не по себе, после примерки костюма покойного брата. Точнее галлюцинации, что на короткий миг привиделась ему.

А после — неверие и боль в глазах Мии, увидевшей его в одежде Рика.

Господи, зачем он только сделал это?

Было понятно, что это причиняет ей боль. И без того они близнецы, а он еще и нацепил на себя его шмотки, пусть это и стоило ему нескольких лет жизни. Бен передернул плечами, вспоминая, как он перевел взгляд, и перед ним стоял никто иной, как Рик, а после видение исчезло, и на него смотрел вмиг побледневший он сам.

Он поставил стол и книжные шкафы. Расставил по полкам книги, правда, не в алфавитном порядке, а затем принялся разбирать бумажки, что валялись разбросанными на полу, словно осенние листья на земле, пока внимательные глаза летчика не уловили что-то сверкающее.

Зрение не обмануло его и, отодвинув лист, оказавшийся счетом за свет, в сторону, обнаружил кольцо с бриллиантом. Обручальное кольцо.

У него пересохло во рту.

«Рик хотел сделать Мие предложение».

Сердце внутри сдавило словно под двусторонним прессом, затрудняя дыхание. Сколько планов и вдруг — раз. Пух. Ничего. Ничего нет. Его глаза обожгли слезы. Чувство острой несправедливости заполнило его, заставляя тело слегка подрагивать. Непроизвольно он задержал дыхание, пытаясь подавить вопль, просившийся наружу. Ему было жутко обидно и больно. Больнее, чем в день похорон. Обидно за то, что Рик не успел сделать в этой жизни, и больно от того, что он уже никогда не сделает и не испытает.

Больно от того, что он не будет стоять рядом с братом в день свадьбы, выполняя роль его шафера. Больно от того, что не увидит улыбку счастливого новобрачного и радостно смеющуюся рядом Мию. Как много у Рика было впереди. И всё это кануло во тьму шестифутовой ямы по воле злого рока.

Камень больно впился ему в кожу ладони. Только сейчас он понял, что крепко сжал кольцо в кулаке. Бен разжал кулак, разглядывая след, что отпечатался на коже.

Он должен сказать Мие. Она должна знать. Но внутренний голос был иного мнения.

«Зачем?