Канарейка для миллионера - Рина Старкова

Греет мысль, что завтра у нас с крошкой-малышом первое УЗИ.

Незаметно проваливаюсь в сон.

В шесть утра трещит будильник, и я подскакиваю с постели. Таращу глаза в большое зеркало напротив.

Уснула в юбке и рубашке. Вся помятая.

Тук-тук, и в мою комнату врывается Степан Ефимович.

— Ты уже готова? — измеряет меня глазами. — Поехали, у нас встреча!

— В шесть утра? — недоумевающе моргаю.

— Ника, время — деньги!

Вздыхаю.

— Мне нужно ещё десять минут на сборы, — выдавливаю сквозь зубы.

— Быстрее! Водитель уже ждёт.

Дверь громко хлопает, и я падаю на кровать без сил. Наверно, я себя переоценила, когда с таким рвением желала заполучить эту должность. Степан Ефимович как босс просто невероятный дятел, долбит и долбит по мозгам.

Быстро привожу себя в порядок, накидываю пиджак и выдвигаюсь.

В машине царит тишина. Личный водитель везёт нас в неизвестном мне направлении.

— С кем хоть встреча? — разрываю тишину.

Волков бросает на меня искромётный взгляд:

— Ника, ты что, забыла?

— О чём?

— Встреча по поводу проекта, над которым ты вчера весь день работала! Я же сказал тебе взять с собой флешку с презентацией и две копии документов.

— Что? — закрываю глаза. — Когда ты это сказал?

— Вероника, это не смешно! — в глазах босса полыхает адское пламя.

Ой-ёй. В голове всплывает наш разговор, когда мы собирались ехать домой. Степан Ефимович что-то быстро тараторил, а я была настолько замучена первым рабочим днём, что могла только кивать головой и лепетать "хорошо, я всё сделаю".

Сделала блин.

Молодец, Канарейкина!

— Степа, я… — начинаю оправдываться, но босс тормозит мою пламенную речь жестом.

— Вероника Алексеевна, мы с вами не сработаемся, если вы будете допускать такие оплошности, — обливает ледяным голосом, словно из шланга.

— Простите, такого больше не повторится, — виновато опускаю взгляд и свожу колени до боли.

Вот же влипла.

Волков приказывает водителю сначала заехать в офис, и уже потом на деловую встречу.

Меня он с собой не берёт. Оставляет ждать в машине. Это наказание такое за то, что была недостаточно внимательна. Нужно собраться с силами, и больше действительно не допускать таких ошибок.

Когда Степан Ефимович возвращается, я приветливо улыбаюсь.

— Где мой кофе? — выразительно поднимает бровь и смотрит на меня в упор.

— Кофе?

— Ника, после важных встреч, я всегда пью кофе!

— Я не знала, ты мне об этом не сказал, — упрямо вскидываю подбородок.

— Послушай, девочка, — Волков устало трёт переносицу. — Дома мы общаемся на "ты", а сейчас, пожалуйста, соблюдай профессиональный этикет.

.

После обеда я стучусь в его кабинет, и уже не знаю, чего ожидать.

— Степан Ефимович, можно?

— Да, Ника. Ты оплатила мои счета?

— Оплатила, — я скалю зубы в улыбке.

Раньше счетами занималась Оксана, но теперь, почему-то, должна я.

— Что-то хотела? — Степан Ефимович отрывает взгляд от ноутбука и буравит им меня.

— Хотела отпроситься с работы на полтора часа, — складываю руки под грудью.

— Куда?

— Это личное.

Не скажу же я ему, что поеду на УЗИ.

— Вероника, послушай, у нас с тобой не должно быть секретов. Мы заключили договор, согласно которому ты должна всегда быть рядом со мной.

— Договор у меня с хорошим и добрым Стёпой, который водит меня за руку смотреть на оленей и гладит мои волосы после секса, — выпаливаю я. — А с вами, господин Волков, у меня рабочие отношения.

Мужчина удивлённо качает головой.

— Уже вызвала водителя? — сухо спрашивает он.

— Водитель уже тут, ждёт меня, — держу оборону.

— Охрану с собой, и езжай. Дома расскажешь, где была.

Киваю и выхожу из кабинета. На ходу придумаю историю, что была у матери и как славно мы посидели. После новогодних праздников я с ней до сих пор не виделась, и Степан Ефимович поверит. А для правдоподобности попрошу водителя отвезти меня к дому мамы, там пересяду на такси.

Так и делаю. Уже через двадцать минут я стою у кабинета УЗИ — диагностики.

_44_

— На четырнадцать часов кто? — женщина выглядывает из кабинета и окидывает глазами коридор.

— Я, — пикаю в ответ, крепче сжимая в руках сумочку.

— Проходи.

В кабинете приглушён свет.

— Раздевайся, ложись на кушетку, — командный голос звучит так, что я молча повинуюсь.

Женщина в белом халатике хмурит брови и садится за монитор компьютера, что-то нажимает.

Я слежу за каждым её движением.

Сердце замирает в груди. Сейчас я увижу крошку-малыша, и от предвкушения в горле пересыхает. Даже дышать на мгновение становится сложно. От волнения потеют ладошки, и я не знаю куда деть руки, кладу их на грудь. Прикусываю губу. Слежу за мигающей кнопкой на потолке. Медленно моргаю. Выдыхаю.

— У гинеколога была? — дежурно спрашивает женщина, даже не смотрит в мою сторону.

— Ещё нет.

— Милочка, а что же ты на УЗИ припёрлась?

Я открываю рот, чтобы ответить, но тушуюсь.

И правда, почему я сразу записалась на УЗИ? Сначала же нужно было к врачу на осмотр.

— Ладно, расслабляйся, будем смотреть.

Закрываю глаза. Женщина проводит манипуляции с прибором, повисает тишина.

— Беременность есть, в матке, — слышу повеселевший голос, и резко дёргаюсь, чтобы посмотреть на экран монитора.

— Сейчас, — женщина выводит изображение на телевизор прямо передо мной. — Гляди какой славный эмбриончик.

Хмурюсь, пытаясь приглядеться. Минуты две я не понимаю, что вижу. Чёрно-белые полосы, размытые и непонятные.

Женщина начинает проводить замеры, и только сейчас моя душа радостно трепещет. Вижу! Я вижу своего будущего малыша! Смотрю влюблёнными глазами, не могу оторваться. Замерла, даже дышать перестала.

— По срокам 5–6 недель. Рановато ты пришла на УЗИ, милочка.

Звук голоса сменяется ритмичными быстрыми ударами.

— Слушай, как сердечко бьётся у твоего крохи, — шёпотом.

— Почему так быстро? — взволнованно моргаю.

— Здрасьте приехали! Так и должно быть.

Глаза наполняются влагой. Я медленно опускаю ресницы, и потоки слёз обжигают щёки.

— Я так рада, — говорю себе под нос.

— Можешь одеваться, будущая мама! Поздравляю!

На работу возвращаюсь в приподнятом настроении. Быстро расправляюсь с заданиями, которые босс поручил мне ещё с утра и топаю в его кабинет.

Мысль о том, что Степан Ефимович будет отцом, не даёт мне покоя. Наверно, всё же стоит ему признаться.

Вспоминаю, с каким трепетом и нежностью он помогал незнакомой девочке покормить и погладить оленей, и умиляюсь. Да, я расскажу. Мне как раз дали снимки с УЗИ. И пусть там ничего непонятно, всё же он должен это увидеть.

Маленькое чудо, меньше сантиметра.

Наше с ним чудо.

— Вероника, Степана Ефимовича нет в кабинете, — тормозит меня зеленоглазая Оксана.

— А где он?

— Уехал.