Мистер Солнечный Свет. Вторая часть - Ким Ынсук

– Давно не виделись.

Вернувшись в свою комнату, Юджин увидел Эщин и замер. Он ничего не ответил, лишь поспешил закрыть дверь. Девушка стояла в тусклом свете луны на террасе. Их взгляды встретились, и некоторое время никто не смел произнести ни слова.

– Думала, ты будешь рад меня видеть, – грустно произнесла Эщин.

– Ты солгала мне. Сказала, что дашь о себе знать, но явилась лишь спустя полгода.

Мужчине казалось, что его сердце разорвется на части. Он уже перестал надеяться когда-либо увидеть Эщин. Он безумно скучал по ней.

– Поэтому я здесь. Мой учитель занимает высокое положение, а слухи быстро распространяются. Слышала, ты возвращаешься в Америку.

Единственный человек, которого он не хотел отпускать из своей жизни, теперь стал человеком, с которым он предпочел бы не встречаться. Юджин прикусил нижнюю губу. Он устал от бесконечных прощаний.

– Так ты пришла снова попрощаться?

– Я поеду с тобой. Возьми меня с собой в Америку.

Юджин удивленно посмотрел на девушку.

– Прошу тебя.

– А если я откажусь?

– Я знаю, что не откажешься.

– Ты снова собираешься меня использовать и даже не скрываешь этого, – удрученно сказал он и с неприязнью посмотрел на Эщин.

Ее, казалось, нисколько не смутили эти слова, она продолжала спокойно смотреть на Юджина.

– Вместо того, чтобы просить меня, ты могла бы признаться в любви. Скажи, что любишь меня и хочешь быть рядом. Тогда я поверю в эту сладкую ложь и рискну всем, что имею.

Услышав это, Эщин часто заморгала, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Его искренность была бескрайней, словно море, и болью отзывалась в ее груди. Она просила Юджина взять ее с собой, но не собиралась оставаться с ним, хотя знала о его чувствах.

– Куда же ты собираешься отправиться после того, как используешь меня?

Эщин всхлипнула, больше не в силах сдерживать слезы.

– В Японию.

– Как же ты обидела меня…

Их отношения постигла печальная судьба, и каждая встреча приносила обоим боль. Горячие слезы стекали по щекам Эщин, оттого что она ранила Юджина, который в этот момент вдруг подумал, что между ними не все кончено, нет, ему предстоит снова опалиться ее пламенем, шагнуть в неизвестность, испытать судьбу.

В комнате раздался звонок, который предупреждал об опасности. Скорее всего, Такаси был где-то рядом. Полковник все это время пытался выследить Эщин, которая, по его расчетам, рано или поздно должна навестить Юджина.

– Прикрой меня. И не переживай обо мне.

Эщин торопливо надела шляпу, выскочила на террасу и перескочила на соседнюю. Открыла дверь и вошла в триста третий номер. Хисон только что принял душ и вытирал полотенцем мокрые волосы. Он испугался, когда дверь на террасу открылась.

– Решила заглянуть к тебе. Ты ведь просил.

Такую Эщин он видел только однажды, в храме.

– Меня ищут японские солдаты.

– Так ты здесь, чтобы укрыться!

Эщин кивнула с сожалением, и Хисон горько рассмеялся. В этот момент в дверь требовательно постучали, и оба обменялись испуганными взглядами.

– Что такое? – Хисон приоткрыл дверь с томным выражением лица.

– Чосонский повстанец пробрался в гостевой дом, поэтому мы обыскиваем все комнаты, – ответил стоявший в коридоре запыхавшийся японский солдат.

Он хотел было войти, но через плечо Хисона увидел женщину на кровати – в халате и с распущенными волосами. Хисон проследил за его взглядом.

– Что ты делаешь? Рассматриваешь мою женщину? Как твое имя и из какого ты подразделения?

Его возмущение было настолько искренним, что солдат занервничал и, извинившись, отступил обратно в коридор.

Хисон поспешил закрыть дверь, а затем направился к шкафу. Он хотел дать кое-что Эщин, чтобы она смогла уйти незамеченной. Девушка сняла халат, который надела поверх костюма, и заправила волосы под шляпу.

– Надень это. Не знаю, поможет ли, но я ждал дня, когда он пригодится.

Хисон протянул ей новый костюм. После того как помолвка была расторгнута, он пошил в ателье костюм такого же размера, который постоянно заказывала якобы для него Эщин. Это было единственное, что он мог дать дорогой его сердцу девушке, выбравшей путь борьбы.

– Благодарю.

Эщин приняла костюм.

Такаси направился прямиком в комнату Юджина. Внизу он услышал, как официант говорил, будто видел кого-то в черном на его террасе. Полковник ворвался в номер, так как был убежден, что здесь прячется Эщин.

– В чем дело? – спросил возмущенный Юджин.

– Пришел попрощаться. Сегодня я возвращаюсь в Японию. Думаю, что, когда вернусь, тебя тут уже не будет.

– Слышал, что ты вернешься из Японии командиром.

Такаси внимательно осмотрел комнату.

– Значит, между нами теперь будет слишком глубокая пропасть.

– Разве ты не с обыском сюда пришел? Давай, не стесняйся, – Юджин кивнул на платяной шкаф.

Такаси был смущен и зол, оттого что ошибся.

– Вернуться домой в такое время – большая удача. Америка спасла тебя, поэтому живи как американец, Юджин. Будь верным американским солдатом.

– Пожалуй, я обойдусь без твоих советов, а ты сам решай, продолжать поиски или нет.

– Интересно, что это за ящик.

Такаси указал ногой на деревянную коробку, которая выглядывала из-под кровати. Он подцепил крышку ногой и увидел флаг, подаренный Юджину императором.

– Американская шкатулка найдена у чосонской девки, а у американца под кроватью оказался чосонский флаг, – сказал Такаси, презрительно глядя на Юджина. – Когда я вернусь, то знаешь, что сделаю в первую очередь? Я найду ее.

– Вот как?

Такаси явно пытался напугать Юджина, но вызывал в нем только чувство отвращения и гнев. Он не позволит упасть ни одному волоску с головы Эщин. Американец с презрением смотрел на японца.

– Не смотри на меня так, Юджин. Ты ведь тоже веришь в империализм. Вы воевали с Испанией и взяли под контроль Филиппины, а Япония лишь хочет победить Россию и забрать Чосон как довесок. Конечно, действия развитых стран не по нраву отсталым. Люди из таких стран, особенно молодые девушки, которые когда-то были дворянками, пострадают больше всего. И телом, и душой.

Глаза Юджина покраснели от гнева, который он еле сдерживал. Он готов был убить Такаси прямо здесь. Японец провоцировал его.

– Если хочешь убить меня, то сейчас у тебя есть последний шанс.

– Не думаю, что последний, но возможность хорошая.