Капо Ди Белл - Анна Котляревская

Не ожидал, что они… поддержут, что ли.

– Светлая вряд ли, – вздыхаю. – Но… он был хорошим мужиком, да.

Морщина пролегает на моём лбу и я чувствую, как Рик хлопает меня по плечу. Парни тоже пьют и я допиваю свой стакан вместе с ними. Пожалуй, я не прочь нахуяриться. За Адриано даже не стыдно. Я бы за него многое отдал, как и он за меня. За всю мою семью. За нашу мафию…

Мои мысли перебивает входящий вызов. Я достаю телефон из кармана и… ощущаю острый приступ злости – это отец. Марк Кано соизволил позвонить. Схуяли? Что, пап, хуёво на душе? Да пошел ты в жопу!

Наверное, у меня всё на лице было написано, когда я скинул вызов и залился очередным большим глотком. Тони сегодня пиздец выручает в качестве бармена.

– Кто это? – поинтересовался брат Джесс.

– Отец, – фыркнул.

– Может стоило принять? – ну вот, Нейтан опять начинает раздражать.

Отставляю стакан на подлокотник плетёного кресла и поджигаю сигарету. Лишь затянувшись я способен выдавить чистосердечное:

– Если мы поговорим, то я разъебу здесь всё, уж поверьте.

Тони хмыкает.

– Друг, думаешь мы позволим?

Я ухмыляюсь, выдыхая дым.

– Майк, ты не один, – серьёзно добавляет Рик.

У меня дым задерживается в лёгких после очередной затяжки. И я вдруг понимаю, что в этом «мы не позволим» гораздо большее заложено. Я не один. Не знаю почему это так сильно меня цепляет, ведь я… вроде как никогда один и не был. Моя мафия всегда была под рукой. Я никогда не нуждался в… да что это вообще? В друзьях, получается. Тогда почему…

– Это искренне, – подтверждает Тони.

И, наверное, в этой фразе и скрыт ответ. Когда ты часть мафии… ты живёшь с чувством долга. Именно он толкает тебя защищать людей, окружающих тебя. Но у этих парней нет никакого долга передо мной, да? Это, получается, искренне… что-то такое.

Я делаю глоток поменьше и отвечаю честно:

– Я не силён в этом всём… – прокашливаюсь, потому что голос почему-то садится. – Но спасибо, да.

– Это несложно, – улыбается добродушно Рик. – Дружить – не значит любить безусловно, – пытается объяснить он. – Порой ты можешь и беситься, и быть несогласным, даже негодующим по отношению к этим кретинам, – парень смеётся. – Но ты никогда их не подставишь и не бросишь, потому что это твои кретины. Ты сам их выбрал.

– Чувак, в смысле не безусловная любовь? – разразился хохотом Тони. – Щас вот очень обидно было…

– Ну, ты понял о чём я, да? – ухмыляется Рик, намекая на шуточки своего друга. – Не всегда легко… Но вместе всё же легче. Вот об этом дружба.

Я переключаю взгляд с костра на парней. И, кажется, понимаю. Наверное, это даже достойно уважения.

– Понял, – кидаю окурок в костёр. – Круто, что у вас так, – и это даже искренне.

– Бро, у нас, что ты заладил… – нахмурился Тони.

– Ну да, – внутри всё как-то сжимается в щекотливых спазмах…

Что это? Смущение?

– Может не в тему, но раз уж мы о дружбе и всём таком, – прокашливается Нейтан. – Майк, я надеюсь всё в порядке?

Я поднимаю на него вопросительный взгляд.

– Я о поцелуе с Джессикой, – осторожно уточняет парень. – Просто хотел сказать, что никогда и не думал ни о чём подобном с ней. Она мне как сестра.

Сверлю его недобрым взглядом.

– Тогда можно было и отсосаться не через грёбанные пять секунд!

Не стоило, но образ этой целующейся «парочки» влетел в башку…

– У-ууу! – захохотал Тони. – Да кто-то у нас тут рееевну-уует…!

Блять. Кидаю наигранно раздраженный взгляд на блондина. Только после его слов понимаю насколько это и вправду абсурдно.

– Прости, это было слишком неожиданно, – объяснил Нейтан. И какая-то в кои-то веки здравая часть меня принимает этот ответ.

– Окей, проехали, – киваю я.

Кажется, Нейтан даже выдохнул. Мы с парнями сделали еще несколько глотков, прежде чем на улицу вышли девушки.

Джессика укуталась в лёгкий плед и со скромной улыбкой подошла ко мне. Наши пальцы тут же сплелись и я потянул малышку к себе на колени. Она умостилась, и я провёл носом ей за ушком. Девушка засмущалась, но позволила себе обнять мою шею и прижаться ближе. Нахуяриться резко перехотелось. По крайней мере ромом. Мне бы Джессикой Ди Белл нахуяриться и впасть в кому. Может тогда всё попроще будет…

– О чём болтаете? – поинтересовалась Кэлли, которая тоже уселась на руки к своему парню.

– Да так, Рик объясняет Майку, что такое дружба, – улыбается Нейтан и я благодарен ему, что за Адриано он тактично умолчал.

Малышка Ди Белл хихикает и мне хочется заткнуть её поцелуем. Да, не во всём я хорош. Учусь…

– И как успехи? – спрашивают сладкие губы.

– Я всегда был двоечником, – закатываю глаза.

Девушка снова хихикает и целует меня в колючую щеку.

– Да ладно, Майк прибедняется, – не соглашается её брат. – Первый урок усвоен с отличием.

Я ничего не отвечаю, украдкой засовывая руки к Джессике под плед. На её щеках появляется лёгкий румянец и я взглядом буквально съедаю его.

– Какие планы на завтра? Чем займёмся? – меняет тему разговора Эшли.

– Кстати, об этом, – с азартом включается Тони. – Может завтра посёрфим, волны обещают! Или на водных скутерах погоняем? Я могу договориться о прокате на завтра.

– Я плохо плаваю, поэтому голосую за скутеры, на них хотя бы в жилетах можно, – отвечает Ариана.

– Да, я тоже больше на скутерах хочу, – поддерживает её Эшли.

– И я, у меня и водитель уже есть! – смеётся Кэлли, игриво подмигивая своему парню.

– Я бы не против посёрфить, но Ари правда заскучает сидя на берегу, – присоединяется Нейтан. – Поэтому давайте всё же скутеры. Парни, надо будет завтра на машинах их забрать. Ок?

– Без проблем, – отвечает Рик.

Я не сильно вникаю в разговор, потому что сосредоточен на мягкой и тёплой коже Ди Белл под пледом.

– Если хочешь, то мы останемся дома, – тихо шепчет малышка мне на ухо.

Она слишком сильно за меня обеспокоена. Не хочу, чтобы волновалась. Да и… мне надо прийти в себя. Чем скорее, тем лучше. Нытьё – это не моё.

– Окей. Тони, скажешь на сколько договоришься, – обращаюсь к блондину.

А после перевожу взгляд на свою малышку и с мягкой улыбкой заверяю:

– Всё хорошо, Ди Белл. Не беспокойся, договорились?

Она вздыхает, но тут же улыбается в ответ. Я коротко целую её в губы и говорю, что мне нужно отойти на минутку. Усаживаю девушку в кресло, не позволяя её ногам ступить на землю. Ей неловко от такой заботы, тем более,