Билет на балет - Жанна Лебедева

– Идочка, моя дорогая, самая лучшая, поймите меня и простите. Я остаюсь, никуда больше не хочу и не могу ехать. Вы отправляйтесь с группой в Боливию, а по дороге назад, в Куско, заедете за мной. Ведь это возможно? Правда? – торопясь, очень быстро говорила балерина. Её глаза страстно горели, она была сама не своя. Как в жару вся пылала и горела. – Ида, соглашайтесь. Позвольте мне здесь остаться хоть на недельку. Обещаю, я не пропаду, всё со мною будет в порядке. Вы же знаете, я понимаю по-испански и могу договориться. Мы обязательно созвонимся, и я приеду куда следует. Не волнуйтесь за меня, ведь я столько раз путешествовала одна. У меня такой опыт!

Растерявшаяся литовка не знала, что ответить и как себя вести в такой ситуации. Прежде ей никогда не доводилось решать подобную задачу. С одной стороны, она несла ответственность за членов группы, но с другой стороны – не могла противиться осознанному желанию взрослого человека.

– Полина, в своём ли вы уме? – учительски-командным тоном начала Ида. – Где и с кем вы желаете остаться? Вы совсем не знаете этих людей. Куда вы с ними пойдёте, где остановитесь? Это так небезопасно!

– Да, вы совершенно правы – небезопасно. Не могу объяснить это словами, но я чувствую и знаю, что просто обязана здесь остаться. Этот мужчина не даст меня в обиду. Он такой, такой…

– Какой?

– Совсем не такой как все. Он сильный, благородный. Такой человек не может обидеть!

– С чего вы так решили? Он испанец.

– Нет, – перебила её Полина. – Он перуанец и совсем не такой, как все остальные. Он не даст меня в обиду.

– Полина, да, очнитесь вы наконец! Он такой же, как и все остальные местные мужчины, он вам что угодно предложит, заговорит, только бы получить своё. Не доверяйте, не слушайте этих пустых слов! Поверьте мне, Полина, – пыталась переубедить её опытная гид.

На секунду балерина задумалась и зависла в своих мыслях. Она словно пришла в себя и серьёзно размышляла. Затем посмотрела вокруг и спокойно сказала:

– Обратите внимание, оглядитесь, это место такое удивительное. В нём скрыта какая-то прелесть, тайна. Позвольте мне её познать. Всю полностью, без остатка. Я ведь себе потом никогда этого не прощу. Если не останусь!

Переубедить завороженную и целеустремлённую женщину не было никаких возможностей. Ида поняла, что у неё нет ни аргументов, ни сил заставить эту участницу группы продолжать путешествие вместе.

– Полина, вы хоть понимаете, как сильно рискуете? Вы отдаёте себе отчёт в своих действиях?

– Да. Я в полном уме и памяти. Дайте мне лист бумаги. У вас есть при себе?

Ида присела на скамейку, порылась в своём рюкзаке и достала из него маленький блокнот, который прихватила с собой ещё из гостиницы в Лиме. Словно предчувствовала, что пригодится. Дрожащими руками протянула его Полине.

– Ручка у вас есть?

– Нет, лишь карандаш, – совсем холодно ответила Ида. Порылась в кармашке и достала совсем крошечный карандашик.

Полина, как всегда с идеально прямой спиной, присела на край скамейки и быстро написала:

«Я, Полина Бельская, находясь в полном уме и сознании, заявляю, что временно прекращаю своё путешествие в группе гида Иды и на неделю остаюсь в городе Мака, Перу.

Прекрасно понимаю и осознаю всю опасность своего решения и полностью беру ответственность за него на себя. Ида предприняла все попытки переубедить меня, но я остаюсь здесь.

Обещаю присоединиться к группе в г. Куско и вернуться в Европу вместе с группой.»

Полина театрально подписалась под текстом и протянула блокнот уже почти бывшему руководителю.

Ида глубоко вздохнула и по-матерински напутственно сказала:

– Берегите себя, Полина, будьте осторожны.

Девушка от радости была на седьмом небе. Она свободна и может уйти в никуда! Быстро забежала в автобусик, схватила свой походный, приготовленный для Боливии рюкзак, помахала рукой остолбеневшим от удивления бывшим соратникам и выбежала на площадь.

Представление уже закончилось и, не снимая своих костюмов, уличные артисты спокойно дожидались её. «Как хорошо шифруются, – отметила про себя Поля. – Настоящие профессионалы. Остаются в образе до последнего момента. Почти как я». Спокойная и улыбающаяся подошла к артисту в маске Солнца и по-испански сказала:

– Идёмте. Я готова. Меня зовут Полина. Поля.

– Поля. Что значит это имя?

– Такая, как солнце, – улыбаясь представилась и спросила: – А вас как зовут?

– Хуан.

Он взял её за руку и впереди своей странной компании, повёл в сторону горных джунглей. По городку шли медленно и молча. Человек – Солнце мягко и в то же время уверенно держал её ладонь. От его руки и всего тела исходило странное тепло. Артист был словно в жару, и при этом Полина совсем не могла уловить его специфического мужского запаха. С каждым шагом она волновалась всё больше. Дороги назад уже не было, и балерина стойкой поступью шагала в неизвестность.

Когда вся процессия вышла за пределы городка, никто из артистов так и не снял маски. Полина остановилась, осмотрела всех и обратилась к ним простым предложением:

– А почему вы с масками?

– Нам нельзя показывать своих лиц, – таинственно ответил он и добавил: – Никто не должен нас узнать. Никогда.

– Даже я?

– Ты увидишь. Ты всё увидишь, – и, переведя разговор на другую тему, он начал задавать вопросы. Кто она, откуда приехала, что здесь делает?

Рассказывать о себе на языке, которым едва владеешь, – это вызов, даже почти подвиг. На ломаном испанском, с трудом подбирая слова, она объяснялась о своей жизни, своём деле, о том, как и что она танцует, только по-другому. Показывала руками как делается port de bras, как арабески и, уходя дальше в лес, всё больше удалялась от себя и своей прошлой жизни.

Лишь уйдя далеко в джунгли, Хуан командным тоном дал приказ, и все сняли маски. От внезапно открывшегося вида Полина была крайне ошарашена. Она остолбенела. Холодный пот