Одна в толпе - Марта Крон

— «Ложь и провокация!» — в миг стала краснющей, как советская помада бабки Вали из нашего посёлка.

— «Мне нужны твои губы, гном. После пары буду ждать в столовой.»

Почувствовав дискомфорт, повернула голову и натолкнулась на тяжёлый взгляд Ваньки, уничтожающий мой телефон.

Гордо проигнорировав упрекающий посыл, послала Астахову целующий смайл и убрала мобильный в карман. За стеклом уже виднелось здание университета и я уповала на приближающееся облегчение.

Как только Михаил припарковался, я уже сгорала от нетерпения унести ноги от напряжённой обстановки и снова почувствовать упрямые губы Лёни на своих.

Но побег не удался, после слов благодарности, Михаил тормознул меня за руку:

— Уделишь пару минут? — и переведя на Ваньку отталкивающий взгляд, добавил. — Наедине.

— Нет. — резко возразил Оконцев.

— Просто разговор, Алис. — настаивал водитель.

Растерянно вздохнув, потрепала друга по плечу и включив в себе все убеждающие сигналы, послала ему незаметно от Михаила.

— Я прямо за дверью. — сдался Ванька, когда от выпучивания у меня уже начали в глазах лопаться сосуды.

— О чём разговор? — спросила я, когда хлопнула дверь.

— О Леониде. — ответил парень, сосредоточив на мне пристальный взгляд.

— Ты нашла с ним общий язык. — мягко начал Михаил. — Как ты заметила, у них с отцом крупные разногласия.

Осторожно кивнула, подозревая запретную тему.

— Владимир Геннадьевич желает сыну только лучшего и старается найти подход к нему любым способом. Всё перепробовал. — в глазах парня заискрилось непринятие положения таких вещей и я невольно ляпнула:

— И вы решили использовать меня?

— Я бы выразился не этим словом. — отрицательно покачал головой. — Мы решили попросить тебя о помощи.

— Даже, если бы я захотела… Он взрослый человек и только ему принимать решения.

— Всё верно, но прислушается на данный момент он только к тебе. — устремил на меня проникновенный взгляд. — Сама оцени перспективы их воссоединения: в семье наступит мир, Леонид встанет в будущем во главе компании, а это — грандиозный опыт и влияние, обеспеченность и доступ к тому, что сейчас он получить не может.

Сжалась от нарастающего давления.

Причём здесь я?

— Его семья… жена и дети… ни в чём не будут нуждаться. — бросил мне на засыпку, чтобы обескуражить ещё сильнее.

— Звучит красиво, но я всё равно не понимаю, что от меня требуется… — стала отползать к двери.

— Ты дорожишь им? — умышленно подцепил на крючок в последнюю секунду.

— Да. — не раздумывая.

— Представь, что твоего отца вдруг не станет и всю оставшуюся жизнь ты проведёшь без него. — усилил напор Михаил, предполагая моё слабое место.

— Не хочу. — сказала наотрез.

— Представь, что перед этим вы поссорились, но, когда у тебя был шанс помириться, ты предпочла гордыню вместо здравого выхода из ситуации. — не смотря на мой отказ, продолжил мужчина. — Сможешь простить себе это?

Замолчала, переваривая информацию. Мозг и сердце ускорили свою деятельность, выдавая мне удушающие мысли и эмоции.

— Что-то с его отцом? — сделала вывод.

— Да, болен. — кивнул Михаил, всматриваясь в моё побледневшее лицо. — Через полгода предстоит операция, от которой зависит дальнейшая судьба. Врачи не дают никакой гарантии.

От напряжения мне свело наморщенный лоб и я протяжно выдохнула.

Не скажу, что я пылаю нежными чувствами к Астахову-старшему и эта новость меня поразила в самое сердце. Нет. Но стоит отдать Михаилу должное, эту ситуацию я приняла на себя и испытала действительно уничтожающие всё нутро чувства.

И Лёне этого я искренне не желаю.

Что бы между отцом и сыном не происходило, уже достаточно узнав Астахова, я точно поняла, что ему с трудом удаётся закрывать в себе боль от пережитого. А окончательная потеря родителя не пройдёт бесследно и непременно его добьёт.

Гордость здесь неуместна и нужно хотя бы попробовать успеть наладить отношения.

— Я могу лишь посоветовать ему, Михаил. — сказала чистейшую правду. — Решение всё равно за ним.

— Ты и этим окажешь нам неоценимую поддержку. — не скрыл облегчения в голосе водитель и мне захотелось уточнить.

— Не похоже, что ты просто выполняешь свою работу…

— Ты права. Владимир Геннадьевич в своё время щедро помог средствами, чтобы поставить моего старшего брата на ноги после аварии. — парень тепло улыбнулся и в его взгляде промелькнуло неподдельное уважение. — Он был водителем у шефа. Поначалу я просто заменял брата, затем прижился с концами. — на миг забывшись, хрипло рассмеялся. — А брательник женился и нарожал спиногрызов. Вот теперь и отдуваюсь… — и наткнувшись на мою заинтересованность, с чувством произнёс. — Владимир Геннадьевич — хороший человек, Алис. Его часто заносит, но сына он любит…

— Я поговорю с Лёней, но сами понимаете… я никто и звать меня никак.

— Ошибаешься. — усмехнулся мужчина, кидая короткий взгляд за мою спину в окно. — Иди. А то Цербер нехорошо на мои шины смотрит.

Взглянув на угрюмого Ваньку на улице, тихо рассмеялась и потянулась к ручке двери, но обернулась, услышав неожиданное:

— Повезло Леониду. Ты — бриллиант без огранки.

Не придумав ничего умнее, чем промычать: «Спасибо.», вышла на воздух и глубоко вздохнула.

Творятся странные вещи.

Тайны, интриги, расследования.

Кто-то сверху поместил меня в центр событий и ждёт дальнейшего развития, а я стою в толпе людей и не понимаю почему я.

Ну да ладно, будем действовать по наитию.

Пока мои мысли занимает исключительно Астахов, не замечаю, как несусь вприпрыжку в крыло, где как раз обитает его персона. Спасает меня от прогула пары только верный Ванька, когда ловит за локоть и меняет направление к моей аудитории.

— Сдурела девка! — рявкнул он напоследок, перед тем, как убежать в свой кабинет, а я, почесав затылок, подумала, что если это так заметно, то как я объясню родителей, что если дочь влюбилась в «гея», то это ещё не конец света…