Мила (не) милая - Анна Баскова

Выдерживаю короткую паузу, равнодушно пожимаю плечами.

— Пройдем ко мне в кабинет.

— Лучше за дальний столик, — Катька мотнула головой, — в кабинете через замочную скважину могут подслушать.

Ниночка возмущенно фыркнула.

— Очень нужно. — обиженно пробасил бариста Славик.

Что-то мне подсказало: подслушивать будут. Слишком тон фамильярный у сотрудников. Расслабились.

— Нина, ближе к вечеру, проведем тренинг на тему субординации. — строго глянув на сладкую парочку, отправляюсь в конец зала, Катька следом за мной.

— Уютно у тебя, — усевшись в кресло, незваная визитерша наконец удостоила вниманием интерьер.

Я молча киваю, усаживаясь напротив.

Мне не терпится, когда уже плач Ярославны начнется, например: Катя смахнет слезу(ей можно, благо ресницы наращенные), поведает что нибудь душещипательное. Про Ваньку.

— Речь пойдет о наших общих знакомых. — полушепотом начинает Катька.

Кто б сомневался, — мелькает у меня, на губы скептическая улыбка наползает….

Катя Ерохина ухмыльнулась мне в ответ, посмотрела в упор.

— Тебя сегодня подставят. Не знаю каким образом и в каких кофейнях намечена подстава. Говорили о двух, каких именно не расслышала. Задействованы специалисты и телевизионщики, цель — натравить Роспотреб, добиться закрытия на девяносто дней, а так же порвать в клочья репутацию заведений. Это первое, второе — девчонка неудачно выбравшая папашу для своих детей.

Катька поморщилась.

— Фирму на племянничка Платон открыл два месяца назад. Через расчетный счет, прошли серьезные деньги. Номинально — это доход Владимира, по факту — сама понимаешь чей. Короче, до Платона, только вчера поздно вечером дошло, что он попадет на приличную сумму, если Вове назначат алименты. Зайчонок старший поднял все связи, детей у девчонки изымут. В связи с неоднократными сигналами неравнодушных граждан.

Улыбаться я давно прекратила. Слушала потрясенно. В голове услышанное не укладывалось.

— На каком основании изымут? Да они и не знают, где Лерка, — глядя Катьке в глаза, бормочу неуверенно.

— Основание для изъятия у матери одиночки, найти не проблема. Адрес, эта наивная дурочка, сама Вовиной маме сказала. Та позвонила, спела песню, как мечтает познакомиться с внучками, так что, — Катька посмотрела на часы, — скорей всего, на Красноказарменную уже выехали…..

***

— Спасибо. — бросаю Катьке, вскакиваю с кресла, бегу к стойке. Там, на столешнице, телефоны оставила.

Кофейни мои… Каждая — детище… С такой любовью я вас создавала…

Скулю про себя.

Хватаю трубку, захожу в контакты, ищу Лерку… Пальцы подрагивают. Нашла! Нажимаю на вызов.

Аппарат абонента выключен или… Сбрасываю. Звоню на домашний, гудки проходят, трубку никто не берет. Черт!

Открываю приложение, заказываю такси. Боковым зрением вижу: Катя сняла пальто с вешалки, идет ко мне.

— Надеюсь ты понимаешь, мне бы не хотелось, чтобы до Платона дошло, кто именно слил инфу о его планах. — говорит уже не снижая голоса, уши моих сотрудников почему-то больше ее не волнуют.

Я то не сомневаюсь, что они весь наш разговор подслушали…

"По указанному вами адресу, выехал автомобиль форд белого цвета, госномер триста пятьдесят три — те, ожидайте в течении семи минут"- сообщает оператор.

— Нина! Мне нужно отъехать. К началу конкурса, скорее всего не вернусь! Не подведите. Пожалуйста.

Несусь в кабинет за сумочкой, хватаю и прямой наводкой к выходу. Оказавшись на улице, набираю Андрею Коромыслову. Тот к счастью доступен и вызов принимает быстро.

— Андрей! Ты можешь подъехать на Красноказарменную? Срочно! У Лерки хотят изъять детей!

— Да. Через десять минут выеду. Я на Таганке, доеду быстро. — без лишних вопросов ответил Людочкин муж.

Я глубоко вздохнула. И только заметила, что Катька рядом стоит. Пальто надевает. На этот раз дверью не грохала, даже не слышала как она из заведения вышла.

Посмотрела на нее в упор.

— Бред… Какой смысл изымать детей? — почти выкрикиваю. Я не юрист, но понятно же: Вова Зайчонок двойняшкам никто, пока отцовство не установлено, да и не нужны они ему…. Для чего отнимать у матери?

— Как минимум на месяц их поместят в медучреждение на обследование. Если за это время, мамаша опровергнет обвинения в недобросовестном исполнении родительских обязанностей, ограничить в правах её не смогут. Детей вернут. За месяц, компанию оформленную на Вову успеют обанкротить. — хмыкает Катька, склоняется к моему уху.

— Странная ты. У тебя бизнес на грани разрушения, а ты о детях чьих-то переживаешь.

И я странная… Сама не знаю, что сподвигло придти к тебе… Желание напакостить бывшему маминому любовнику? Обида за то, что с обещанной должностью, он как выяснилось собирался меня прокатить? Или тоже сочувствием к наивной дурочке прониклась? Видимо да, в тот момент, когда Зайчонок младший на диарею начал исходить от возмущения: за каким чертом, эту дурочку, Мила заселила в квартиру своей сестры!

Катя распрямилась, достала из сумочки брелок. Серебристая вольво послушно мигнула фарами.

— Тошнит от всего! Знаешь, все думают, я в Америке жила. Типа замуж за американца вышла! А я, в Питере торчала, за полоумной старухой ухаживала. За дальней родственницей. Чтобы машину соответствующую имиджу успешной женщины купить!

Не попрощавшись, Катька быстро пошла к автомобилю.

— Благодарю! — запоздало крикнула я ей вслед.

Вольво рывком выкатилось с парковки, набирая скорость понеслось вдоль переулка. А меня накрыло.

До звона в ушах. Я… Не герой. Мне страшно и гадко. Состояние: закрыть глаза, заорать во все горло "Помогите!" Открыть глаза, а рядом Ванька… Уткнуться носом ему в плечо… Не сильная я и, похоже не независимая…

Стоп! Прекратить распускать сопли! Нельзя нервничать!

Непроизвольно опускаю ладонь на живот….

— Малышенька… Прости… Я постараюсь не нервничать. Мы с тобой справимся… — срывается с губ.

Невероятным образом, паническая атака начинает отпускать. Делаю глубокий вдох…

— Мила Дмитриевна! Я с вами поеду! — Славка бариста на улицу выскочил.

Выглядит воинственно. Защитник мой. А вчера, от "страшных ведьм", за стойку прятался.

— Слав, я же не на войну собралась. Ты здесь нужнее, как без тебя ребята на конкурсе справятся? Твоя поддержка — бесценна. — заверяю серьезнейшим тоном, беру за плечи, разворачиваю назад, ко входу в ресторанчик.

В переулок въезжает белый форд с желтым табло на крыше. Бегу навстречу.