С тобой? Никогда! - Елена Сокол

Спешно позавтракав приготовленным бабушкой омлетом, я понеслась на работу. Машина, как назло, завелась не с первого раза. Пробки на дорогах вымотали остатки нервов, но позволили под недовольное гудение клаксонов неспешно накраситься.

– Начальничек пожаловал! – встретила я Тима, соизволившего приехать в клуб ближе к двум часам дня.

К этому времени я успела намотать на каблуках около пары тысяч километров, сделала больше двадцати телефонных звонков, провела важные переговоры и дважды наорала: на строителей, которые все еще возились с туалетом, и на грузчиков, попытавшихся протащить мимо меня в зону отдыха лавандовые диваны.

– Привет, Киса, – лениво потянувшись, промурчал Тим. – Соскучилась?

И плюхнулся в кресло.

– Водички? – спросила я, глядя на его опухшее лицо.

– Да. – Взгляд брошенного на улице котенка.

– С аспиринчиком? – нахмурившись, уточнила я.

– Если можно, с чем-нибудь покрепче. Кажется, я все еще пьян.

– Понятно, – сухо сказала я.

Вышла из кабинета, прогулялась до кухни и вернулась с водой и таблеткой.

– Держи.

Тим взял стакан и понюхал содержимое.

– Что, вот так? Без джина, виски или водки?

– Пей! – приказала я.

Зазвонил телефон. Сняв трубку, я пообщалась с поставщиком, не отрывая взгляда от недовольного друга. Обиженно надув губы, он сгрыз таблетку и выдул весь стакан воды, а затем свернулся на кресле комочком.

– Не понимаю, зачем тебе это все? – положив трубку, воскликнула я. – Клуб этот купил, а сам не интересуешься им даже. Я думала, что ты повзрослел, а тебе просто хотелось всадить куда-нибудь бабки, так?

– Ты так сексуально ругаешься… – Парень закрыл глаза и устроил голову на подлокотнике.

– Если собираешься здесь дрыхнуть, то зря. Лучше вали в свой кабинет, на свой развратный диванище!

– Киса, укроешь чем-нибудь?

– Я серьезно, Тима! – Я содрала с вешалки свой плащ, накрыла им его и отошла.

Он так сладко причмокивал губами, что мне расхотелось бить его по голове.

– Жду не дождусь, когда в твоей жизни появится хоть что-то, что будет интересно тебе дольше пары дней.

– Ты, детка, – промурлыкал он, погружаясь в сон.

– Да ну тебя! – раздосадованно бросила я и хлопнула дверью.

Проходя мимо репетиционной, я разогнала официанток. Они опять столпились у двери, по очереди подглядывая в замочную скважину. Отправила их работать, а сама пару минут постояла, прислонившись к стене и слушая ребят.

«А что я теряю? Мы же будем не наедине? Так что никаких неловкостей», – подумала я и вошла, дождавшись перерыва между композициями.

– Привет!

– О, привет! – Музыканты встретили меня воодушевленно.

– Входи-входи! – позвала Леся.

Она сидела на краю высокого стула, ребята расположились возле нее полукругом.

– Я хотела предложить вам… кофе, – пробормотала я, ловя на себе взгляд Ярика.

Услышав мой голос, он оторвался от инструмента. Щелк – и его глаза загорелись необыкновенно ярким и теплым светом, точно тысячи лампочек в уютной прохладе вечернего парка.

Мои внутренние бабочки, реагируя на них, мгновенно затрепетали крылышками.

– Подожди ты с кофе! – рассмеялась Леся. – У нас тут спор. Садись. Давайте сыграем, парни, а Даша скажет.

– Ой, а что нужно сказать? – смутилась я.

– У нас тут частотный конфликт. Майк перемудрил, и инструменты накладываются друг на друга.

– Тебе кажется! – устало взмолился рыжий.

– Просто уже ухо замылено, – вступил в разговор Ярик, – в этом есть смысл, Майк.

– Леся, тебе надо перестроиться, – предложил Ник, почесывая затылок тупым концом барабанной палочки, – бери выше.

– Вот здесь во вступлении… – Ярослав наиграл несколько аккордов, – …одна и та же нота на басухе, на гитаре, клавишных, еще и вокалист туда же.