Вероника - Алина Знаменская

— Ты бы уехал? — Ника отложила конспект и с интересом уставилась на мужа.

— А ты бы нет? — вопросом на вопрос ответил он.

— Я бы — нет.

— Но почему? — Игорь подвинул стул и сел рядом со столом. — Что тебя здесь держит?

— Ну.., много чего. Прежде всего родители. Да отец бы с ума сошел! Как я его оставлю одного, без поддержки?

— Ну, допустим. Но предположим на миг, что ты могла бы со временем забрать их с собой…

— Так не бывает.

— А если будет? Что тебя держит, кроме родителей?

— Незнание языка, чужая земля, чужие люди, другая культура.

— Какие люди? — прищурился Игорь. — Я бы еще понял, если бы ты была не знаю какая компанейская!

А ты практически ни с кем не общаешься. Ты — домоседка. Только там бы у тебя дом был другой, не чета этому!

— Не пойму, к чему вести пустые разговоры? Если бы вопрос стоял ребром, тогда и говорили бы.

Ника снова уткнулась в конспект.

— А я знаю, почему ты не хочешь уезжать, — вдруг тихо заговорил Игорь.

Ника насторожилась.

— Тебе на самом деле не нужны ни мать, ни отец, ни брат. Никто. Только твой Коля.

— Что на тебя нашло? — спокойно спросила Ника. — Я дала тебе повод?

Игорь вскочил и с шумом отодвинул стул.

— А мне не нужен повод, чтобы знать, чтобы чувствовать! Ты равнодушна, холодна как лед, тебе дела нет до меня, до моих стремлений…

— Если это касается пустых мечтаний о капстранах, то…

— Пустых мечтаний! Если бы сейчас с тобой рядом был он, а не я, то ты, наверное, мечтала бы обо всем, что он предложил бы тебе.

— Чушь какая-то! — Ника поднялась и отшвырнула конспект. — У тебя разыгралась фантазия. Только я не пойму отчего. Я, если ты помнишь, сама прервала всякие отношения с Ингой и.., ее мужем. Чего еще ты от меня ждешь?

— Ты прервала, но ты думаешь о нем! Я уверен когда спишь со мной — в мыслях ты с ним. Иначе ты не была бы такой амебой!

— Не желаю этого слушать! — отрезала Ника и ушла из комнаты.

Игорь направился следом.

— Зачем ты уходишь от разговора? — не унимался он. — Думаешь, я не замечаю, как ты мучаешься, как места себе не находишь каждый раз, когда видишь его?

Я все время думаю: когда же это кончится?

«Никогда», — мысленно ответила Ника и ушла в ванную. Она закрылась и включила душ. Никогда.

Видимо, она обречена вечно мучиться этой любовью.

Почему ее не захватывают так другие чувства? Почему материнство, к примеру, не перевернуло ее, как это бывает с другими? Когда крошечную красненькую Юльку привезли из роддома и они, трое взрослых, сгрудились у стола, покрытого байковым одеялом, Ника прислушалась к себе. Она наскребла в своей душе лишь толику жалости и немного недоумения: неужели это существо, производящее какие-то совсем беспомощные дерганья конечностями, принадлежит ей? И как ЭТО можно взять в руки и вообще — дотронуться, чтобы не повредить?

И пока она стояла и в нерешительности перебирала в голове свои мысли, свекровь уже растаяла подобно снегу за окном, глаза ее наполнились горячим киселем слепой любви, она протянула руки и завладела красноватым существом с уверенностью собственника.

— Иди к бабушке, кроха моя! А где наши глазки?

А глазки у нас бабулины, в крапинку. А носик? Папин носик у нас, с горбинкой…

— Где-то горбинку разглядела, — с грубоватой нежностью бросил Игорь, но за этим скрывалось довольство и даже некоторое смущение, словно мать хвалила его за какой-то особенный подвиг, который он совершил не задумываясь, по широте душевной.

Ника почувствовала что-то вроде облегчения, когда свекровь сама взялась купать младенца и кормить по часам смесями, выгуливать и качать на руках.

Ника не возражала еще и потому, что чувствовала, что рождением Юльки угодила свекрови, примирила ту наконец с провинциальной «авантюристкой». А состояние войны всегда тяготило Нику. Она заметила, что не переносит скандалов, как гипертоники — жары.

Это, вероятно, она тоже нечаянно захватила из своего детства.

Теперь свекровь не проявляла враждебности к невестке, по крайней мере — открытой. Игорь просто любовался своей счастливой матерью и ни во что не вмешивался. Маленькая Юлька росла ни на кого не похожая, веселая и самодостаточная. Когда свекровь привозила девочку на выходные к сыну, Ника всякий раз терялась, обнаруживая в дочери новые перемены.

Она только и делала, что менялась, приобретая привычки, черты характера. И, видя свою маленькую дочь абсолютно счастливой и радостной, Ника боялась на; рушить это детское состояние чем-нибудь, что в избытке таилось в темных уголках души, что складывалось из детских обид и горестей. Но когда-нибудь наступит момент и Ника преодолеет силу своего детства. Она сблизится со своей маленькой дочкой. Они станут подругами. Будут сплетничать, ходить вместе в кино. И никогда не предадут друг друга. Теперь эта маленькая девочка — самый близкий для Ники человек.