Свадьба Аманды - Дженни Колган

— Я лучше пойду.

— Пожалуй, так действительно будет лучше. Я неловко поднялась, чтобы уйти вместе с Энгусом.

Фрейзер взял меня за руку и с участием заглянул в глаза:

— С тобой все в порядке?

— Ты, наверное, меня убить готов? — выдавила я.

Он грустно улыбнулся:

— Нет, конечно. Гус, ты проводишь ее домой?

Энгус кивнул. Фрейзер отвернулся от нас.

— Ну, тогда пока.

Это было прощание.

Мы брели по коридору. Когда мы уже добрались до двери, Энгус вдруг развернулся и направился обратно в гостиную. Как слепая, я потащилась за ним.

— Ты… — начал Энгус, входя в дверь.

Фрейзер сидел, неотрывно глядя на диктофон. Когда он поднял голову, взгляд у него был погасший.

— Что? — буркнул он.

— Да ничего. Насчет такси хотел спросить. Пока.

И на этот раз мы убрались.

Энгус стремительно шел по парку, ветер разметал его волосы и полы пальто, о такси он явно и не вспоминал. Я трусила следом, стыдясь себя и боясь того, что он мог мне сказать. Я чувствовала себя глупой маленькой девчонкой. Казалось, мы прошли целые мили, а Энгус так ничего и не говорил. Возникло искушение потихоньку отстать и улизнуть, но я не решилась. Неожиданно я обо что-то споткнулась в темноте и сдавленно вскрикнула. Энгус подался назад, его окаменевшее лицо смягчилось.

— Ты в порядке? — Он пытался перекричать ветер.

— Да… Все прекрасно, — прохрипела я, хотя ничего прекрасного не было. Я попыталась шагнуть, но почувствовала резкую боль. Наклонившись, Энгус поддержал меня.

— Что случилось?

— Я… кажется, ногу подвернула. — Я привалилась к Энгусу, меня слегка мутило.

— Тебя не тошнит?

— Я бы… — я опять попробовала сделать шаг, — не исключала такой вероятности.

— Здорово, — мрачно сказал Энгус. — Полагаю, более веселого вечера у тебя еще не было?

Морщась, я продвинулась вперед еще на шаг.

— Да, это лучший морозный, семейно-враждебный и подвернутый вечер, который мне выпадал за всю жизнь.

— Давай сюда. — Энгус указал на скамейку, но я уже видела вдали огни Кэмдена.

— Доберешься?

— А ты можешь меня понести?

— Могу попробовать.

Я рассмеялась:

— Шучу. Я тебя придавлю. Дай мне просто опереться на тебя.

Следующие десять минут обернулись настоящей пыткой, но наконец мы ввалились в первый попавшийся по пути паб. Вырваться из холода и сырости само по себе было так хорошо, что мне сразу полегчало. Паб оказался тихим и старомодным. Здесь был настоящий камин; мы пристроились к нему поближе и принялись размораживаться.

Энгус встал, чтобы принести мне виски. Я бы предпочла стаканчик белого вина, но в сложившейся ситуации лучше было положиться на его решение.

Энгус вернулся с двумя большими стаканами.

— Спасибо тебе, господи, за цивилизацию, — сказал он.

— Можно мне со льдом?

— Ни в коем случае нельзя.

— Не слишком это цивилизованно — указывать людям, что делать.

Некоторое время мы смотрели на огонь. Наконец я решилась:

— Как по-твоему, что теперь будет?

Энгус вздохнул:

— Самому хотелось бы знать. Я чувствовал себя таким ослом. Но, Мел, мы ведь должны были это сделать.

В памяти возникло несчастное, погасшее лицо Фрейзера.

— Гм… Пожалуй.

Энгус потер глаза.

— Моему братцу крышка. Только вообрази — каждый день просыпаться возле кого-то, кто считает тебя идиотом. О господи, не знаю, что делать. До чего ж мерзкая тварь… Пойми, Фрейз — мой единственный брат. А после смерти папы… мы особенно сблизились. По крайней мере, я так думал.

— Вы раньше ссорились?

— Так — еще нет. Ну, пожалуй, только из-за игрушек из «Звездных войн». Но это когда было! Обычно, когда я заговаривал с ним о свадьбе, он только посмеивался… Но она все приближается.

— Да… Уже совсем скоро, верно?

— Через три недели. Церковь в Пирфорд-Вилледж. Добрый протестантский пастор, четыре сотни гостей и обед из пяти блюд.

— Не для меня, — заметила я.

— Ох, извини.

— Да мне все равно.

— Может, вообще ничего не будет. Ты видела, как он смотрел на этот чертов диктофон?

— Да, он ведь разозлился на тебя.

— Думаешь, на меня? А я думаю, что на нее.

Я отпила виски.

— М-да… Мел, можно тебя кое о чем спросить?

Ненавижу такие вступления. Все равно что сказать: «Мел, можно я тебя оскорблю и уйду как ни в чем не бывало, потому что я ведь тебя предупредил?»

— Ну да.

— Почему ты заплакала?

— Это… интересный вопрос.

— Извини. Не хотел лезть куда не надо.

— Все в порядке. Это ты извини. Просто я очень расстроилась — все получалось так по-свински. Почему люди не могут по-хорошему относиться друг к другу и по-хорошему устраивать свою жизнь? Это звучит жалко, да?

— Ничуть, — мягко ответил Энгус. — Ты и себя включаешь в этих «людей»?

— Это самое обычное выражение. Извини. За все.

— Это я виноват. Не переживай. Все перемелется. В конце концов, мы же братья. Кровь и тому подобное. Пожалуй, звякну ему завтра с утра, когда он отойдет.

Хорошо хоть мне не придется этого делать. Я допила виски и почувствовала, что меня клонит в сон.

— Как ты собираешься добраться до дома? — спросил Энгус.

Я вдруг поняла, что на самом деле вовсе не хочу домой — мне хотелось свернуться здесь, у огня, положить голову Энгусу на плечо. Но говорить этого вслух я не стала.

— Такси мне не по карману, — сказала я. — Думаю, позвоню Алексу. Он может заехать за мной на машине Чарли.

Энгус одолжил мне свой мобильник.

— На дне океана тоже работает? — спросила я, взяв большую штуковину со светящимся экраном.

— Может быть. — Энгус улыбнулся.

Трубку снял Чарли.

— Алекс дома?

— Э-э… Что?

— Чарли, это Мел. — Вот куриные мозги. — Алекс дома?

— А-а… Пойду посмотрю.

Я бросила быстрый взгляд на Энгуса.

— Малыш тупеет с каждым днем.

— Воспитание такое.

Я кивнула. В трубке слышались отдаленная возня и шепот.