Волк и голубка - Кэтлин Вудивисс

Эйслинн пронзительно вскрикнула и огляделась в поисках какого-нибудь предмета потяжелее, но ничего не отыскав, спрыгнула с кровати. Девушка подбежала к явно забавлявшемуся этой сценой Вулфгару и схватилась за его меч, который, правда, не сумела вытащить из ножен.

— Почему ты стоишь и смеешься над его злобными намеками? — яростно топнула ногой Эйслинн. — Заставь его склониться перед твоей властью!

Вулфгар пожал плечами и снова усмехнулся.

— Он ведет себя, как избалованный ребенок. Но если предаст, я просто прикончу его.

Улыбка быстро сошла с лица Рагнора.

— Я к твоим услугам, Вулфгар, — процедил он. — В любое время.

Рагнор немедленно вышел, и Эйслинн еще долго смотрела на закрытую дверь, прежде чем наконец заметила:

— Господин, он твой враг. И видит в тебе угрозу.

— У тебя очень богатое воображение, милая, — коротко отозвался Вулфгар. — Он отпрыск одной из богатейших норманнских семей. И ненавидит меня лишь потому, что считает — только люди благородного сословия достойны носить титулы. И, конечно, хочет тебя.

— Потому что я принадлежу тебе?

Вулфгар, усмехнувшись, привлек к себе Эйслинн и заглянул ей в глаза.

— Мне трудно представить себе ярость Рагнора, если бы я отнял у него Глинн.

Он оторвал Эйслинн от пола и прижал к своей груди.

— Господин, — запротестовала девушка, вырываясь, — уже утро. У тебя много дел.

— Дела подождут, — хрипло прошептал он и закрыл ей рот страстным поцелуем. По телу Эйслинн пробежал озноб предвкушения. Сопротивляться больше не было ни сил, ни желания. К тому же Вулфгар гораздо сильнее и все равно настоит на своем.

Гвинет величественно спустилась по каменным ступенькам, веселая и головокружительно счастливая. Всего несколько секунд назад она проводила взглядом из окна отъезжающего Рагнора, зная, что он увозит с собой ее сердце. В зале мужчины завтракали мясом и хлебом и, не обращая внимания на женщину, добродушно переругивались и смеялись собственным шуткам. Болсгар еще спал, и Гвинет увидела всего лишь два знакомых лица — Хэма и того юношу, с кем вчера переговаривалась Эйслинн. Они разносили еду и пиво и не заметили Гвинет, пока та не уселась за главный стол. Хэм поспешно принес деревянную тарелку.

— Где мой брат? — раздраженно осведомилась она. — Эти люди опять бездельничают. Почему он не дает им работы?

— Да, миледи. Они его ждут. Он еще не выходил из своих покоев.

— Его леность заразительна, как чума, — презрительно бросила Гвинет.

— Обычно он поднимается рано. Не знаю, что его задержало.

— Саксонская девка, кто же еще? — хмыкнула Гвинет.

Хэм побагровел от гнева и открыл было рот, чтобы встать на защиту хозяйки, но тут же стиснул зубы и помчался на кухню.

Гвинет рассеянно жевала, краем уха прислушиваясь к болтовне мужчин и перебирая в памяти события прошлой ночи. В зале появился сэр Гауэйн в компании еще одного рыцаря, Бо-фонта, и норманны дружно приветствовали вновь прибывших.

— Разве вы не должны были сегодня утром ехать в Креган? — осведомился Гауэйн, обращаясь к Милберну, самому старому рыцарю.

— Да, верно, но вместо этого Вулфгар предпочел остаться в спальне, — фыркнул тот и, закатив глаза, многозначительно прищелкнул пальцами, чем вызвал взрыв хохота.

— Может, проверим, не лежит ли он с перерезанной глоткой? — ухмыльнулся Гауэйн. — Судя по тому, как громко Рагнор хлопнул дверью и сыпал проклятиями, они снова поссорились.

Милберн пожал плечами:

— Опять из-за этой девушки. Рагнор сам не свой с тех пор, как затащил ее в постель.

Гвинет встрепенулась, не зная верить ли собственным ушам. Невыносимая боль пронзила ее сердце острым кинжалом.

— Верно, — улыбнулся Гауэйн. — Никто не отнимет у Вулфгара девушку, если он не намерен ее отпустить. Но будь я Рагнором, с радостью вступил бы в поединок из-за нее.

— Да, парень, у нее кровь, что кипяток, — засмеялся Милберн. — Лучше оставь ее бывалому мужчине!

Наверху хлопнула дверь, и рыцари мгновенно замолчали. По лестнице спускался Вулфгар, пристегивая к поясу меч. Взмахом руки он приветствовал сестру, ответившую ему ледяным взглядом.

— Как спалось, Гвинет? — И, не дожидаясь ответа, подошел к своим людям. — Похоже, вы решили брать пример с меня и бездельничать? Посмотрим, на что вы годитесь.

Он положил на хлеб кусок мяса и направился к выходу, но у порога остановился и с улыбкой спросил:

— Почему вы медлите? Я еду в Креган. Как насчет вас?

Мужчины дружно устремились из зала, зная, что впереди нелегкий день. Вулфгар уже сидел в седле, доедая мясо. Дождавшись, пока остальные вскочат на коней, он пришпорил Гунна и швырнул остатки хлеба Суэйну, с веселой усмешкой наблюдавшему за происходящим.

Кавалькада, поднимая клубы пыли, помчалась в направлении Крегана.

Гвинет встала из-за стола, едва сдерживая тошноту, и начала медленно подниматься по ступенькам. Перед хозяйскими покоями она остановилась и трясущейся рукой потянулась к ручке, но тут же резко отдернула пальцы, словно обожглась. Посеревшее лицо осунулось, а взгляд светлых глаз, казалось, пронзал стены и впивался в мирно спавшую Эйслинн. Ненависть, затопившая Гвинет, не шла ни в какое сравнение с презрением, которое она испытывала к Вулфгару. Она за все отплатит саксонской потаскушке! Та еще узнает силу ярости Гвинет!

Женщина крадучись побрела к своей маленькой спальне.

Проснувшись, Эйслинн оделась и, выйдя в зал, узнала, что Вулфгар отправился в Креган. В его отсутствие бразды правления перешли к Суэйну. В этот момент он пытался рассудить спор между двумя молодыми женщинами из-за гребня слоновой кости, подаренного одной из них норманнским воином. Эйслинн вышла на крыльцо и с интересом наблюдала за попытками Суэйна умиротворить обеих. Одна клялась, что нашла гребень, другая утверждала, что та попросту его украла. Викинг, легко управлявшийся с мужчинами, сейчас чувствовал себя совершенно бессильным.

Эйслинн, улыбнувшись, насмешливо подняла брови.

— Суэйн, подстриги их покороче, по норманнской моде, и тогда ни одной не понадобится гребень.

Женщины испуганно повернулись к ней, открыв рты от ужаса. Неожиданная ухмылка Суэйна быстро убедила спорщиц отказаться от гребня и благоразумно удалиться подальше.

Эйслинн звонко расхохоталась.

— Ах, Суэйн, и ты, оказывается, всего-навсего человек. Никогда бы не поверила. Подумать только, сопливые девчонки поставили тебя в тупик! Ай-яй-яй.

— Чертовы бабы, — проворчал он и, тряхнув головой, побыстрее убрался в зал.

Сегодня Болсгар чувствовал себя немного лучше, на его щеки вернулся румянец, а в полдень он с аппетитом поел. Эйслинн осторожно сняла грязевой компресс и увидела, что рана начала затягиваться, а кожа вновь приобрела розовый цвет.