Хочу тебя жестко - Анна Шварц

— К сожалению, это не я.

— Все равно забери. Вдруг тебе повезет. На самом деле в тот вечер я впервые видел, чтобы он позволил кому-нибудь над собой поиздеваться. — хмыкает он, а затем протягивает руки и треплет меня какого-то черта за щечки, как ребенка, пока я в шоке перевариваю сказанное. — Расслабься ты уже, наконец.

Ляпнув это, он отпускает меня и уезжает, а я иду обратно к машине профессора. После сажусь в нее и кидаю сверток на заднее сиденье. Психопат провожает взглядом траекторию его полета.

— Заберете себе? - предлагаю я. Все равно у него уже лежит и смазка, и презервативы и тот розовый член, который я ему подарила, а он попытался вернуть. — Ваш подчиненный мне подарил, а я этим не очень хочу пользоваться.

Я опускаю то, что еще добавил блондинчик, но ставлю себе пометку в голове, что в мире есть много людей, которые хотят, чтобы профессора хоть кто-то нагнул. Это многое о нем говорит.

— С чего ты взяла, что это мне нужно? У меня уже есть.

Глаз едва дергается. Он серьезно? Я надеялась, что блондин тогда пошутил, про их коллекции, которые они собирают из каждой поставки. Но, если допустить, что это правда, то что он с этим всем делает?

— Ну, будет запасная. — отвечаю я, справившись со стрессом. — На кой черт мне-то вещь, который я не умею и не собираюсь пользоваться?

Профессор размеренно барабанит пальцами по рулю после моей реплики, а затем переводит на меня взгляд.

— Могу показать.

— Эм... — вырывается у меня. Это короткое предложение прозвучало так естественно от него. — Не думаю... что стоит.

— Расслабься, Екатерина, я тебе не БДСМ-сессию предлагаю. Просто свяжу.

Мне хочется хмыкнуть, потому что профессор вообще - последний человек, которому стоит доверяться в чем-либо. Тем не менее, из-за выпитого алкоголя во мне мелькает легкая заинтересованность. Почему люди используют это? Кроме Светы, за последнее время у меня появилось еще двое человек, которые зачем-то пользуются не только своими телами в отношениях со своими партнерами.

Мне иногда просто хочется попробовать, чтобы убедиться, что в этом ничего нет. Но я подавляю в себе желание ответить “ну, давайте попробуем”. Света, конечно, как-то ляпнула, что уговорить меня на что-то так же легко, как и конфетку у ребенка отобрать, но это уже перебор.

— Все равно, откажусь.

— Твое дело.

— Тогда заберете ее, все-таки?

— Цветкова, я не люблю забивать дом хламом. Это просто веревка, и ты можешь ее взять для каких-нибудь других целей.

Ну, если только для цели повеситься спустя неделю после таких свиданий с ним.

Какое-то время я сижу, глядя за окно на дорогу и чувствуя, как весело бурлят во мне пузырики алкоголя. Затем, открываю рот и, прежде чем разум успевает меня остановить, три бокала коктейля во мне превращаются в короткие и простые слова:

— Ладно, черт с ним. Покажите. Просто хочу убедиться, что это скучно.

***

Я бы с удовольствием поставила условие, что заниматься этим мы будем не в его квартире, а во временно моей, но меня напрягал факт наличия камер на каждом этаже. Если друзья родителей слишком дотошные, то они могут и попросить охрану показать записи, чтобы убедиться, что я была добросовестным жильцом.

Пока мы ехали в машине, я пожалела о своем согласии, и несколько раз хотела забрать свои слова обратно, но каждый раз меня останавливала мысль, что я буду держаться убедительнее при очередной встрече с блондинчиком или Светой. Если они попробуют обвинить меня в непросвещенности, то я покажу им средний палец и свой опыт.

Мои ожидания вообще были низки. Хотя бы не сгореть от испанского стыда во время процесса, и не спровоцировать Психопата на что-нибудь лишнее.

— Дайте мне обещание, что вы просто покажете мне все это связывание. — говорю я, когда переступаю через порог квартиры профессора. Я зарекалась сюда приходить, но вот, не прошло и дня, как я снова тут. — Я серьезно здесь только ради этого. Или я просто заберу свой халат и пойду спать. И, для этого нужно придумывать стоп-слово?

У Психопата вылетает смешок в ответ на мою болтовню.

— Цветкова, я же сказал, что не собираюсь с тобой во что-то играть. Ты хочешь удовлетворить интерес, я умею это делать. Как только скажешь любыми словами, что тебе неинтересно или ты передумала - я закончу.

— Точно?

Он чуть приподнимает бровь.

— Если не доверяешь, то тебе следует спросить об этом в другой раз. Дверь позади тебя, спокойной ночи.

Ну так-то да, но... ай, ладно. Он просто действительно с такой непоколебимой уверенностью и без ужасных намеков предложил показать, что подогретый алкоголем интерес ухватился за эту возможность.

— Ладно. — бормочу я, скидывая кроссовки. — Я что, зря ехала лишний этаж, что ли? Давайте уже начнем.

...

Спустя пятнадцать минут, сидя на кровати, я шевелю немного руками. На мне уже несколько оборотов веревки. Немного тревожно, но терпеть можно.

— Если тебе больно - говори сразу. — спокойным голосом реагирует Психопат за моей спиной. Его ладонь ложится мне на плечо, регулируя наклон тела. Пальцы чуть сжимают его, и я чувствую, как веревка в очередной раз проскальзывает между узлами, затягиваясь ровно настолько, чтобы я не могла распутаться.

— Просто проверяю. — отвечаю я.

— Хочешь попробовать освободиться? Могу пока сделать паузу.

Я прикрываю глаза и на мое лицо наползает ухмылочка.

— Нет, продолжайте.

Короче, нет ничего сакрального в этом процессе. Ранее услышанные истории и прочитанные книги, где упоминались подобные вещи, создали у меня неправильное представление. Я чувствую внутри лишь легкое волнение, но это чувство настолько слабое, что его легко можно и не заметить.

В конце концов, это просто веревка.

У меня нет желания впадать в какой-то транс и просить себя наказать. Единственное стоящее внимания в этом процессе - прикосновения.

Я тихо и расслабленно выдыхаю. По-моему, этот процесс вообще меня усыпил.

Неожиданно, по бокам от меня появляются знакомые две красивые руки профессора, и не успеваю я ничего сказать, как они обнимают меня, притягивая к его телу позади. Ух ты, черт.

Пока я пытаюсь справиться с резко ускорившимся пульсом и