Небеса другого мира - Терин Рем

– Понимаю тебя и не сержусь, – казал Рау, осторожно сжав мою ладонь. Причин не верить этому мужчине у меня не было. Его супругу я видела всего пару раз, но она показалась мне очень милой и приятной девушкой. – Хочешь позвонить маме и Аалит? Ахани сейчас гостит у моих родителей, – предложил капитан.

– Немного позже. Доктор Теар поможет мне разобраться с твоим устройством связи, а пока хочу увидеть Мейра, – ответила я.

– Хорошо. Я приглашу его, когда буду уходить. Быть может, ты чего-то хочешь? Какие-нибудь любимые блюда или что-нибудь, что могло бы тебя порадовать? – уточнил брат Эрса.

– Не беспокойся. С меня тут и так пылинки сдувают. Главное, что ты привёз Мейра и визор. Теперь я смогу общаться с вами в любой момент, – честно ответила я.

– Ладно, но, если что-то понадобится, звони в любое время дня и ночи, – серьёзно сказал блондин.

– Конечно. Спасибо за всё, Рау, – ответила я, едва не подпрыгивая от нетерпения.

Глава 47. Обещание Мейра

Едва Рау открыл дверь, намереваясь покинуть меня, как в палату смазанной серой тенью скользнул тот, чьего визита я очень и очень ждала.

Большой космический медвекотик без лишних церемоний забрался на край моей широкой больничной кровати и сразу же уткнулся лобастой головой мне в подмышку. Обычно тирс предпочитал обосновываться на моих коленях, но не в этот раз.

– Мейр! Хороший мой, ты не представляешь, как я рада тебя видеть, – призналась я, обнимая дорогое моему сердцу существо.

– Фырф, – как-то жалобно выдохнул тирс.

Напряжённое пушистое тело моего котопапочки сотрясала дрожь, вот только привычного тарахтения не было слышно. Лишь частое и какое-то болезненное дыхание.

Зарывшись ладонями в гладкий серый мех, я с ужасом почувствовала, что медвекотик ужасно исхудал: вместо сильных мышц, перекатывавшихся под плотной кожей, я ощущала пальцами острые позвонки и выпирающие дуги рёбер. Да и мех тирса был каким-то блеклым и не таким густым, как я помнила.

– Боже! Мейр, что ты с собой сделал?! Тебя что не кормили? – воскликнула я, пытаясь поднять морду друга и заглянуть в его глаза, но тот лишь глубже зарылся под мою руку, источая острую смесь щемящей радости и невообразимой тоски, а ещё я чувствовала безграничную любовь этого непостижимого существа.

Мой котопапочка действительно любил меня всем сердцем, как единственного своего котёнка.

Мейр был счастлив, что я пришла в себя, но при этом душа его рыдала от повисшего надо мной приговора. Мне хотелось утешить своего друга, но что я могла ему сказать? Что всё будет хорошо? Мы никогда не врали друг другу, и сейчас было не самое удачное время, чтобы начинать это делать.

– Знаешь, я могу по блату заказать тебе много вкусностей. Их доставят прямо сюда. Мне будет очень приятно, если ты поешь, – предложила я тирсу, но он только глубоко вздохнул и не сдвинулся с места.

Какое-то время мы так и лежали. Я бережно перебирала мех Мейра, гладила его, обнимала, успокаивая медвекотика и себя. Когда нервная дрожь друга немного стихла, а отчаяние сменилось грустью, я решилась заговорить с тирсом снова:

– Мейр, мне нужна твоя помощь.

– Ур-р? – издал вопросительный возглас котопапочка, обращая на меня взгляд своих жёлтых кошачьих глаз.

– Я знаю, что прошу у тебя слишком много, но хочу, чтобы ты позаботился о моих мальчиках так же, как всё это время оберегал меня. Они мои котята, понимаешь? Значит, ты должен помочь им, если вдруг меня не станет, – я специально построила фразу так, как будто ещё не всё решено. Как будто, у меня есть шанс выжить.

От тирса повеяло острой болью. Я чувствовала, что мой дорогой друг собирался уйти вместе со мной, хоть тот и прятал свои мысли от меня. Это понимание разрывало мне душу.

– Фырх, – отказал мне медвекотик, посылая образы Рау, ма-Диолы, Аалит и Эйдана. Посыл его был понятен – за нашими с Эрсом детьми есть кому присмотреть.

– Всё не так. В этой новой жизни, что мне была подарена судьбой, ты был первым существом, кто полюбил меня. Ты знаешь меня дольше и лучше, чем все родственники Эрса. Именно ты давал мне уверенность и надежду, когда казалось, что впереди меня не ждёт ничего хорошего. И только ты, Мейр, можешь сделать мне бесценный подарок, если останешься с близнецами. Со временем мальчики вырастут и поймут, что я оставила им самое ценное, что у меня осталось в целом мире – тебя, – тихо произнесла я и замерла, ожидая ответа от тирса.

Внутри моего медвекотика мысли и чувства кипели, как в котле. Он вспоминал ту боль, что уже однажды пережил, когда погибла его пара. В те дни Мейра удерживало лишь желание отомстить неведомым налётчикам и сделать всё, чтобы спасти свой мир, а сейчас я просила его снова пройти через потерю и остаться с моими детьми – принять их в ближний круг, как когда-то принял меня. Это было почти слишком для тирса.

Чтобы перегнуть часу весов в свою пользу, я воспользовалась не совсем честным приёмом – направила Мейру свои эмоции: любовь, надежду и доверие.

– Вур, – нехотя сдался мой котопапочка и будущий котодедушка, соглашаясь выполнить мою просьбу.

– И вообще, к чему этот трагизм? Быть может, всё ещё будет хорошо. Ведь материк, связанный с Эрсом цел. Я хочу верить, что он выжил, а значит, я найду мужа, и мы будем жить все вместе, – оптимистично выдала я, желая немного сгладить тяжесть этого разговора.

Мейр посмотрел на меня долго и внимательно, пытаясь понять, насколько серьёзно это моё заявление, а потом молча положил свою голову мне на колени и прикрыл глаза.

– Ты останешься со мной до родов? Думаю, доктор Теар будет не слишком рад такому решению, но ему придётся выполнить моё требование. Не хочу оставаться одна, – призналась я, поглаживая спину тирса.

– Вур, – на этот раз Мейр согласился со мной легко и охотно.

– Хорошо. Тогда давай позовём кого-нибудь, чтобы они накормили тебя и включили уже визор, который принёс Рау, – сказала я, испытывая эмоциональный подъём.

Вместе с Мейром мне больше не было так страшно.

*****

Следующие несколько дней пролетели как-то незаметно. С утра, выполнив обязательные медицинские процедуры, мы с котопапочкой и медсестрой обычно гуляли в красивом парке, расположенном во внутреннем дворе больницы. Я искренне радовалась свежему воздуху Ашхары и тёплым погожим денькам.

После обеда, пока я отдыхала, Мейр ненадолго убегал по своим делам, но всегда