Мой сводный брат - Саманта Аллен

«Я собираюсь доказать тебе обратное…»

Слова Джеймса не дают мне покоя. Они, чёрт побери, меня невероятно сильно волнуют и заставляют думать о чём угодно — о скульптурном теле брата, о его красивых и жилистых запястьях, о его пухлых губах… Иначе говоря, я думаю только о Джеймсе. Сердце сладко замирает. Наверняка я самая последняя дурочка, и он таких, как я, ест каждый день на завтрак. Но я ничего не могу с собой поделать. Строго обрываю себя, но стоит лишь зазеваться, и мыслями опять уносит куда-то далеко.

Я с тревогой ожидаю звонка от мамы. Почему-то мне не верится, что Джеймс удержит язык за зубами. Но проходит целый день, и Шарлиз звонит всего один раз, болтая со мной спокойным тоном. Неужели братец решил не подставлять меня хотя бы раз? Или просто побоялся, что я в отместку разболтаю его секретик? О, наверняка второе предположение куда ближе к правде!

Я вижу на телефоне пропущенный звонок от Таши и не хочу ей перезванивать. С тех пор, как я живу вместе с Эшли, Таша только и делает, что пытается выведать у меня ее грязные секретики. Но рассказывать мне почти нечего. Всё, что я поняла об Эшли, это то, что она хитрая лиса, но при этом невероятно милая. Наверное, она проходила специальные курсы, как нравиться всем подряд и получать с этого свою выгоду.

Сейчас друзей у неё поубавилось, очевидно, из-за парня, с которым она постоянно переписывается в телефоне. Создаётся впечатление, что он у неё какой-то монарх или диктатор. Потому что однажды она отвлеклась и забыла свой телефон на столе, выйдя к подруге без него. Телефон начал трезвонить спустя пару минут после её ухода и не замолкал ни одной минуты! Эш вернулась через минут десять, не больше, и увидев кучу пропущенных от того самого загадочного парня, отмеченного лишь сердечком, перепугалась. Схватив телефон трясущимися руками, выбежала прочь из комнаты и очень долго отсутствовала, вернувшись с мокрыми воспаленными глазами. На все мои вопросы она ответила, что всё в порядке. Ну и чёрт с ней! Больно надо мне переживать за бывшую Джеймса, которая то и дело спрашивает о нём якобы между делом. Жить с ней было ничуть не лучше, чем в доме Кларков. Но я способна жить даже с горным троллем, при условии, что он не станет донимать меня по пустякам и убирает свои грязные вещи… К тому же возвращаться в семью Кларк уже поздно. Нужно держать лицо. В особенности перед сводным братом.

Который, очевидно, решил, не оставлять меня в покое.

Потому что через день после моего грандиозного падения он появляется на дверях моей комнаты с самым невозмутимым видом. Я немного теряюсь при виде него, собранного и деловитого, очевидно, только покинувшего занятия и завернувшего прямиком ко мне.

— Собирайся. Мы идём гулять.

— Я не планировала прогулку, — паникую и цепляюсь за дверь, чтобы закрыть её. Но я очень неустойчиво держусь на ногах, а брат проворнее. Он проникает в комнату без моего спроса и начинает собирать мой рюкзак, запихивая в него всё, что попадается ему под руку. — Эй! — Ноль внимания. — Эй! — кричу ещё раз, пытаясь предотвратить это стихийное бедствие. — Прекрати немедленно…

— Не хочешь же ты киснуть здесь, пока за окном последние золотые деньки? — заламывает бровь брат. — Да ладно тебе! Всем хочется погулять. И тебе тоже…

— Мне нужно разобраться с этим, — киваю на учебник по «Истории архитектуры, монументального и декоративного искусства».

— Легкотня, — закатывает глаза Джеймс. — Я почитаю тебе вслух. Я хороший чтец. Ну так что, Эльф? Ты соглашаешься на прогулку? Или всё-таки рассказать Шарлиз, что ты нехорошо себя чувствуешь?

— Шантажист!

— Немного. Тебе помочь переодеться? — невинно интересуется братец.

— С этим я, пожалуй, справлюсь сама! Выйди…

— Я отвернусь.

— Джеймс! Выйди!

— Уговорила… — Сводный брат покидает комнату с довольным видом, закрывая за собой дверь. Я стягиваю с себя одежду. — Но знаешь, на твоём месте я бы хорошенько подумал… — дверь отворяется в момент, когда я, стоя в одном бюстгальтере, стягиваю вниз по бёдрам просторные хлопковые штаны.

— Иди к чёрту!

— Отличный вид! — отвечает брат из-за закрытой двери невероятно довольным голосом.

Он — сущий кошмар. Но хуже всего то, что я сама едва удерживаю улыбку. Это очень… очень плохо, Джоанна. Быстро одеваюсь и заново собираю рюкзак. Потом допрыгиваю до двери и выхожу в коридор. Брат опускается на одно колено, вытягивая вперёд руки.

— Транспорт подан, королева всех эльфов!

— О нет, я лучше кузнечиком допрыгаю…

— О да. И это не обсуждается! — возражает брат.

Через мгновение я оказываюсь впечатана в его широкую грудь. Мне больше ничего не остаётся, кроме как покорить ему. Он действует чересчур напористо, словно отряд спецназа, атакующий базу противника. Я делаю суровое лицо. Для вида. Не хочется дарить Джеймсу ощущение лёгкой победы. Но брат умеет быть милым, заботливым и очаровательным, когда этого хочет. И тогда противостоять его обаянию очень сложно…