Счастье рыжего цвета - Елена Архипова

Ульяна с Димкой возвращались с пляжа молча, держась за руки. Он держал ее ладошку в своей руке крепко, словно боялся, что она вырвет свою руку и убежит. Их пальцы не были сплетены, как у влюбленных, нет, он держал ее руку так, как держат маленького ребенка, когда переходят с ним через дорогу.

Димка молчал, пытаясь разобраться в себе и своих чувствах. Сейчас в его руке ладонь самой желанной женщины! Она только что стонала, отдаваясь ему без остатка. Тогда почему же его душа не поет от счастья, а начинает тихо подвывать, словно предчувствуя что-то нехорошее?

Ульяна же молчала, потому что тоже пыталась осознать то, как же так получилось? Она, что же, совсем безвольная? Слаба на передок, как говорила бабушка? И тут она вспомнила, что они не предохранялись! Она все еще сидела на его коленях, а Димка, вытирая ее полотенцем, приговаривал:

– Прости, я не смог сдержаться! Не смог остановиться, прости! Я сейчас все вытру.

Смешной! Можно подумать, что сделай он это не в нее, а на ее живот, было бы безопасней! Не было бы, она это уже все проходила с Костиком. Результатом такого «предохранения» стала ее Дашулька.

Точно! У нее же было полотенце! Ульяна замерла, Димка отреагировал мгновенно:

– Ульяна, что?

– Полотенце! Я забыла его на пляже.

– Я сбегаю!

– Дима, тебе ведь на работу надо, я сама схожу! Ты иди. Ничего со мной не случится. Все, что могло случится, уже случилось, – она усмехнулась.

Димка впился в нее взглядом:

– Жалеешь? Тебе так было плохо со мной?

– Дим, сам же видел, что хорошо мне было с тобой! Очень хорошо. Ты ведь у нас мужчина опытный, а значит, должен был понять это! – она опять усмехнулась и вздохнула.

– Да, прости! – Димка прижал ее к себе, втиснул в свою грудь, обхватив двумя руками, и замер, не шевелясь и не позволяя себе сделать лишнее движение.

А Ульяна пыталась понять, хотя бы для себя, ответ на первый его вопрос. Жалеет ли она? Нет. Не жалеет. Точно нет.

– Дим, если тебе еще интересен ответ на твой первый вопрос, то нет. Не жалею. Мне было хорошо, и я сама этого хотела, как мне кажется. Не хотела бы, ничего бы и не было. А с остальным не знаю, мне надо разобраться. Но точно не жалею! – все это она проговорила сейчас ему куда-то в плечо, – Дим, ты иди. Я сама схожу за своим полотенцем. Правда. Все нормально.

– Ульян, я сбегаю на пляж, принесу!

– Дим, не надо. Правда. Ты иди домой. Это же я здесь в отпуске, а тебе на работу надо! – она невесело рассмеялась. – Курортный роман, елки-палки.

– Ульяна, я…

– Дима, не надо! – Ульяна перебила парня, не дав ему ничего сказать, для верности даже зажав ему рот ладошкой, – иди, пожалуйста! Мне надо побыть одной. Правда, надо. Не обижайся!

Она высвободилась из его рук и пошла в обратном направлении, на ходу подняла руку и сняла заколку, позволив косе упасть себе на спину, помассировала то место, где только что была заколка. Она всегда так делала, Димка это знал. Он стоял и смотрел ей в спину, увидев, как упала коса, проговорил:

– Ты так и не потрогал ее волосы. Опытный мужчина, нечего сказать.

Ульяна уже подошла к лестнице, ведущей на пляж, и даже спустилась на несколько ступенек, но замерла, увидев Влада, поднимающегося с пляжа и держащего в руках полотенце. Ее полотенце. То самое, что она забыла на скамье.

Щеки опалило приливом крови: он все видел? Давно он на пляже? Почему они его не видели? Хотя, последний вопрос снимаем, они в тот момент вообще никого не видели.

Влад поднимался по лестнице, глядя на нее снизу, и улыбался. Не ехидно, не с намеком, что, мол, все знает. Так улыбаются тем, кого рады видеть.

– Доброе утро! Тоже решила искупаться? Вода шикарная!

Ульяна смотрела на мужчину и пыталась понять: он издевается? Или он ничего не видел? А Влад, тем временем, продолжал:

– А я вышел на пляж в каком-то другом месте. Не поверишь, никогда до сегодняшнего дня не страдал от географического кретинизма! А тут заблудился в трех улицах! Искупался, понял, что я точно кретин, потому что пришел на пляж без полотенца и решил пройтись, обсохнуть. Прошелся. Лестницу эту вашу увидел и вспомнил дорогу, – Влад рассмеялся и поднявшись на ступеньку Ульяны, остановился, – на скамье полотенце вот твое нашел. Это ведь твое, верно? Очень уж оно у тебя приметное!

– Да. Я как раз за ним и возвращалась. Да, вода сегодня хорошая, – Ульяна протянула руку за своим полотенцем.

– Что ж я полотенце своей девушки не могу понести? – Влад весело рассмеялся, – предлагаю сделку: я несу твое полотенце, а с тебя завтрак. Лично я после купания голодный как волк!

– Мужчина, у Вас в роду евреев не было? – усмехнулась Ульяна и развернувшись, пошла впереди Влада.

– Ты что-то имеешь сказать против моего многострадального народа? – Влад проговорил это с характерными интонациями, какими обычно пародируют евреев, а сам, увидев в ее руке цветной купальник, впился в тонкую ткань ее платья взглядом, пытаясь понять, она что же, там, под платьем, без белья?

– Нет. Ничего не имею против твоего народа. Просто уточняю. Больше для себя. И почему мне кажется, что мне сейчас предложили неравноценный обмен? – прозвучало в ответ.

– Можем вместе приготовить! Я тоже умею заливать вкусную воду в кофемашину, засыпать в нее зерна и могу красиво расставлять тарелки для каши! – Влад поднялся на последнюю ступеньку и горделиво выпятил грудь.

Проходившая мимо девушка, спешащая, видимо, на работу, игриво глянула на него, в ответ он улыбнулся девушке и даже спросил:

– Девушка, Вашей маме зять не нужен?

– У моей мамы уже есть один! – последовал ответ.

Влад, не придумав, что сказать в ответ на то, что ему отказали, замер с удивленным выражением на лице. Ульяна посмотрела на него и рассмеялась. Влад смотрелся смешно, но казалось, совершенно этого не стеснялся. Сегодня он вообще был как будто другим. Применительно к нему, сегодня он был нормальным.

– Хорошо, уговорил, партнер!

Влад, пользуясь тем, что девушка сейчас на него не смотрит, облегченно выдохнул – его план сработал, кажется, Ульяна поверила в то, что он на пляже был, но не видел, не слышал и ничего не знает. Он протянул Ульяне руку ладонью вверх, она в ответ хлопнула по ней своей теплой ладошкой.