Послушание и наказание - Эра Фогель

Мужчина осторожно отпустил мою шею, чтобы я не потеряла точку опоры, а затем продемонстрировал мне свою кисть, залитую молоком. Без лишних слов он подставил ее к моим губам и сузил свои хищные глаза. Не помня себя от безумного возбуждения, я, повинуясь одними инстинктами, обхватила кисть мужчины и лизнула ее насколько у меня хватило влаги.

По одобрительному взгляду Хозяина я поняла, что двигаюсь в правильном направлении и принялась с упоением слизывать остатки молока с кожи Декарта. Мелко дрожа всем телом, я обхватывала губами костяшки пальцем Декарта и тщательно проводила по коже языком, пока привкус не переставал быть молочно-сладким.

Когда же я обхватила губами большой палец, Декарт тут же толкнулся им в мой рот и вновь схватил меня за челюсть. Но теперь я не только физически не могла сомкнуть зубы, но и не хотела делать этого, чтобы не прикусить палец Хозяину.

Вибрация хвостика вновь усилилась, и я жалобно застонала, мягко вонзившись ноготками через перчатку в руку Декарта. Тогда мужчина скользнул второй рукой к промежности и с нажимом провел по ней, заставляя меня максимально прогнуться в пояснице и отставить попку.

– Я не разрешаю тебе менять положение тела, – тихо сообщил он, чтобы я намеренно прислушивалась к его голосу. – Держись крепче своими маленьким лапками.

Такое положение выбило из меня все силы. Теперь вибрация отдавалась мне в стеночку лона, и я захныкала от беспомощности. На минуту мне показалось, что я ничего не понимаю вообще, и не знаю что мне делать. Я уже настолько потерялась в эмоциональном напряжении, что не могла сконцентрироваться на взгляде моего Хозяина.

И тут к моим чувствам прибавился стыд, когда я почувствовала насколько я мокрая. Я могла бы оправдать это разлитым молоком, но правда была в том, что я истекаю на руку моему Хозяину. Мне захотелось сглотнуть, то Декарт второй рукой крепко сжимал мою челюсть, а большим пальцем давил мне на язык и зубы.

Я дернулась и коротко мотнула головой, но все мое тело было целиком под контролем Хозяина.

– Хочешь сглотнуть? – догадался он, и я едва заметно кивнула, напрягая горло от естественной потребности организма. – Научись глотать именно в таком положении. Скоро тебе пригодится этот навык.

Я не понимала, о чем он говорит, да и не слушала. Мне казалось я задыхаюсь, и единственное, что требовалось моему организму – это сглотнуть.

Декарт заставил меня еще сильнее выгнуться, и я окончательно потеряла контроль над собой. На моих глазах выступили слезы, и я уже испугалась по-настоящему. Я боялась не того, что Декарт сделает мне больно или замучает сегодня, а скорее того, что я сама не справлюсь с его заданиями.

И в момент, когда я уже панически заметалась глазами, Декарт остановил вибрацию и поймал мой взгляд.

– Успокойся, – уверенно приказал он. – Ты можешь дышать и глотать, даже если в твоем ротике есть что-то постороннее. Просто успокойся и сделай это. Я жду.

Превозмогая дискомфорт я собралась и у меня все получилось. Это неудобно, но не невозможно. Мне тут же стало легче, и я устало вздохнула.

– Когда ты кушаешь, – пояснил Декарт, – твой мозг не задумывается о том, как дышать и как глотать, хотя твой рот также забит едой. Поэтому все в порядке. Ты справилась. И я тобой очень доволен. Теперь я покормлю тебя и дам небольшую передышку, пока мы не закончим поход к врачу. Но позже я займусь твоим маленьким ротиком, Гая. Ты ведь хочешь послужить своему Хозяину?

Не сообразив еще о чем он говорит, я машинально кивнула. Впечатлений и вправду пока достаточно. Мне действительно нужно хоть немного побыть в своем нормальном человеческом обличии.

– Но ты все еще моя самочка, – строго продолжил Декарт, перечеркнув мои прошлые мысли. – И будешь ею весь день. Даже в моменты, когда я не буду с тобой так обращаться. Понятно?

Я снова кивнула.

Тогда Декарт вытащил несколько влажных салфеток из упаковки и тщательно вытер мне лицо, тело и промежность, вновь повергая меня в жуткий стыд. Мою кожу все еще тянуло от сладкого молока, но я чувствовала себя уже в более подобающем к завтраку состоянии. Хвостик так же был во мне, но теперь он хотя бы не двигался.

Когда Декарт вытер свои руки и грудь, он притянул меня к себе, аккуратно поддерживая меня за ягодицы, чтобы хвостик не травмировал меня.

– Все хорошо? Тебе не больно? – заботливо, но все с той же хитрецой поинтересовался он.

Я мотнула головой и улыбнулась, успокоенная его лаской.

Тогда мужчина спустил меня со своих колен и усадил на диван, а затем отщипнув несколько кусочков от сдобной булочки, разместил их на своей ладони.

– Ешь, – приказал он, и я поняла, что сегодняшний завтрак я полностью приму из рук моего Хозяина.