Дорогой незнакомец - Стелла Камерон

– Насколько они велики? – спросил Реджиналд Бэмонт, граф Витмор, подставляя ухо ко рту своего друга. – Ты не сказал. – Он описал руками большие полушария перед своей грудью и захохотал. Ручеек мадеры заструился по его подбородку.

Сэр Сесил Лэйкок наморщил нос и отвернулся от дышащего перегаром компаньона.

– Я-то считал, что ты уже снял с них мерку, старый развратник, – сказал он. – Ну так как, Витью, не говорил ли я тебе, что у Друсиллы груди размером с тыкву?

Витью не обращала на него ни малейшего внимания. Она перебирала богатые, но старомодные наряды в ветхом гардеробе в алькове прямо под скатом крыши. Сесил набрел на эту комнату, исследуя заброшенные помещения в Фэл-Мэнор.

Витью скучала по Лондону и по оживленным светским салонам своих друзей. Она надеялась, что сегодняшние вечерние развлечения окажутся не столь скучными, как последняя попытка Сесила потрафить своим хозяевам. Однако она ощущала непривычное беспокойство. Было что-то почти дикое в мрачной решимости, написанной на лице Сесила. Дикое и незнакомое. Он дал ей понять, что устроил эту маленькую вечеринку не только для забавы. Говоря с ней, он так сильно сжимал ей руки, что на них остались синяки, и особенно налегал на то, что их будущее, его и ее, может зависеть от того, что произойдет сегодня ночью. Но к чему эта угрюмая остервенелость? Они ведь и так всегда получали все, что хотели, разве нет?

Она была столь поглощена своим занятием, что не заметила, как Сесил подкрался к ней и подхватил ее под мышки своими костлявыми руками. Он рывком приспустил корсаж платья с ее грудей и игриво покачал ими.

– Прекрати! – Она попыталась оттолкнуть его, но Сесил оказался гораздо сильнее, чем можно было подумать. Он приподнял ее над полом и закружил по комнате. – Реджи! Останови его сейчас же!

– Это не мое дело, – пробурчал Реджи, не пытаясь скрыть зевоты. – Я бы сказал, Витью, что ты сама уже большая девочка.

– Ну, не такая большая, как Друсилла, – заметил Сесил. – Но все равно, мужчинам здесь есть на что посмотреть, а?

Витью предпочитала получать удовольствие в более уединенной обстановке. Способы для этого она изобретала сама, особенно не затрудняясь в выборе партнеров. Этим вечером ее заставили прийти сюда только грозные предостережения Сесила. Но она уже начала сомневаться в мудрости этого решения.

– Тащи ее сюда, Сесил. Я…

– Заткнись, Реджи, – сказала Витью. – Кажется, ваше поведение начинает выводить меня из терпения. Будьте любезны, опустите меня. Мы обсудим, что нам следует делать, в другой раз.

– Чушь, – возразил Сесил. – Сейчас тебе самое время разобраться с тем, как обстоят дела, моя дорогая. Хватит валять дурака. А я люблю перемежать дела с потехой. Так, знаешь ли, гораздо больше удовольствия.

Витью все еще качалась в дюйме от пола, а Сесил продолжал бесцеремонно хватать ее за грудь, заставляя ее испытывать просыпающееся возбуждение. Ну так и что с того, что она не выносит этого человека? В отсутствие других обожателей он мог сослужить ей службу. Она шаловливо потрепала его по плечу и испуганно отдернула руку, когда он заурчал, как кот.

Сесил внезапно разжал руки и отвернулся. Она едва не свалилась на пол.

– Потерпи, – сказал он с невозмутимостью, не на шутку разозлившей ее. – У меня есть дела поважнее твоих запросов.

Его слова уязвили ее. Тут она заметила, что Реджи уставился на ее груди. Она тряхнула ими разок ради его удовольствия и подняла корсаж на место.

– Ты очень неблагосклонна ко мне, Витью, – промямлил Реджи. – Ты бы по крайней мере могла быть со мною поласковей. Подушевнее, не больше, конечно. Это никому не принесет вреда, да никто даже и не узнает. Кроме того, мы с тобой на самом деле даже не родственники. Всего лишь сводные.

Отец Реджи был вторым мужем ее матери. Витью была рождена от первого брака.

– Что это тебе вдруг захотелось ласки? – сказала она, приходя тем не менее в возбуждение от мысли о возможности немного поразвлечься со своим сводным братцем. Он не волновал ей кровь, но в этом была сладость запретного плода.

– Я нуждаюсь в ласке, потому что мне придется жениться на женщине, которую ты вполне справедливо назвала жабой. – Он капризно надул губы, тем временем потихоньку подвигаясь ближе к Витью. – Представь себе, дорогая. Я должен буду терпеть эту маленькую тощую кикимору, пока не умрет ее болтливый папаша.

Витью проворно увернулась от рук Реджи. Она подняла крышку с верхней из кожаных шляпных коробок, сложенных стопкой, и вынула оттуда широкополую шляпу с развевающимся белым пером.

– Да это местечко – истинный кладезь сокровищ. Как ты его обнаружил, Сесил?

Сесил вытянулся на кушетке и положил руку тыльной стороной на лоб.

– От скуки, дорогая. Исключительно от скуки. Мне нечем было заняться, если не считать того серьезного дела, которое мне еще предстоит, и я бродил по комнатам и коридорам этого вашего удручающе крохотного жилища. И нашел это все. – Он махнул свободной рукой. – И решил, что это великолепное место для не совсем обычной вечеринки.

– Не понимаю почему, – сказала Витью.

Сесил прикрыл глаза.

– Скоро увидишь. Выпей, Реджи, старый развратник. Налей и мне.

Реджи послушно опрокинул бокал и снова наполнил его. Последнюю просьбу Сесила он проигнорировал.

Витью нахлобучила пыльную шляпу на голову Реджи и сунула перо ему под нос.

– Белые усы! Это так импозантно. Ручаюсь, ими можно было бы щекотать в разных местах.

– Почему бы не продемонстрировать, в каких именно? – Он попытался ее схватить, но она опять увернулась. – Может быть, начнем, Сесил? Я очень устал.