Вызов - Эль Кеннеди

– Она такая: «Слушай, это прозвучит безумно, но мой невероятно богатый и эксцентричный двоюродный дедушка умер, и, чтобы получить свою долю наследства, я должна прийти на семейный ужин с парнем.

– И сначала он отказался, – добавляет Тейлор, – потому что он человек чести и принципа.

Тренер фыркает.

– Но потом она начала плакать, и мне стало неловко.

– Поэтому он в итоге согласился, но только если я поставлю ему пять звезд.

– А что насчет вас, двух безумцев? – говорю я тренеру. – У вас все хорошо?

– Не наглей, Эдвардс.

– Нет, он прав, папа. – Чертовка Бренна теперь на моей стороне. Так-то лучше. – Я знаю, что мы с тобой давно не разговаривали, поэтому…

– Не начинай, – ворчит он на Бренну, но Тейлор смеется, а Айрис кажется блаженно спокойной.

Тейлор не рассказывала мне много о своей матери, если не считать упоминания о ее работе и о том, что они близки. Поэтому я не ожидал увидеть женщину, в которой еще заметны черты человека, щеголяющего по улицам Бостона в кожаной куртке и футболке «Сид и Нэнси» со свисающей изо рта сигаретой. Панк-рокерский доктор наук. Она очень привлекательная, ее глаза и волосы – того же оттенка, что и у Тейлор. Но черты лица острее: высокие скулы, деликатный подбородок. Не говоря о высокой и стройной модельной фигуре. Я могу понять, откуда в Тейлор некоторые из ее комплексов.

– Был один раз… – опять начинает Бренна, и я забываю про нее, переводя взгляд на Тейлор.

У нее нет причин чувствовать себя неуверенно. Она прекрасна. Не знаю, иногда я просто смотрю на нее, и меня вновь осеняет. Я снова осознаю, как она меня возбуждает, как сильно я ее хочу.

Моя ладонь до сих пор на ее колене, и внезапно до меня доходит, что у нас не было времени развлечься до того, как я повез ее на ужин, потому что у нас обоих была домашка и Тейлор немного опаздывала со сборами.

Я двигаю ладонь вверх, но совсем чуть-чуть. Тейлор не смотрит на меня, не дергается. Она сдвигает ноги. Сначала мне кажется, что я переборщил, но потом… она раздвигает их. Приглашая мою ладонь переместиться выше.

Бренна несет какую-то напыщенную фигню по поводу своей стажировки на спортивном канале «ЕСПН» и драки, развернувшейся между двумя футбольными комментаторами, и развлекает родителей, пока мои пальцы гуляют у Тейлор под подолом юбки. Я осторожен, методичен. Слежу за тем, чтобы себя не выдать.

Пока Бренна размахивает руками и стучит по столу во время своего рассказа, кончики моих пальцев гладят ткань трусиков Тейлор. Шелк и кружево. Господи, это так горячо. Она дрожит – едва заметно – под моим прикосновением.

Сглатывая слюну, резко наполнившую рот, я перемещаю ладонь на ее покрытую тканью киску, и, охренеть, я чувствую, какая она мокрая – там, под нижним бельем. Я хочу проскользнуть пальцами внутрь и…

Я отдергиваю руку, когда внезапно появляется официант и кладет на стол счет.

Пока все спорят, кто будет оплачивать чек, я бросаю взгляд на Тейлор и вижу, что ее глаза озорно блестят. Не знаю, как она это делает, но постоянно находит способы меня удивлять. Позволение лапать ее под столом – не то, чего я от нее ожидал, но я счастлив, что в ней существует и эта сторона.

– Спасибо, – говорит она, когда мы, со всеми попрощавшись, направляемся к машине.

– За что? – Мой голос немного хриплый.

– За то, что был рядом со мной. – Беря меня за руку, пока мы идем к джипу, она поднимается на носки и целует меня. – А теперь давай вернемся в мою квартиру и закончим то, что ты начал в ресторане.