Лето коронации - Маргарет Пембертон

Охваченная радостью, Кристина почувствовала, что отныне ее жизнь преобразится.

– В таком случае, – пожав плечами, промолвила дама, – пусть будет так, как хочет Джудит.

– Когда вас ждать? – спросила дрожащим голосом Кристина. Она уже представляла, какой чудесный день проведет с Джудит, и лелеяла надежду, что он станет началом их долгой дружбы, а потом, возможно…

Тетя чмокнула Джудит в щеку, наказала ей быть послушной и не дерзить миссис Робсон, а затем обратилась к Кристине:

– Если не возражаете, я вернусь на четырехчасовом пароме.

Кристина кивнула, сжав ручонку Джудит, и вдруг спохватилась:

– Простите, но я даже не знаю, как вас зовут.

– Мейдж Дрейкап. Я живу в доме пятьдесят шесть по улице Нью-Хайленд, – ответила женщина и быстрым шагом направилась к парому.

– А моя фамилия не Дрейкап, а Ливай, – пропищала Джудит. – Но тете Мейдж она почему-то не нравится.

Кристина взглянула на ее кукольное личико, обрамленное шелковистыми темными волосами, и почувствовала, как заколотилось сердце.

– А мне твоя фамилия нравится. Ее носят многие евреи.

Взявшись за руки, они пошли в Гринвичский парк.

– А какие еще еврейские фамилии ты знаешь? – заинтересовалась Джудит, приятно удивленная таким отношением новой знакомой к ее еврейскому происхождению. Обе тети Джудит – Мейдж и Фло – отзывались о евреях с раздражением и презрением.

От умиления на глазах Кристины выступили слезы. Ей вспомнились друзья, погибшие в фашистской Германии. Она проглотила подступивший к горлу ком и промолвила:

– Я знаю не только еврейские фамилии, но и массу еврейских легенд и сказок. Если хочешь, я расскажу тебе историю об одной леди, которую тоже звали Джудит.

Девочка обрадованно кивнула и спросила:

– А можно мне называть тебя тетей? Я буду называть тебя тетей Волшебницей! Хорошо?

Зак Хемингуэй с унылым видом брел по Магнолия-Хилл в направлении Льюишема, засунув руки в карманы джинсов фирмы «Ливай». На душе у него скребли кошки, а в голове вертелись малоприятные мысли. Вообще-то он не был склонен к меланхолии, но сегодня поддался грустному настроению и впервые за долгое время задумался о своей жизни.

Выходя из ворот тюрьмы строгого режима на острове Уайт, он собирался пробыть в Англии лишь несколько месяцев для отвода глаз, а потом рвануть в Новую Зеландию. Но все обернулось иначе, не так, как он предполагал. В целом планы его остались прежними: добраться до своих подельников, получить свою долю награбленного, за которое он отмотал приличный срок, и зажить припеваючи на родине киви, подальше от Скотланд-Ярда.

Вся закавыка заключалась в том, чтобы попасть туда, не привлекая внимания английских сыщиков. Ведь полицейские ищейки наверняка только и ждут, когда он приведет их к похищенным деньгам. Рисковать Зак не собирался, он давно решил действовать только наверняка. И поэтому сразу же согласился на предложение Джека Робсона поработать в боксерском клубе, находящемся неподалеку от порта.

Незаметно улизнуть из Лондона можно было, устроившись матросом на торговое судно. Выведав у Леона, откуда уходят корабли в Австралию и Новую Зеландию, Зак раздобыл фальшивые документы. Оставалось лишь улучить удобный момент и осуществить свой план.

Зак обогнул подножие холма, рассеянно кивнул старине Чарли, окликнувшему его с другой стороны Главной улицы, не переставая тем временем размышлять на ходу, как избежать излишнего внимания полиции. Подпольный боксерский матч был чреват арестом и новым тюремным сроком, а это ему было ни к чему.

Он сделал вид, что не замечает зазывного взгляда фланирующей по улице красотки, нахмурился и ускорил шаг. Огорчать Джека Заку не хотелось, этот парень ему нравился. При иных обстоятельствах он с радостью согласился бы на нелегальный бой с его пьянящей атмосферой риска и высокими ставками, сделанными людьми, уверенными в твоей победе. Теперь, однако…

Зак пересек улицу и встал на асфальтовом островке между транспортных потоков. Мысли вертелись в его голове со скоростью секундной стрелки. При всем его уважении к Джеку попадать в участок он не собирался. В Новой Зеландии его ожидала иная, счастливая и обеспеченная жизнь, и рисковать ею он не желал. Джек охрип и посерел от ярости, пытаясь уговорить его, но Зак был неумолим. Только дурак сунул бы голову в петлю ради того, чтобы Джек и его друзья сделали на этом состояние.

Машины обтекали Зака с двух сторон. Другая проблема, стоявшая перед ним, тоже была не из легких. Керри шарахалась от него, как от зачумленного. Он посмотрел на базарные прилавки, тянущиеся вдоль тротуара, и тяжело вздохнул. Керри избегала его вовсе не потому, что он был ей неприятен или безразличен. Напротив, она втрескалась в него так, что боялась потерять голову, оставшись с ним наедине. Но ждать, пока она созреет и упадет в его объятия, Зак не мог – его поджимало время. Он должен быть уверен, что она покинет ради него площадь Магнолий и они встретятся в Новой Зеландии, добравшись до нее окольными путями.

Зак начал переходить улицу, ощущая на себе заинтересованные женские взгляды. Самого же его интересовал исключительно овощной лоток Дженнингсов: только там Керри не могла уклониться от встречи с ним. Вот почему он наведывался сюда по два, а то и по три раза в день.

Как-то Керри не выдержала и прямо спросила: какого дьявола он зачастил к ней и зачем ему нужно столько овощей и фруктов? На это Зак резонно ответил, что ему требуется много витаминов, чтобы всегда быть в хорошей спортивной форме. Но такое объяснение ее не удовлетворило.

– Так покупай себе зелень в другом месте! – отрезала она, предусмотрительно засунув руки поглубже в карманы халата, чтобы он не смог схватить ее за запястье. – Мистер Ниббс тоже торгует отменным товаром. Почему бы тебе не приобрести что-то у него для разнообразия?

– К мистеру Ниббсу я равнодушен, – поедая ее взглядом, честно признался Зак. – Зато в тебя я по уши влюблен. А ты – в меня! И не притворяйся, что это не так.

Керри залилась густым румянцем и наверняка провалилась бы сквозь землю, если бы очередная покупательница не поставила на прилавок хозяйственную сумку и не потребовала отпустить ей шесть фунтов картофеля.

Заметив еще издали Зака, Рут Джайлс ускорила шаг и, поравнявшись с ним, с приветливой улыбкой промолвила:

– Здравствуйте, мистер Хемингуэй! Вы уже видели праздничные флаги и гирлянды, которыми украшается Лондон к Дню коронации? Представляете, как преобразится Льюишем! Как он похорошеет!

– Я в этом не сомневаюсь, – ответил Зак, гадая, где он будет находиться в этот торжественный день.

Не догадываясь о мыслях собеседника, Рут вновь наградила его милой улыбкой и продолжила путь, выделяясь в толпе скромно одетых покупателей своим жемчужным ожерельем, темно-фиолетовым жакетом и клетчатой юбкой.