Шелк и тени - Мэри Джо Патни

— Да, не было, — ответил он после некоторого раздумья. — Я уже говорил вам, что Велдон очень опасен, и я не мог позволить, чтобы вы вышли за него замуж. Мне жаль, что вы расстроились.

— Расстроилась? Это слабо сказано. Вы поломали мне жизнь. Вы не имели права так поступать со мной.

— Если вы видите ребенка перед колесами экипажа, вы имеете право спасти его?

Как только Перегрин произнес эти слова, он сразу осознал, что привел плохой пример.

— Какая неудачная и оскорбительная аналогия, — сказала Сара, поджав губы. — Я сомневалась, стоит ли мне выходить замуж за Чарлза из-за его властной натуры и самоуверенности, но, похоже, вы еще хуже, чем он.

— Неужели вы действительно сожалеете, что не выйдете замуж за Велдона? — Перегрин знал ответ на этот вопрос, но ему хотелось услышать его от Сары.

— Не пытайтесь сменить тему разговора, — резко оборвала его Сара. — Дело не в том, что я чувствую по отношению к Чарлзу, а в вашем безответственном поведении. То, что вы сделали, отвратительно, какими бы благородными мотивами вы ни руководствовались. Как я могу доверять человеку, который так себя ведет?

Не ожидая ответа, Сара развернулась и решительным шагом направилась к мостику через извилистую речушку,

Перегрин быстро догнал ее.

— Теперь я начинаю понимать то, что сказал мне Росс вчера вечером, — произнес он задумчиво. — Ваш кузен ловко подметил, что мой принцип — цель оправдывает средства и что он для вас совершенно неприемлем, так как вы четко разграничиваете, что хорошо, а что плохо.

— Росс совершенно прав, — холодно ответила Сара. — Средства, которыми вы достигаете намеченной цели, отвратительны.

— Я с вами не согласен.

Перегрин помолчал, подбирая слова, чтобы убедить ее. Ему надо завладеть не только ее телом, но и умом.

— Наше различие лежит в наших принципах, но его можно легко преодолеть. Если наши мнения не будут совпадать, то это вовсе не значит, что я буду наказывать вас, сажая на хлеб и воду. В одних случаях вы будете не согласны с моими действиями, в других я не буду согласен с вашими суждениями. Но разве из-за этого мы не можем жить вместе?

Сара могла бы выйти замуж за человека, который признает право женщины на ее собственное мнение, если, конечно, допустить, что он говорит искренне, в чем у нее были большие сомнения. Она остановилась посредине мостика и, подойдя к перилам, стала смотреть на струящуюся воду.

— На словах все звучит простор — заметила она, — а на деле может выйти совершенно по-другому. Разница во мнениях ссорит не только людей в семье, но и целые народы. В браке мужчина обладает всей полнотой власти: физической, правовой, финансовой. Где гарантия того, что вы не заставите меня делать то, что идет вразрез с моими принципами?

— Юридически муж обладает всей полнотой власти, но нельзя все сводить только к этому. У вас у самой сильный характер, за вами стоит могущественная семья, которая в случае необходимости может защитить вас. Но я уверен, что этого не потребуется, ведь мы говорим о браке, а не о войне.

— Говорят, от любви до ненависти один шаг. — Сара внимательно посмотрела на Перегрина и с вызовом спросила: — Почему вы решили жениться на мне? Чарлза интересовали мое состояние и социальное положение. Вас тоже это интересует?

— Не совсем, — ответил Перегрин, глядя на воду, в которой отражались растущие на берегу деревья. — Деньги гораздо лучше, чем их отсутствие, но у меня самого их достаточно. Если вы считаете, что я позарился на ваши, то мы можем подписать договор, согласно которому вы единолично будете распоряжаться своим состоянием. Что же касается социального положения… — Перегрин неопределенно пожал плечами. — Если я останусь в Англии, то, возможно, оно мне пригодится, но это не суть важно.

— Вы намереваетесь остаться в Англии? Сара оторвала лист от стебля розы и, бросив его в воду, наблюдала, как он кружится в быстром течении. Неужели он хочет увезти ее на край земли и заставить жить в горах среди диких племен, без знания их языка и обычаев?

— Мне бы хотелось немного попутешествовать, — сказала она, — но Англия мой дом. Не представляю, как я буду жить в Кафиристане.

— Я тоже этого не представляю. Жизнь там трудная и совсем не для вас.

Сара почувствовала внезапное раздражение: похоже, он принимает ее за слабое, беспомощное существо.

— В конце концов вы разведетесь со мной и отправите меня домой. Я вас правильно понимаю? Перегрин покачал головой.

— Возможно, я съезжу в Кафиристан, но жить там больше не буду.

— Вы сможете жить вдали от своей родины и народа? — недоверчиво спросила Сара.

— Я родился там, где не могу жить, — ответил Перегрин, избегая ее взгляда. — Место моего рождения не стало для меня домом. Я даже не хочу, чтобы оно им было.

Для Сары, которая, как дуб корнями, глубоко вросла в английскую землю, его слова звучали странно.

— Вы знаете, что ваше имя означает странник?

— Да, знаю, — ответил он.

Сара молчала, раздумывая над его словами. Перегрин на самую малость приподнял завесу со своей души.

— У вас когда-нибудь был дом? — спросила она. Он внимательно посмотрел на нее. Его глаза были такими же зелеными, как листва над их головами.

— Я владею поместьями в разных уголках земли, но не думаю, что какое-нибудь из них я могу назвать своим домом в том смысле этого слова, который вы в него вкладываете. — Его глаза блеснули зеленым огнем. — Мне не нравится ваше понятие дома. Это звучит чисто по-английски. Не думаю, чтобы вы смогли пустить корни где-нибудь еще.

— Вы совершенно правы. Это хорошо или плохо?

— Не знаю, — ответил он с печальной улыбкой. — А вы?

— Я рада, что вы понимаете, где лежат мои корни. Боюсь, что вам, человеку, много повидавшему, будет скучно со мной.

— С вами мне никогда не будет скучно, Сара. Вы умеете вникать в суть вещей, и мне это интересно.

Сара повернулась и начала медленно спускаться с мостика. Что ждет ее с Перегрином? Никто не может гарантировать счастье другого человека. Даже если он поклянется, что их брак будет счастливым, она не поверит ему. Пожалуй, ей будет достаточно, чтобы он был просто внимателен к ней.

На другом берегу реки начиналась сельская местность. Они молча шли по извилистой тропинке, пока не уткнулись в живую изгородь из подстриженного тиса.

— Вам когда-нибудь приходилось бывать в лабиринте? — спросила Сара. — Этот был создан два столетия тому назад, а может, и раньше.

— Нет, я никогда не бывал в лабиринте, — ответил Перегрин. — Возможно, это интересно, но мне хотелось бы сначала серьезно поговорить с вами. Мы все ходим вокруг да около. Настало время, чтобы вы прямо ответили мне, выйдете за меня замуж или нет.

Не приняв пока никакого решения, Сара предложила: